коснулся поросшего лишайником выступа. Выступ со скрежетом отодвинулся, открыв нечто, очень похожее на глаз. Выпуклый глазастый нотас, укрепленный на стальной, потемневшей от времени пластине, повернулся и уставился на Дэна.

— Не вздумай хвататься за меч, — то ли в шутку, то ли всерьез предупредил Ирд.

— Он… он живой?

— Нет.

— Но он двигается!

— Тише, — Ирд приложил к губам палец. — Он думает.

— Внимание! — сказал в десятках лонг от пещеры хриплый, безжизненный голос. «…ание», — эхом разнеслось по пустому просторному залу, и одна из панелей на стене вспыхнула ярким оранжевым светом. Потом на ней высветилось недоуменное, растерянное лицо унрита.

— Внимание! — повторил голос. — Сигнал из сектора 1241. Три человеческих объекта. Расшифровка звукового сигнала. Отсутствует. Запрос. Возможность допуска. Уничтожения. Жду дальнейших указаний.

Голос умолк.

— Ну, и долго мы будем тут стоять? — спросил Дэн. Унрит чувствовал непреодолимое желание разбить уставившийся на него — он даже не представлял, как это называть. Хоть бы мигнул, что ли. «Спокойно, Дэн. Жди. Чего?»

На панели задумчивое лицо унрита внезапно сменила сверкающая надпись:

«ЖДУ ДОП. ИНФ.»

— Заканчиваю обработку, — все так же безжизненно откликнулся голос. Что-то щелкнуло, и он продолжал: — Эмоциональный фон ровный. Признаки агрессии. Нет. Вооружение. Степень. Опасность проникновения. Нет. «Ну, и долго мы будем тут стоять», — внезапно произнес он, подражая Дэну. — Запрос. Возможность допуска. Уничтожения. Жду дальнейший указаний.

Щелчок.

— Откуда ты знаешь? — кивнул на ненавистный ему глаз унрит.

— Я не знаю — я узнаю́, — усмехнулся Ирд.

— Эта штука, наверное, дорого стоит.

— Думаю, от нее зависит наша жизнь.

— …ание! — щелчок, — самостоятельное решение. Контроль, — щелчок. — Отсутствует. Допуск в сектор. Блокировка. 1242. Блокировка 43. Блокировка 44. Бло…

Стена вдруг дрогнула и поползла в сторону. Тор шумно фыркнул. На людей пахнуло чем-то кислым. «Запах прокисшего уинона», — подумал унрит.

— Похоже, нам повезло, — сказал Ирд. В его голосе чувствовалось облегчение.

— Темнотища! — заглянул в образовавшийся проем Кер.

— А ты что думал?

— Факелов хватит ненадолго, — буркнул Дэн. Ему вовсе не улыбалось провести остаток жизни в ненавистной ему темноте. Он жалел, что «глаз» пропустил их. Лучше бы им было вернуться.

— Ну же! — махнул рукой Ирд.

Они двинулись вперед. Пляшущее пламя факелов осветило длинный узкий коридор, стены которого были сделаны из неизвестного путникам голубоватого материала. И пол, и стены покрывал толстый слой пыли. Унрит чихнул.

— Ваше здоровье.

Голос Кера заметно дрожал. Так же, как и три тени на низком, заросшем серой бахромой потолке.

— Главное, чтобы тут не было хрисс, — ни с того, ни с сего сказал он.

«Какие там хриссы», — подумал унрит. Он провел пальцем по стене, нарисовав длинную, извивающуюся, как хисса, полосу. Стена казалась холодной и гладкой на ощупь.

— Лучше не трогай, — сказал Ирд.

Мирилла шла молча. Тор беспокойно мотал головой. Новые запахи беспокоили его. Огромному зверю было тесно в узком проходе: он то и дело задевал стены и скоро с головы до лап вымазался в пыли. «Потерпи», — потрепал его по могучей спине Дэн. Двигались медленно. Впереди всех, взметая клочки пыли, таг. Через несколько минт глазам путников открылся еще один коридор. Путники остановились в растерянности. Перед ними было два совершенно одинаковых, теряющихся в темноте хода. С потолка смотрел все тот же «глазастый» немигающий нотас.

