— Сработало, — согласился я.

И тот факт, что оно сработало, наводил на довольно неприятные размышления. Если ход просчитывался так легко, кто еще мог его просчитать?

— Так я вручаю? — поинтересовался гном.

— А что в коробке? — спросил я.

— Не хотите сами открыть и узнать?

— Не хочу, — сказал я. — Я не люблю сюрпризы.

— А уж я-то как, сука, не люблю, — сказал Виталик и словно невзначай материализовал в руке дробовик.

— Прекрасная работа, — заметил гном.

— Знаю, — сказал Виталик. — Так что в коробке, недоросль?

— Я сделаю вид, что не услышал, — сказал гном. — Потому что любой рост имеет значение, а верзилы… впрочем, давайте, вы тоже сделаете вид, что не услышали. Это все непродуктивно.

Он поставил коробку на землю, открыл ее и извлек оттуда…

Биту.

Бейсбольную биту, которая выглядела так, словно создавший ее мастер никогда не играл в бейсбол, зато был большим специалистом в проламывании голов. И, естественно, еще он был гномов.

Бита имела классические пропорции, была окрашенная в темно-красный цвет, это, видимо, чтобы засохшая кровища на ней не так в глаза бросалось, и в целом смотрелась довольно солидно. Конечно, не так солидно, как Клавдия, ну так то была и не она.

Я взял биту в руки. Тяжелая, но это приятный вес, дарующий уверенность. На рукояти обнаружился целый ряд кнопок и два вращающихся вокруг нее металлических колеса. Я уже собрался нажать на одну из кнопок, но гном меня остановил.

— Прежде, чем вы активируете особые умения своего оружия, вам следует прочесть вот эту инструкцию, — сказал он, вручая мне огромный талмуд, по объему напоминающий учебник истории от древнейших времен до наших дней.

— Ничего такая дубинка, к хренам, — заметил Виталик.

— Это уникальное легендарное оружие, изготовленное нашими лучшими мастерами в единственном экземпляре, — гордо сказал гном. — Можно сказать, эксклюзив.

— Лакшери-бита, — согласился Виталик.

— И мы будем горды, если достопочтенный физрук согласится принять от нас этот дар и использовать его, как сочтет нужным, — заявил гном. — Мы планировали преподнести его в качестве запасного или сменного оружия, но, поскольку нам стало известно, что вы утратили Клавдию, неподражаемый образец для наших мастеров, мы смеем надеяться, что теперь оно станет для вас основным.

— И что я вам за это буду должен? — поинтересовался я.

— Ничего, — быстро сказал гном. — Совсем ничего.

— Так не бывает, — сказал я, листая инструкцию. Возможностей у новой игрушки было много. Легким движением пальца она могла превращаться в боевой топор, палицу с шипами и даже в моргенштерн. Кроме того, в нее было встроено несколько заклинаний для дальнего боя и одно защитное. Встроенный манонакопитель содержал запас магической энергии, достаточный для того, чтобы применить каждое из этих заклинаний больше десяти раз.

Красное дерево, драконова кость, метеоритное железо, мифрил и немного адаманта. «Практически неразрушимое» — значилось в инструкции, и, в общем-то, в это можно было поверить.

Я плохо ориентировался в ценах на эксклюзивном рынке оружия, но полагал, что стоит такая вещица немало.

— Наш дом запускает новую серию оружия для ближнего боя, — сказал гном. — И мы хотели бы иметь возможность говорить, что сам физрук пользуется оружием, произведенным нашими мастерами.

— Иными словами, вы хотите примазаться к бренду, — сказал Виталик. — Топ номер два, легендарный герой, воспетый в песнях, балладах, сказаниях и анекдотах. Это стоит куда дороже, чем просто кусок красного дерева с магическими прибамбасами.

— Согласен, — нехотя признал гном. — Как насчет миллиона золотых?

— Нормуль, — сказал Виталик. — И процент с продаж.

— Это грабеж, — сказал гном. — Грабеж среди бела дня.

— Скорее, это утренний, сука, грабеж, — сказал Виталик. — Процент с продаж. Да или да?

— Да, — сказал гном. — Один процент.

— Десять.

— Лучше разбейте мне голову эту штукой прямо сейчас, — заявил гном. — Два.

— Заманчивая идея, — сказал Виталик. — Девять.

— Вы знаете обороты нашего торгового дома? — поинтересовался гном. — Даже один процент — это огромные деньги…

— Он — физрук и у него есть потребности, — сказал Виталик.

И они начали увлеченно торговаться и торговались, наверное, минут пятнадцать, прежде чем сошлись на трех процентах. Больше из гнома было не выжать, разве что действительно по голове его начать бить.

— Рад, что нам удалось договориться, — сказал гном. — Мы откроем счет в «Гном-банке» и сделаем вклад на ваше имя, и будем пополнять его по мере продаж. Вам достаточно будет прийти в любое отделение банка, идентифицировать себя и вы получите доступ к счету и полную финансовую отчетность с нашей стороны.

— Отличное решение, — сказал я.

— Удачи вам в ваших… разрушениях, — сказал гном, учтиво поклонился всем троим и отбыл срочным порталом.

— Ну и зачем нам столько денег? — спросил я. — Учитывая, что мы не собираемся тут надолго задерживаться?

— Много денег — это всегда хорошо, — сказал Виталик. — К тому же, в нашем деле никогда не знаешь, в какой момент все может пойти не так, и лучше иметь финансовую подушку, сука, безопасности, чем ее не иметь.

— Удивительно, но я нахожу, что наш мертвый друг прав, — сказал Федор.

Студенты начали разбредаться. Те, кто побогаче или поспособней, воспользовались порталами, остальные раздробленной колонной потекли в сторону ближайшего города.

Тут всего-то километров двадцать, к полудню дойдут.

Неподалеку от руин Хогвартса открылся еще один портал, и из него вылезла человеческая фигурка с гитарным чехлом на плече.

Пронырливый бард быстренько осмотрелся, помахал нам рукой, а потом отправился приставать к задержавшейся группе студентов, видимо, желая узнать леденящие душу подробности. Хотя бы пару штук, которые будут работать на достоверность.

Остальные он и сам придумает.

— А ты не думал, Чапай, что наш магический друг тоже в чем-то прав? — спросил Виталик. — Вдруг та и на самом деле уже бог, только сам этого не замечаешь? Вот тебе поклонники уже и инструмент подогнали.

— И чего же, по-твоему, я бог? — спросил я.

— Бог Дипломатии, например, — сказал Виталик. — Атрибуты — Инфернальная Дубинка Красноречия для ведения, сука, переговоров, Нерушимые Джинсы Харизмы, внушающие ужас людям с хорошим вкусом, «дезерт игл» с эффектом смены точки зрения у собеседника, ну или меняющий самого собеседника к хренам и Топор Мира. Или Топор Войны, тут уж как беседа сложится. Для активации следует зарыть топор в кучу трупов.

— Виталик, — сказал я. — Ты знаешь, что я, как никто, ценю хорошую шутку, но если ты не прямо сейчас не перестанешь, я тоже начну шутить. Мне как раз поклонники свежий пошутитель принесли.

— Скучный ты человек, Чапай.

— И почему все мне об этом говорят?

Последние студенты и примкнувший к ним бард скрылись за поворотом уходящей в холмы дороги. Мы остались одни. На какое-то