ледяной водой, и отправился к Даше. Стоя у подъезда я позвонил на сотовый раз двадцать, прежде чем удалось её разбудить. Даша вышла на улицу зевая и держа в руке две кружки чая.

— Ого, — Даша окинула меня взглядом. — Судя по выражению лица, у тебя новости.

И я рассказал. Про то как выманил домового, про сделку с ним и попытку обманут Абаддонского, и про то что теперь у меня есть две недели чтобы стать сильнее. Ведь нарывов на заводе будет прорва, а после мне будет нужно каким-то чёртом пережить встречу с Абаддонским.

Зелёный огонёк на границе Дашиного зрения, надо полагать, мигал без остановки, ведь я говорил чистую правду.

— Значит, уезжаешь в Воронеж, — подытожила она, ставя кружку на лавочку.

— По этому и пришел к тебе, попрощаться. Вернусь к объявлению банкротства, но и тогда мы не сможем увидеться, так как я буквально буду жить на заводе и чистить нарывы…

Не думая ни секунды Даша выпалила:

— Я с тобой. Буду бутерброды готовить и ждать с охоты своего ведьмака.

Заглянув в её глаза я понял что спорить бесполезно. Либо она поедет на одном автобусе со мной, либо приедет немногим позже.

— Хорошо, выезжаем в десять утра.

Даша радостно обняла меня и побежала собирать вещи.

Через три часа мы сидели в полупустом автобусе. Даша уснула на моём плече ещё до выезда из области, а я смотрел на плывущие за окном подсолнухи. По дороге написал СМС Боцману, всего одно слово «поохотимся?». Увы он не ответил, возможно потому что не захотел, а может потому что клацая по разбитому экрану смартфона я написал ему «бородатый козёл» или вроде того.

Ладно, если не ответит, попрошу Линду нарисовать мне на карте все известные ей нарывы и буду зачищать один за другим каждую ночь. Да и день тоже, так как деньги на оплату кредита у меня имеются.

В Воронеж мы въехали часам к трём. Город встретил пробкой у вокзала, запахом плавящегося асфальта и ощущением, что меня не было тут год, хотя прошло лишь несколько дней. Доехали на такси до военного городка, поднялись на восьмой этаж, а когда я открыл дверь, меня чуть не сбил с ног разожравшийся Борр.

— Кормилец вернулся! — взвизгнул он повиснув на мне. — он перевёл взгляд на Дашу и натянуто улыбнулся. — О. Ты не один оказывается.

Даша рассматривала сорокасантиметрового толстяка в шляпе-мухоморе со смесью интереса и опаски, а после шёпотом уточнила:

— Дим, а это кто?

— Как это кто⁈ — оскорбился Борр. — Ты, вообще-то, мои грибы продавала! А ещё я Санычу помогал рогатого мочить, без меня тебя бы уже в живых не было. — задрав нос сообщил боровичок.

— С-спасибо, — произнесла Даша точно зная что Борр не врёт, лишь немного преувеличивает.

— Всё так, — подтвердил я, пропуская её в квартиру. — Знакомься, это Борр. Дух Северного леса, гроза плесени, самая прожорливая скотина из всех что я знаю и производитель грибов в одном лице.

Даша пожала руку Боровичку, а тот ладонь моей подруги не отпустил, а сжал ещё крепче и потащил её на кухню. Налил чая, поставил на стол недоеденную пачку печенья и стал рассказывать как он обо мне заботится и что я до сих пор жив лишь благодаря его стараниям. Даша улыбалась и смотрела то на меня, то на это ожиревшее чудо.

— Ну и прикинь, ты дело с грибами на поток значит поставила, телефон Резо дала ему и знаешь сколько мы грибов продали? Шишь да маленько! — возмутился Борр.

— Вообще то, ты сопли на кулак наматывал и говорил что не можешь одновременно и плесень чистить и грибы выращивать.

— Ой, да чё я там наматывал? Так, немного прибеднялся и не более того, — отмахнулся Борр.

— Ну хорошо, раз уж Даша вернулась, то может она согласится возглавить наше грибное подразделение?

— Да я с радостью, надо же как-то за проживание платить, — Даша стрельнула в меня глазками.

— Нет, за еду я не дам тебе работать. Будешь получать часть от прибыли…

— Чё? Только не говори что собираешься увеличить её долю⁈ — Борр возмущённо подпрыгнул так что посуда на столе жалобно звякнула.

— Ну да, теперь Даша обо всём знает и сможет работать без моего участия. Я считаю будет справедливо…

Договорить мне не дали, так как боровичок перешел на ультразвук.

— Справедливо⁈ А ты часом не забыл, что всё держится на мне⁈ Я требую поднять мою долю! Я, между прочим, буду днём плесень чисти, а вечером грибы выращивать! У меня времени даже на пожрать не останется! И за это я что получу жалкие…?

На этот раз я перебил пузатого

— За жалкие сорок процентов от прибыли.

Борр поперхнулся. Его рот открылся, закрылся и открылся снова.

— Ч-чего? Сорок процентов? Не четырнадцать, не четыре, а сорок? — растерянно спросил он.

— Ага, — кивнул я и отпил чай из Дашиной кружки. — Ты и правда делаешь основную работу, а мы с Дашей заёмёмся закупкой хлеба и продажами. За это каждому из нас достанется по тридцать процентов. А у тебя будет самый большой кусок. Что скажешь?

Пухлая ручка вытянулась в мою сторону со скоростью пули вылетевшей из ствола пистолета. Я пожал пухлую ладонь, и перед глазами появилось сообщение:

Сделка заключена. Боровичок Борр получает 40% прибыли грибного предприятия. В очередной раз великий Борр совершил величайшую сделку, которую когда-либо заключал лесной дух. Впрочем, и для тебя сделка неплоха, халявщик.

Не успели мы переписать условия договора, как Борр моментально обнаглел.

— А ещё я хочу…

— Нет, — отрезал я. — За плесень получаешь как и раньше. Не наглей.

— Ну я хотя бы попытался, — фыркнул боровичок и переключился на Дашу. — Партнёрша, а что у нас на ужин?

— А ты продукты купил, партнёр? — спросил я покачав головой.

— Деньги есть, осталось выяснить чем хозяйка будет нас потчевать, — ехидно подметил боровичок.

Ну всё, сел на шею, теперь не скинешь, ведь Даша с радостью согласилась готовить. Впрочем, я не против. Надоело уже питаться в досткавке.

Оставив их составлять список блюд, в котором уже появилось рагу, окрошка, филе лосося и десяток других блюд, я спустился во двор и дошел до ближайшего салона связи. Старый китайфон честно отслужил