— Я сам разберусь, ты же знаешь.

— Ага, я знаю, как ты разберёшься! Раскидаешь их по кустам! — я уже не упиралась и спокойно шла с Эмилем рядом. Четверо моих друзей плелись сзади. Надя с Таней шептались с парнями, очень недовольные их поведением.

— Не расшвыряю, думаю, до этого не дойдёт, — спокойно сказал Эмиль.

Мы подошли к клубу, из которого доносилась громкая музыка, веселье было в разгаре. Несколько девчонок и парней, сидели на улице, прямо на перилах, ограждающих вход в здание.

— Привет, — поздоровалась я, и все оглянулись. Пока мы с Эмилем заходили в клуб, все пристально смотрели нам вслед. Когда мы прошли мимо компании молодых людей, сзади зашушукались.

— Начинается! Все хотят обо всех всё знать, — вздохнула я.

Эмиль, обнял меня за плечи.

— Не обращай внимания, мы пришли повеселиться.

В клубе было душно; народ толпился у самого входа; в воздухе витал запах алкоголя, что мне очень не понравилось. Следом за нами вошли мои подруги, со своими кавалерами. Заиграла быстрая музыка, и Татьяна, схватив меня за руку, потащила на середину зала танцевать. Эмиль помахал мне рукой, а сам встал в стороне и стал наблюдать за нами. Я жестом пригласила его присоединиться к нам, на что он отрицательно покачал головой.

Мы протанцевали мелодии три! Я посматривала в сторону Эмиля, который скрестив руки на груди, стоял неподвижно в стороне, не сводя с меня глаз. Заиграла медленная мелодия и я, расталкивая людей, начала пробираться к нему. Кто-то схватил меня за руку. Обернувшись, я увидела Николая.

— Привет. Потанцуем? — заплетающимся языком предложил он.

— Нет, спасибо Коля, не сегодня, — я попыталась высвободить руку, но он держал меня крепко.

— Пусти! — дёрнулась я.

— Что, я тебе не подхожу? — глаза его сузились.

И тут я поняла — он был слишком пьян.

— Протрезвей сначала, а потом приглашай, — я опять попыталась вырвать свою руку. — Да отпусти же, — уже со злостью сказала я.

За моей спиной послышался спокойный голос Эмиля:

— Отпусти.

Николай на мгновение растерялся, но алкоголь придал ему смелости:

— А если не отпущу, что будешь делать? — он нагло посмотрел на Эмиля. Внезапно рука Николая отлетела в сторону, он пошатнулся, но не упал.

— Уже сделал, — и Эмиль спрятал меня к себе за спину. Я попыталась встать между ними, но он меня не пускал.

— Может, выйдем? Поговорим как мужики? — Николай хотел подраться.

— Протрезвей сначала. Боец! — насмешливо сказал Эмиль.

Вокруг нас быстро собралась толпа молодёжи, все с любопытством смотрели на происходящее.

— Да я смотрю, ты боишься! — со злорадством произнёс Николай. — Тогда будем драться здесь, — и он замахнулся на Эмиля. Удар не достиг цели, Эмиль увернулся, и Коля, потеряв равновесие, налетел на толпу зевак. Придя в себя, он вновь двинулся на Эмиля. Круг танцующей молодёжи расступился, давая место дерущимся. Николай вновь и вновь пытался ударить Эмиля, но тот только уворачивался, грациозно кружа вокруг него, будто танцуя. Все начали смеяться над Николаем, и подбадривать его на новую атаку. Он уже был весь красный от негодования и стыда за свои промахи, поэтому впав в ярость, он ещё с большим азартом пытался ударить Эмиля. Но тот спокойно уворачивался, не давая Николаю ни единого шанса, хотя бы дотронуться до него. На лице Эмиля играла лёгкая улыбка, что ещё больше злило Колю. Тогда тот решил играть не по правилам.

— Ты что, с Наташкой гуляешь? — ехидно спросил он.

— Не твоё дело, — бросил Эмиль.

— Я тоже с ней гулял. Она тебе не рассказывала? — Николай хотел вывести Эмиля из терпения. Тот на мгновение остановился и посмотрел на меня, но самообладания не потерял. Николай видя, что его слова достигли цели, решил подогреть обстановку, и сказал:

— Гладкая баба, не так ли?

Я видела, как сжались кулаки Эмиля, и как потемнели его синие глаза, становясь почти чёрными. Он стоял и смотрел на Николая, а тот зло рассмеялся, увидев, как Эмиль весь напрягся.

— Вот это другое дело! — и Николай вновь бросился на него с кулаками.

Никто ничего не понял, всё произошло очень быстро. Внезапно Николай очутился на полу! Эмиль резко выдернул ремень из его брюк и связал им руки и ноги Николая, каким-то замысловатым узлом. Тот попытался встать, но ничего у него не вышло. Николай, как эмбрион, лежал на полу, не понимая, что произошло, попытки высвободиться, ни к чему не привели. Он завопил:

— Санёк, помоги, развяжи ремень!

Из толпы вышел Саня и хотел подойти, но Эмиль так посмотрел на него, что тот отступил назад.

— И, что теперь?! — вопил Николай.

— Полежи, подумай, что ты будешь делать дальше, — Эмиль успокоился, и его голос опять стал ровным.

— Ну, хорошо, хорошо! Я перегнул палку, развяжи меня, — сдался Николай.

— Неправильный ответ, думай ещё, — Эмиль ходил вокруг него, никого не подпуская к нему.

Николай зло сплюнул.

— Хорошо! Наташа, прости меня, — еле слышно произнёс он.

— Не слышу, громче, — потребовал Эмиль.

— Наташа, прости! — уже громче сказал Николай.

Эмиль подошёл и присел возле него.

— Молодец! Но в следующий раз, если я услышу, что ты говоришь, гадости про Наташу, ты так легко не отделаешься, — и он дёрнул за край ремня, развязав узел. Николай освободившись, сидел на полу и растирал руки, которые побелели от недостатка крови.

Эмиль подошёл ко мне:

— Пошли, уже натанцевались. Взяв меня за руку, он направился к выходу.

На крыльце клуба нас догнали Санёк и Сергей.

— Эмиль, извини, что так произошло. Мы не думали, что Колян полезет в драку, да ещё и Наталью оскорбит.

— Всё нормально Саня, — Эмиль похлопал парня по плечу.

— Без обид, — крикнул Саня нам вслед.

Глава 24

Пока мы спускались вниз по лестнице, толпа парней и девчонок смотрела нам вслед.

— Эмиль, прости, не надо было нам идти сегодня в клуб, я очень глупая, — виновато сказала я.

Он остановился и обнял меня.

— Ты ни в чём не виновата, ты просто хотела потанцевать и повеселиться, всё что произошло, это дело случая, забудь об этом.

— Я наверно должна тебе рассказать про Николая? — я опустила голову, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Не могу требовать от тебя этого. До меня, у тебя была другая жизнь, и ты могла делать всё, что тебе угодно, — Эмиль старался говорить спокойно, но в его голосе слышалось волнение.

— Но я всё-таки расскажу тебе.

— Хорошо, я слушаю, — он тяжело вздохнул, неуверенный в том, хочет ли он знать правду про нас с Николаем.

— Помнишь праздник был, Ивана Купала? —