— Нет, но в жару их и на декаду не хватает.

— А заморозить могут? Или только охладить?

— Есть у меня ящик специальный, в кладовой стоит за ненадобностью. У него двойные стенки. Между стенок насыпаны лиды, не такие крупные, помельче. В том ящике можно даже лед оставить, не потечет. Но летом сил на его поддержание нужно немеряно, потому и не пользуюсь.

Корт ушел в трактир, а я без труда зарядила все, что он оставил. При этом, даже легкой слабости не ощутила. Сила из меня просто-таки рвалась наружу, а как применить ее еще, я попросту не знаю.

Кроме шнекового пресса начертила еще и деревянный, с бочкой который. Схему гидравлического повторить вот так, с ходу не смогла, но в общих чертах набросала. Если знающий человек доработает, то вполне можно использовать. Тем более, мне силы девать некуда — буду масло отжимать! А еще думаю, что из каждого пресса можно сделать артефакт, который станет работать с минимальными человеческими усилиями.

Правда, одного пресса маловато, само сырье тоже необходимо. Для начала, думаю, стоит собрать всю падалку серки, что растет поблизости, потом попросить объехать соседние маленькие поселения с той же целью. Думаю, можно даже выкупить серку, если у кого-то семена хранятся в амбарах.

Почти всю ночь я расписывала будущую стратегию производства масла. Конечно же, мне пришла в голову идея проверить и другие растения, которые могут оказаться масленичными. Незаметно для себя я так увлеклась, что проработала почти до рассвета. Корт пришел со светильниками из трактира, зарядила их, даже не глядя. У меня это не отняло ни сил, ни энергии, ни времени. Сам глава отнес светильники, а после вернулся, да так и остался участвовать в обдумывании планов.

Чертить схемы и расписывать бизнес-стратегию пером, которому не требуются чернила, в разы проще и приятнее, нежели обычными, оставляющими с непривычки кляксы и разводы на не слишком хорошей бумаге. Корт не зря стал старостой этого поселения. Его советы и идеи были в тему, даже несмотря на то, что о добыче растительного масла он раньше не слышал.

Убеждать в полезности и значимости будущего продукта посчитала излишним. Местные сам все поймут, стоит только начать им пользоваться.

Уже под утро, когда расписали в подробностях планы на ближайшее, а также более отдаленное время я ушла спать. За окном вот-вот должен был заняться рассвет. Заметила, что Корт не ушел в трактир, а занял вторую комнату, бывшую его спальней до моего появления. Никак не стала комментировать. Устала безумно. Все, чего хотела прямо сейчас — лечь в кровать и закрыть глаза. Даже про возможную встречу с Шайлас позабыла. Но мысли о девочке никогда не покидали надолго, я думала о ней постоянно, вспоминала, как ласково она прижималась ко мне, ища защиты и поддержки; вспоминала то чувство, которое испытывала сама во время обмена энергией. Наши первые дни вместе, узнавание друг друга, собственные ощущения от общения с малышкой, но ярче всего ощущалась любовь, которую я вдруг ощутила к ней.

Никогда не понимала женщин, способных не просто воспитать, а полюбить приемного ребенка, думала, что они лукавят, говоря о сильных чувствах к неродным по крови детям. Как же я ошибалась! То, что я испытываю по отношению к Шайлас — не просто привязанность, сильная, просто всеобъемлющая любовь. Мне физически плохо от того, что ее нет рядом, я жутко переживаю, как она там без меня. Здорова ли, не голодна ли, а вдруг ее кто-то обижает?

С этими мыслями я и провалилась в сон. И именно в тот момент, когда не пыталась ничего для этого сделать, просто думала о Шайлас, внутренне была настроена на нее, я ее увидела. Моя мышка была в привычном мне, человеческом облике. Кажется, за то время, что мы не виделись, она еще подросла. Шайлас спала на широкой кровати, раскинув ручки и ножки в разные стороны, сбросив с себя яркое покрывало.

Задумываться о том, что это — сон или разделенное сознание и не пыталась. Все, чем были заняты мои мысли — маленькая девочка, по которой я просто невероятно соскучилась. Несколько шагов, и я присела на кровать рядом с Шайлас. От малышки исходил вполне ощутимый жар. В первую минуту даже испугалась, ведь я привыкла, что Шайлас, наоборот, холоднее меня, а тут девочка просто пышет жаром.

Опустив ладошку на мягкий лобик, убедилась, что она не горит, просто почему-то вдруг стала гораздо горячее привычной мне температуры. Наверное, это все же сон, потому что Шайлас на мое присутствие никак не реагировала, она просто спала. Правда, снилось ей что-то не слишком веселое, моя мышка то и дело хмурила бровки, сжимала губки и постанывала, словно у нее что-то болит.

Чуть сдвинув Шайлас от края, прилегла рядом, обнимая ее, прижимая к себе. Попробую попасть в ее сон и прогнать оттуда всех монстров. Стоило мне обнять мою крошку, она успокоилась и перестала метаться. Затихла, задышав ровнее. Складки на лбу разгладились, губки, крепко сжатые еще полминуты назад, расслабились, она даже словно стала немного холоднее.

Я лежала рядом и поглаживала заметно отросшие волосики. Не удержалась, поцеловала мягкую щечку и лобик.

— Люблю тебя, Шайлас.

Прошло много времени. Сколько не знаю, но больше часа точно, когда почувствовала, что вот-вот покину это странное состояние разделенного сознания. Меня почти уже выбросило, когда в последнюю секунду заметила, что дверь в комнату распахнулась. А вот кто вошел — осталось для меня загадкой.

Открыла глаза в доме Корта на ставшей привычной кровати. Короткий взгляд за окно — рассвело. Несмотря на непродолжительный сон, чувствовала я себя отдохнувшей.

Быстрый завтрак и вперед на поля собирать серку.

Глава 34

В дверях столкнулась с Таришей. Старуха редко выходит из дома, а тут надо же, сама пришла. Уважительно поприветствовав, посторонилась, пропуская ее внутрь.

— И тебе не хворать, айсхи, — кивнула лекарка. Передала мне сверток с травами. — Вот, заваривай, да пей. Как спать ложишься, да утром, перед тем как за стол сесть. Укрепляющий это сбор, для поддержки сил. Пока травы не кончатся, каждый день и пей! — наказывала она.

— Спасибо. За все спасибо, Тариша. Второй раз ты меня спасла.

— Ни при чем я! — отмахнулась старуха. — Нет никакой моей заслуги в том, что проснулась. Вот и глава из меня чуть дух не вытряс, требуя тебя спасти. А как спасти-то? Коли вместилище каменеет, знать все, пришел твой час. Правда ли, что Корт из трактира обратно в