— Что ж, в таком случае нам даже легче. Он, — Ирд кивнул на механический глаз, — все решит за нас.

— Вот еще! — фыркнул Кер, шагнув в сторону правого коридора.

— Осторожно! — унрит схватил «капюшона» за полу плаща и резко потянул его на себя.

И вовремя. Выдвинувшаяся из стены дверь едва не разорвала Кера пополам. Еще бы полшага…

— Ты все сделал правильно, Дэн.

— Первым пойду я.

Унрит осторожно, готовый в любой момент отпрыгнуть назад, вошел в открытый ход и облегченно вздохнул:

— Сюда.

Путники торопливо последовали за ним. «Ун, до, тре, кетр». Коридор, казалось, не имеет конца. Поворот. Еще. Еще. «Куда-то он приведет? Ты-то хоть знаешь, Ирд?»

— Ну и жара, — проворчал унрит, с трудом вдыхая перегретый, застоявшийся воздух подземелья.

— У меня болит голова, — поддержал его Кер. — Не хотел бы я быть туором. Куда приятнее ходить по земле, — глаза «капюшона» беспокойно прыгали из стороны в сторону, длинные немытые космы хлестали по плечам.

— Ишь ты! — воскликнул вдруг Кер, указывая пальцем на потолок. — Еще один.

«Третий. Уже третий», — подвел итог унрит. Он поежился от неприятного ощущения. Возникнув где-то в животе, оно расползалось по всему телу, отчего мысли вдруг спутались и заметались в голове, как стайка потревоженных эллор. Дэн прикусил язык. «Молчи. Хватит с нас и Кера с его хриссами». Однако неприятное ощущение не проходило. Коридор живой. Это еще один магрут, вросший в гору, слившийся с ней, разрывающий ее своими невидимыми щупальцами. Механический магрут. «А ты ведь сходишь с ума, Дэн». Унрит стоял, уставясь на подвешенный к потолку «глаз». «Мне уже снилось это. Или я опять сплю?»

— Проснись, Дэн, — сказал Кер. — Надо идти.

Точно. Именно такое ощущение испытывал Дэн в Торехе, когда весь город с его невероятными, пронзающими небо постройками и черной паутиной дорог представлялся ему затаившимся магрутом, готовым проснуться и разорвать в клочья и Дэна, и Тан-Унратен, и сверкающий Таир над головой.

Не дай-то его разбудить.

Невидимая смерть.

Дэн с опаской взглянул на свой уартор.

«Нет. Спокойно, Дэн».

— Зато вот уж где нас не найдет никто, — прошептал Ирд.

Каждый думал о своем.

Внезапно «капюшон» тронул унрита за плечо.

— Комната перемещений, — сказал он. — Она где-то здесь. И мы ее найдем.

3

— Тьфу!

Тор озадаченно обнюхал гладкую, без единого выступа поверхность. Люди переглянулись. Коридор упирался в глухую стену. И вновь на них таращился бесстрастный (такой ли бесстрастный?) наблюдатель.

— Я так и знал, — проворчал, кусая нижнюю губу, Кер. — Теперь попробуй выберись.

«А Кер прав, — подумал унрит, — это смахивает на ловушку».

Он молчал, искоса поглядывая на Ирда: в конце концов не он, Дэн, а этот все еще непонятный ему человек привел их сюда. «Ну же, придумай что-нибудь». Ах, как хотелось ему разбить уставившееся на них глазастое пугало. «Оно ослепнет. А что толку, Дэн?» Факел в его руке нещадно чадил. «Хватит ненадолго. Впрочем, было бы что рассматривать».

Дэн вздохнул.

Бессмысленность. Вот что угнетало больше всего. Хотя… Он уже свыкся с ней. Разве больше смысла в его предыдущей жизни? Деньги? К хриссам вонючим эти деньги. Женщина? Вот она — Мирилла. Чужая, незнакомая, необъяснимая. Здесь рядом. И… так далеко. Бигги? Дэн чувствовал, что их связь нечто большее, чем дружба. И еще ему казалось, что