состоянии. Да и, скажу честно, хорошо его понимал. Потому что мне и самому ты нравилась. В тот момент у меня с собственным зверем получилось удивительное единодушие, первое за много лет. И этот аромат почти никак не воздействовал на тебя. То есть ни к чему не принуждал, как знаменитые феромоны соурри. Просто усилил мой собственный природный аромат, дав тебе возможность почувствовать его в полной мере и оценить. Если бы у тебя случилось отторжение, он не закрепился бы…

Закрепился?! Что значит “закрепился”?

Этот безмолвный вопрос отразился в моих глазах. Сюрпризы сегодня закончатся или надежда бессмысленна?

— Это значит, что наш запах теперь навсегда останется на тебе. И любой представитель нашей расы с лёгкостью это почувствует…

У меня даже рот непроизвольно приоткрылся от такой “новости”:

— То есть вы меня застолбили?!?! Пожизненно! Без моего на то согласия?!?

Нет, обиды, настоящей обиды не было. Просто я… В шоке я была просто! Какие предприимчивые однако парни. Хотя, они ведь утверждают, что всё произошло непроизвольно… Стоп! Брейдан был под феромонами, но Кай то нет! А его усиленный аромат я во время нашей близости в этой кают компании ощутила не менее отчетливо, чем Брейдана в том изоляторе.

Я развернулась в руках Брея и, прищурившись, посмотрела на Кая:

— Ты сделал это умышленно. Брей был невменяем, но не ты…

Этот хитрый кошак жажен виноватое лицо делать не стал. Улыбнулся лукаво и, наклонившись, прошептал мне прямо в губы, обдавая теплом своего дыхания:

— Я догадывался, что это произойдет. Во время нашей первой близости произойдет наверняка. Чувствовал предпосылки. Слишком сильная реакция зверя на тебя, перекликающаяся с моими собственными чувствами. И когда это произошло я просто не стал противиться. Не видел смысла. Ведь в своем выборе, как и в выборе брата, был уверен полностью…

— Так мы теперь женаты? — ухмыльнулась я в эти улыбчивые губы.

— Ага, щааассс! — насмешливо, изображая негодование прыткостью некоторых индивидов, протянул Рон. — А вообще весело получилось — они двое теперь как бы женаты, на тебе, а вот ты до сих пор не замужем….

?!?

Глава 22

— Это как? Что-то я совсем запуталась… — Нахмурились, взглянула поочередно на Рона и Рейна. Пусть объясняют нормально, раз из этих двоих братцев ни слова не вытащишь! Замужем… Не замужем… Ещё чуть чуть и у меня дым из ушей повалит. — Если на моей скромной персоне навсегда останется этот их брачный аромат, то любой с продвинутым обонянием сумеет по одному лишь запаху понять, что я как бы не совсем одинока. Что со мной связаны двое оборотней. Разве это не значит быть замужем, по крайней мере в их понимании?

Рон усмехнулся и, поднявшись с дивана, направился к бару возле которого, облокотившись на него спиной, стоял в расслабленной позе с бокалом в руке соурри. Небрежно отодвинув Рейна чуть в сторону, налил себе точно такой же алкоголь в прозрачный бокал, сделал щедрый глоток. И, скопировав позу змея, наконец соизволил ответить:

— Ты правильно только что сказала — с тобой связаны двое оборотней. Они с тобой. Но не ты с ними. Да, на тебе их запах, но он говорит лишь о том, что тебя выбрал зверь двух оборотней. По нему же сильные представители их расы смогут определить даже какого вида оборотни тебя выбрали и насколько сильный у них зверь. И тут есть одна плохая, а другая хорошая новость. Хорошая — те, кто заведомо слабее, поостерегутся теперь проявлять к тебе интерес. Плохая — те, кто сильнее, если таковые найдутся, могут воспринять это как вызов и попытаться, как говорится, наложить на тебя лапу…

— Хххы… — Вот чего ещё мне не хватало! Тут бы свыкнуться с тем, сколько мужчин у меня уже сейчас есть. Какие ещё лохматые любители вызовов, я вас умоляю?!

Оборотням эта мысль тоже по душе не пришлась. И это ещё мягко сказано. Брейдан напрягся всем телом, Кай же зло выдохнул сквозь зубы. И, не сговариваясь, зажали меня с двух сторон в самых настоящих тисках. Я тут же поняла как чувствует себя колбаса в бутерброде если хлеб с двух сторон что есть силы сдавить — пытается просочиться хоть куда-нибудь!

— Задушите, ревнивцы! Или это такой хитрый ход — “не достанется же ты никому”?

Тиски тут же разжались, возвращая мне доступ к кислороду и желание пока держаться от находящихся на взводе парней на расстоянии — задушат и не заметят даже.

— Прости… — покаянно выдохнули с разницей в пару секунд оба брата. Переглянулись мрачно и вздохнули.

Да уж, легко не будет точно…

— Всё нормально, но нам похоже многое придется сегодня обсудить. Хотела отложить это ненадолго, не то настроение сейчас, но, видимо, не судьба. Слишком много всего назрело, наболело, и не только у меня. А ещё я ощущаю себя слепым щенком во всей этой истории. Слепым и до смешного нелепым в своем неведении. Пора менять положение дел. И начнем мы с того, на чем собственно и остановились только что — рассказывайте о нашей с вами связи! Четко, точно и по существу. Потом перейдем к другим, не менее важным, вопросам… Вы сказали, по моему обновившемуся теперь запаху другие оборотни поймут, что двое их соплеменников привязали себя ко мне. Как они поймут, что я не привязана к вам? — Я обернулась к отошедшим к дивану оборотням. — Будь я самкой вашей расы, то тоже должна была бы оставить на вас свой запах, как сделали вы?

Кай вскинул брови и лукаво прищурился, полыхая зеленью глаз:

— А у тебя появилось такое желание?

Я чуть господа в суе не помянула от злости, но вовремя спохватилась:

— Кай! Отвечайте на заданный вопрос!

Видимо расслышав в моем голосе настоящую злость и неподдельную моральную усталость, он перестал кривляться, в одно неуловимое мгновение становясь серьезным и даже несколько мрачным.

— Да. Если бы ты была одной с нами расы и твой зверь ответил на зов моего зверя и зверя Брея, то твой связующий аромат смешался бы с нашим, давая понять всем, способным это почувствовать, что связь двусторонняя, полностью завершенная.

— А так? А сейчас? Все будет думать, что вы выбрали женщину, которая вас не приняла?

Этот вопрос меня по-настоящему взволновал. Я не хотела позорить таким образом своих мужчин перед их соплеменниками да и вообще перед кем бы то ни было!

— Будь ты одной с нами расы, то так бы и подумали. Так бывает часто, в последние годы слишком часто. Сплошь