— Вы о чем? — Встрепенулась Катя, но отвечать ей никто не стал, все сосредоточились на кубе.

Когда картинка перестала мелькать, маги увидели кованные ворота и зеленую стену из растений. Светило солнце, слышалось пение птиц. У ворот стояли люди. Нет, не люди, безопасники.

— Рогова? — один из мужчин, немного грузный и одутловатый, с неприятным лицом подошел к Рид и Габи.

— Агент Бабичковкур, — Рид даже не стала скрывать удивление. — А вы что тут делаете?

— Обследуем место преступления, — невозмутимо ответил мужчина.

— Это что, шутка?

— Какие шутки? Много лет назад мы с вами решили не врать друг другу, — на пальцах безопасника появились маленькие молнии. Габи, как завороженная, смотрела на маленькие электрические разряды и не обращала внимание на разговор взрослых. Еще бы, не каждый день увидишь, как молния перебегает с пальца на палец, а затем обвивает запястье и создает электрический браслет, после чего рассыпается на множество мелких искр, чтобы после собраться снова в одну молнию.

— Вы меня обвиняете? — с вызовом спросила Рогова, не обращая внимание на электрическое представление мага.

— Нет. Вы в это время разносили коттедж в Шотландии. Вам явно не до того было.

— Тогда?

— Соболезную по поводу преждевременной кончины вашего дядюшки, Олега Сергеевича. Мы разберемся, как это случилось.

— А тетя? Дедушка, бабушка? — голос Рид слегка задрожал.

— Пока не нашли. Ищем. И еще, — Габи отвлеклась от молний и посмотрела на мужчину, — вам нужно отдохнуть. Вид у вас, Рогова, не важнецкий. Смотрите, мужа не упустите.

— Вы мне его всучили, вам и смотреть.

— Ну-ну, не обижайтесь, Риджина. — Габи видела, как напряглись скулы крестной. — Мы теперь с вами заодно. И должны работать одной командой.

— Пойдем, — Рид потянула девочку к невысокой арке, из которой они только что вышли. — Нам здесь делать нечего.

— И это! — окликнул их агент Бабичковкур, — Тереза уволена из лечебницы Лукреции.

— А… — Рид остановилась на полпути, но поворачиваться не решилась.

— Рогова, мне жаль.

— С чего бы это? — Рид резко повернулась и посмотрела с неприязнью на агента. Усталость в ее голосе пропала, уступив место подступающей злости. — Помнится, вы любитель таких методов общения.

— Одно дело, когда это нужно по службе, — мужчина говорил спокойно и открыто смотрел в глаза. — И совсем другое, когда это делается для удовольствия, — на неприятном лице мага промелькнуло сожаление и что-то похожее на сочувствие.

Спросить, что именно имел в виду этот незнакомец с молниями, Габи не успела. Они снова перенеслись.

Энрико, Катя и Франческа с вызовом посмотрели на безопасника и Кайсу. Маг оставался внешне невозмутим и спокоен, только желваки на скулах ходили туда-сюда.

— Сволочи! — в сердцах бросила Катя. — Ты знала? — она гневно взглянула на Кайсу и резкий порыв ветра выбил стакан из руки блондинки. — Ты знала про Терезу, когда провоцировала Рид на яхте? Поэтому она сорвалась?

— И это потому у нее открылся доступ к магия, — с трудом, но Кайса выдержала взгляд Кати. — Да, я знала. Рид нужна была встряска, она ее получила.

— Кать, — Франческа потянула девушку за рукав, — сядь. Давай досмотрим.

— С остальными мы разберемся потом. Я обещаю, — Энрико дождался, пока Ветрова успокоится и снял остановившиеся воспоминания с паузы. Обозревательница уселась на диван рядом с итальянкой, сверля взглядом ненавистную ей Олбу.

То, что показывал куб воспоминаний, было ожидаемо: у Рид начался откат после использования магии. Как только появлялась магия, она ее безжалостно тратила. Потом использовала накопитель и снова расходовала силу. Неизвестно, как долго организм сможет терпеть такое издевательское отношение. И судя по изображению, его возможности нормально функционировать уменьшались в арифметической прогрессии.

Рогова перенесла их в какую-то подворотню. Небольшое пространство между домами было заполнено мусором, котами и пожухлой травой. Габи сильнее прижала Доходягу к себе. Красный рюкзачок валялся у ног девочки. Она переводила взгляд с него на Рид, которую трясло.

— Нюкт… Последний… Рюкзак… — с трудом прохрипела крестная, протягивая дрожащую руку, прежде чем рухнуть на грязный асфальт.

— Четвертый, — тихо произнес Энрико и снова остановил воспроизведение. Франческа нервно теребила рукав платья.

— Как мы вытащим ее после этого?

— Не знаю, — маг закрыл руками лицо, продышался, после чего жестко посмотрел на сестру и добавил. — Но мы должны. И мы это сделаем.

— Теперь понятно, почему она потребовала от тебя такое обещание, — Денис сглотнул. — Риджина догадывалась, что все может закончиться плохо.

— Риджи, Риджи. И ради чего все это? Ради кого? — Энрико грустно посмотрел на Катю. — Я понимаю, что защищать ребенка нужно, но…

— Это ее семья.

— Семья — это главное, — подтвердил итальянец и тяжело вздохнул. — Я помню. Нас всех так учили.

— Это Рим, — перебила его Франческа. — Я вижу шпиль Собора Святого Петра. Они явно собираются к нам в палаццо. Но Паоло ничего не говорил о Риджи. Как так?

Когда четвертый нюкт был использован, Рид, с трудом, тяжело дыша, поднялась и огляделась. Габи отпрянула от края дома и подбежала к крестной.

— Забавно. Я не была здесь лет пятнадцать. И вот, пожалуйста, — она провела руками по грязной стене. — Мы с Лукой, это мой друг, здесь прятались от старших, когда хотели украсть Колизей.

— Колизей? — Габи уставилась на крестную. — Но он же большой и тяжелый.

— Ага. Большой и тяжелый, — тревожно озираясь по сторонам, заметила та. — Ко мне домой мы не пойдем, но у нас еще остались друзья. Они помогут.

— А как же магия? — от этого вопроса губы Рид растянулись в улыбке.

— Там тоже есть магия. И вообще, нам нужно немного маскировки.

Молодая женщина махнула рукой и на ее голове, и голове Габи появились широкополые шляпы от солнца, так любимые многими туристами Вечного города. Вскоре в руках появились и солнечные очки.

— Вот так-то лучше, — смахнув пот со лба заключила Рид.

— А еще можно?

— Можно, но позже. Нас ждет палаццо Лукиани.

Вместе они вышли из подворотни. Солнце было в зените, а потому никто, кроме пары котов и крыс, им не встретился на пути к оживленной улице. К удивлению обеих,