— Кто заплатил тебе за это? Говори или рискуешь жизнью, — продолжила я.

— Он, — указательный палец мужчины указал на главного обвинителя.

Тут наконец отмер начальник стражи, и отдал приказ взять обоих и поместить в отдельные темницы.

— Не смейте! Я брат Вигго, вас всех одурачили! — брыкался тот.

Глава 27

На меня теперь смотрели со страхом, то ли подозревая в колдовстве, то ли испугавшись, что сумею узнать тайны любого.

— Все, дамы и господа. Вечер окончен, — объявила я и собралась идти выручать Асвариуса, но тот явился сам.

— Он жив, — объявил маг, — Ещё пару дней будут болеть кости и внутренности, но с этим справятся местные лекари. Нас отпустили.

Ни один стражник или гость не шевельнулся, увидев наше шествие к выходу. Почувствовала свободу только пройдя по улице несколько шагов.

— Ты наш спаситель! — обратилась к магу, — Сидели бы мы сейчас в темницах, если бы не твое выступление. Прими нашу благодарность, дорогой!

Все тут же поддержали меня, благодаря его, а меня спросили, как это мне удалось так легко все распутать?

— Эффект неожиданности и блеф на испуг, — смеясь, ответила я, — Но по заказам высокородных мы больше не работаем. Пусть стоят интриги, травят друг друга без нас.

Асвариус лукаво улыбнулся:

— У меня талантливая ученица.

— Вот тебе и люди! А внутри дворцов похлеще, чем у драконов — яды, тайные подлости.

— Что ты хочешь? Грехи все те же и причины их тоже: зависть, злоба, желание получить выгоду любым путем.

— Чем больше смотрю, тем больше желание быть подальше от высоких особ.

— Жизнь сложна и пути её извилисты, не зарекайся.

Наш канфей продолжал набирать популярность, а у меня возникли две новых идеи: открыть пару магазинов, в одном продавать полуфабрикаты некоторых наших блюд, а в другом разные сладости. Только вот окаянный магистрат может не дать развернуться, да ещё что-то вроде холодильника бы нужно.

— Асвариус, скажи, можно ли сделать такой шкаф, чтобы внутри было холодно всегда? — спросила мага, носясь со своей идеей.

— Твои задачи становятся все интересней. Скажем так, холодные камни я делать умею, но охладят ли они целый шкаф? Не уверен.

— А насколько они холодные и долго ли могут такими оставаться?

— Если положить в стакан воды, то заморозит сразу и останется холодным дольше. Время не измерял, но задание понял, буду работать.

Итогом у нас получилась громоздкая конструкция с двойной задней стенкой, куда насыпались камни и заливались водой, каждые два дня нижнюю стенку нужно было открывать и высыпать камни с водой, а потом закладывать сверху и заливать снова.

Это уже было кое-что, а если дверцу этого шкафа сделать стеклянной, то получится идеальная витрина! Пока же в нем хранили продукты и даже некоторые популярные блюда. Повара не могли нарадоваться.

Естественно, я ждала Вигго, такие как он не отступаются легко от своих затей, да и поблагодарить должен. И он явился с букетом огромных оранжевых цветов и приятной улыбкой на лице. В целом его можно было назвать привлекательным — густые темно-каштановые волосы, породистое лицо, строен, но во мне он не будил ничего.

— Не знаю, как благодарить вас, Асмирис! Я обязан вам жизнью! — начал он.

— Пожалуйста, не нужно так высокопарно! Жизнь вам спас Асвариус, цветы передам ему.

— Не принижайте свою роль! Что не удалось моему братцу в этот раз, вполне могло получиться в следующий. Ужасно осознавать предательство самого близкого родственника и друга!

— Увы, борьба за власть и богатство в вашем круге часто ведет к преступлениям.

— Откуда вам это известно? — живо поинтересовался он.

— Это очевидно. Особенно теперь.

— Можем мы поговорить уединенно, вдали от чужих глаз?

Не будь у меня к нему своего интереса, не согласилась бы. Повела его на задний двор, где мы сделали навес со скамейкой для отдыха.

— Асмирис, выслушайте меня. Только раз взглянув на вас, я понял, что вы особенная, таких мне не встречалось: умная, решительная, я уже не говорю о вашей несравненной красоте!

Не успела ответить, как он увлек меня на лавку и приник поцелуем к губам. Если он ждал страсти, то получил её полной мерой — так оттолкнула его, что чуть не спихнула с сиденья.

— Неужели я совсем ничего не бужу в вас?

— А должны? Вы считаете, что можете покорить женщину букетом и поцелуем? Ошиблись, я подобного обращения с собой не допускаю! Если у вас все — уходите.

— Простите мою вольность, умоляю! Это был порыв. Вы моя спасительница и прекрасны так, что смешались чувства приязни и благодарности, и вот, — развел руками Вигго.

Эх, дать бы ему пощечину, да, нужен для дела.

— Не могла бы ваша благодарность обрести более материальные формы?

— Деньги? — удивленно поднял брови он.

— Фу, как вы могли подумать, стыдитесь! Мне нужна протекция в магистратуре, чтобы открыть два магазинчика: один с полуготовыми блюдами, а другой со сладостями.

— Ну, если это единственное, что вы от меня примете, то я, конечно, помогу. Но у меня есть ещё один вопрос. Не отдадите ли вы мне своего чародея?

Так, быстро он перешел к деловому торгу от чувств, но это даже лучше.

— Вы странно ставите вопрос. Он свободный человек и сам принимает решения, да и не чародей, а обычный зельевар. Хотите я его позову?

— Не думайте, что я ставлю условия, — спохватился ланскер.

— А я было так и подумала. Ждите, сейчас приведу его.

Асвариус с достоинством выслушал щедрое предложение и спокойно отклонил его, сославшись на возраст и желание жить в покое и воле.

— Вы оба очень странные! Вас не соблазняют большие деньги, как многих. Что же вы цените? — удивился мужчина.

— Только свободу во всем — в жизни, в работе, в выборе пути, — ответила я.

— Но человек не может быть абсолютно свободен! Есть обязанности, долг, законы в конце концов.

— Это и есть выбор. Перед кем быть обязанным и должным, а законы… С этим совсем просто: если не устраивают — нужно искать другое место.

— Удивительные люди! Неужели у вас нет ни к чему и ни к кому привязанности?

— Отчего же, есть. Но ведь это тоже выбор достойных ее.

— Мне очень интересны беседы с вами, могу ли я иногда посещать вас, скажем, быть гостем? А насчет ваших нужд можете не волноваться, вы получите желаемое.

— Гостям всегда рады, если они приходят с добрыми намерениями, — завершила я разговор.

Неожиданно вспомнились драконы. Оба. Ни один из них даже не попробовал таким образом предъявлять на меня права,