же отъехал, и Кира вволю отдышалась во дворе, не торопясь заходить в тесную и душную комнатку. Надо же, как её проняло… А думала, что давно уже всё пережито, прожёвано и спущено в унитаз. Агент Томпсон явно не спешил свою жизнь спускать туда же. Небось, помчался обратно на пристань, где они оставили тело Мачете вместе с подвернувшимся под руку охранником соседнего склада. Адриану теперь разбирательств до утра, небось и не вспомнит про сумасшедшую испанку, которую добропорядочные американцы то и дело путали с мексиканкой из-за проклятого цвета кожи. Доброе побуждение самаритянина выполнено, можно и за дело с чистым сердцем…

Пнув подвернувшийся под ноги камень, Кира отправилась к себе в таком расположении духа, что даже тётушка Мария, проснувшись, не стала её отчитывать. Верно, племянница выглядела впечатляюще. А уж пахла!..

Через несколько дней от дурного настроения не осталось и следа. Кира получила зарплату в школе, порадовала себя обновкой в виде ярко-розового шёлкового шарфика, который тётушка тут же обозвала легкомысленным и вульгарным, а также получила новые инструкции от агента Ллойда, который, несмотря на то, что застрял в Сан-Франциско, не забывал ни о внештатной сотруднице, ни о расследовании.

Субботний звонок с Джоном получился незабываемым. За Кирой на такси заехала Эвелин Ллойд, и вдвоем они отправились в сомнительный антикварный магазинчик на тихой улочке, где эксцентричная хозяйка, получив денежную компенсацию от миссис Ллойд, тотчас отправила их в подсобку. Там, у телефона, они и прождали с полчаса, прежде чем аппарат зазвонил.

– Эвелин, дорогая, – прозвучал в трубке мягкий, бархатный голос агента Ллойда. – Как ты, душа моя?

Кира деликатно отодвинулась от трубки, но качество старого аппарата и теснота подсобки позволяли слышать каждое слово без особого напряжения.

– Уже лучше, – призналась миссис Ллойд, и серебристые губы мага льда изогнулись в нежной улыбке. – Жара спала, дышать стало легче. И всё-таки мне бы на север, любимый.

– Закроем дело – и выдвинемся обратно в Нью-Йорк, – пообещал Джон на том конце связи. Судя по шуму на заднем плане, звонил агент Ллойд из телефонной будки на весьма оживленной улице. – У меня сложилось впечатление, что меня удерживают здесь сознательно. Возможно, по чьей-то просьбе. Малозначимые отчёты, непонятные встречи…

– Джон, но зачем?

– Всё просто, душа моя: меня, похоже, решили вывести из игры.

– Но ты же не станешь молчать! – поразилась Эвелин. – Они ведь понимали, на что шли, привлекая к делу менталиста! Подданного другой страны! Человека со связями…

– О, в смерти все равны, дорогая.

Бывшей ирландской революционерке понадобилась ровно секунда, чтобы понять.

– Тебя пытались убить, Джон? – голосом, в котором прорезался металл, уточнила миссис Ллойд. Серые глаза яростно сверкнули в сумраке подсобки, и в помещении резко похолодало.

– Совсем немного, дорогая, – поспешно успокоил супругу Джон Ллойд. – Убийца оказался умён и близко не подходил.

– В тебя стреляли? – терпеливо перевела на английский Эвелин.

– Снайперская винтовка М1903, Спрингфилд, – с такой гордостью, будто он стрелял сам и притом не промахнулся, поделился агент Ллойд. – Нашли в здании под снос, напротив офиса. Стреляли точно в меня, хотя подстроено так, что можно подумать на кого угодно. Я ведь находился с отчётом в зале, вокруг все важные лица, но стоял я один, ещё и напротив окна…

– Джон, – ровно вставила Эвелин, пресекая восторженный полёт мысли супруга, – ты ранен?

– Что ты, – удивился беспечный и удачливый агент. – Один из начальников уронил ручку, и я наклонился, чтобы поднять. Всё-таки я там самый молодой, рабочий этикет и всё такое…

Мисс Каррера восхищённо присвистнула. Удачи лорда Ллойда-младшего можно было только позавидовать! Вот только миссис Ллойд так, видимо, не считала.

– Немедленно возвращайся в Лос-Анджелес, – приказала Эвелин так, что на месте начальников агента Ллойда из федерального бюро Кира подписала бы соответствующий указ, не раздумывая.

– Так и сделаю, – покладисто согласился Джон, на что Эвелин недоверчиво сощурилась. – Правда, – тут же поспешил с заверениями супруг. – Потому что знаешь, что ответил Салли, когда ему позвонили и уточнили, все ли агенты лос-анджелесского отделения на месте?

– Что все на месте, – севшим голосом догадалась супруга агента.

– Именно! – довольно подтвердили на том конце связи. – А поскольку я никому больше дорогу не переходил, ну, за последние полгода, то либо Салли врёт, и в таком случае его собственное рыльце в пушку, либо предатель в управлении привлекал наёмного убийцу для деликатного дела.

– Вряд ли, – задумчиво покачала головой Эвелин, вглядываясь словно внутрь себя. Очевидно, интересный опыт супруги лорда Ллойда позволял ей делать собственные выводы, потому что Эвелин тяжело признала, – ты прав, дело слишком деликатное.

– Именно поэтому я сейчас сяду на поезд и прибуду в Лос-Анджелес завтра утром, – радостно завершил мысль агент Ллойд. – Всех, кого не досчитаюсь на рабочем месте в понедельник, можно смело записывать в подозреваемые. Уезжаю из Сан Франциско, не поставив начальство в известность, – на всякий случай уточнил Джон. – Эффект неожиданности, так сказать. Если у лос-анджелесской крысы есть информаторы в бюро Сан Франциско, они попросту не успеют предупредить убийцу.

– А если успеют? – тревожно спросила Эвелин.

– Ещё лучше, – не теряя энтузиазма, воодушевился агент Ллойд. – Значит, меня точно попытаются прихлопнуть уже в Лос-Анджелесе. И мы наконец поймаем убийцу и закроем дело!

– Джон! – не выдержала Эвелин, с силой сжав трубку. – Оставь свою непробиваемую самоуверенность! Тебя же могут убить!

– Дорогая, они могут это сделать в любом случае.

Миссис Ллойд простонала вслух.

– Вначале Виктор, теперь ты…

– А что Виктор? – тут же насторожилась трубка.

Здесь миссис Ллойд передала Кире право беседы, бессильно закрыв ладонями лицо. Тяжело быть супругой федерального агента! Наверное, ещё тяжелее, чем женой английского лорда.

Джон Ллойд с интересом выслушал приключения мисс Карреры на рыбном складе, затем встречу с Мачете и последующее чудесное спасение агентом Томпсоном.

– Значит, ничего узнать не удалось, – опечалился агент Ллойд. Видимо, ни смерть Хуана Мачете, ни ранение Виктора О’Рида не проняли федерального агента. Либо он не счёл необходимым выражать собственные эмоции вслух. – Что ж, мисс Каррера, полагаю, ещё одна причина моей неожиданной командировки – это вы. Если бы покушение на меня в управлении Сан Франциско прошло успешно, вас убрали бы следующей. Просто потому, что вы слишком