— Я не обязана тебя ждать, Райан, — она даже не обернулась. — У нас есть общая группа в мессенджере. Пиши туда.

— Группа — это для формальностей. Нам нужно встретиться лично. Сегодня вечером. В библиотеке. — Я перевел взгляд на Адриана. — И я уверен, что будущие архитекторы понимают важность дедлайнов. Не так ли, приятель?

Адриан спокойно поднял взгляд. В его глазах не было страха, только легкая ирония.

— Безусловно, Гринвуд. Но Ева сейчас занята более важными делами, чем обсуждение твоей статистики на льду.

— Мы обсуждаем не статистику, а искусство, — отрезал я, чувствуя, как закипаю. — Ева, в восемь. Не опаздывай.

Я развернулся и ушел, кожей чувствуя её возмущенный взгляд. Я вел себя как последний придурок, я знал это. Но мысль о том, что она будет обсуждать «геометрию страсти» с этим парнем в пальто, выводила меня из себя.

«Запрещенный прием, Райан? Нет, это уже похоже на игру без правил», — подумал я, выходя на парковку.

5

Ева

В восемь вечера я и не думала идти в библиотеку. Гринвуд привык, что мир крутится вокруг его расписания, но я не собиралась становиться еще одной планетой в его системе. Вместо этого я решила задержаться в танцевальном зале, чтобы отработать резкие переходы в новой связке.

Я уже заканчивала тренировку и собирала вещи, когда дверь зала со скрипом открылась. На пороге стояла девушка. Блондинка, идеально уложенные локоны, густой слой макияжа и взгляд, в котором читалось нечто среднее между фанатизмом и безумием. На её запястье я заметила браслет с номером «16» — игровым номером Райана.

— Ты Ева, да? — Её голос был тонким и дрожащим от едва сдерживаемой ярости. — Та самая «хореографка», которая решила, что ей всё дозволено?

Я спокойно застегнула сумку.

— Дозволено что? Работать? Да, я здесь именно для этого.

— Не прикидывайся идиоткой! — Она шагнула в зал, и я увидела в её руке распечатку из деканата. — Я видела списки. Ты в паре с Райаном по проекту. И я видела, как он смотрел на тебя в кафе. Ты думаешь, ты особенная? Думаешь, он посмотрит на танцовщицу, когда у него есть я?

Я невольно усмехнулась. Рассудительность всегда была моим щитом, и сейчас она работала на полную мощность.

— Послушай, как тебя там... Сара? Клэр? Мне абсолютно всё равно, на кого смотрит твой Гринвуд. Для меня он — просто напарник по проекту, притом довольно наглый и шумный. Если он тебе так нужен — забери его себе, упакуй в подарочную бумагу и не давай ему ко мне подходить. Я буду тебе только благодарна.

— Лжешь! — Она почти сорвалась на крик. — Ты сейчас должна была быть в библиотеке. Я знаю, что он тебя там ждет. Но ты туда не пойдешь. Если я еще раз увижу тебя рядом с ним, я устрою так, что твоя «социальная практика» закончится, не успев начаться. Ты здесь никто, Новак.

Она развернулась и выскочила из зала, громко хлопнув дверью. Я осталась стоять в тишине.

«Боже, Гринвуд, ну и шлейф ты за собой тащишь», — подумала я. Весь этот цирк вокруг него вызывал у меня только брезгливость. Он не был парнем в моем вкусе. Мне нужны были глубина и интеллект, как у Адриана, а не эта толпа безумных девиц и раздутое эго капитана.

Я решила пойти домой длинным путем, в обход библиотеки. Гринвуд пусть ждет. Это пойдет ему на пользу.

Райан

Прошло сорок минут. Библиотека Сент-Джуд была наполнена тихим шелестом страниц и шепотом, но для меня здесь было оглушительно тихо. Потому что Евы не было.

Я проверил телефон в десятый раз. Ни одного сообщения. Никаких «я опаздываю» или «я не приду». Просто игнор. Полный и абсолютный.

— Эй, Кэп, — Маркус подсел ко мне, заметив моё лицо. — Твоя принцесса тебя кинула?

— Закрой рот, Марк, — прошипел я, чувствуя, как внутри закипает смесь ярости и... обиды? Нет, Райан Гринвуд не обижается. Он злится.

Я уже собирался уходить, когда увидел у входа одну из своих самых преданных (и пугающих) фанаток — Синди. Она всегда крутилась где-то рядом, караулила у раздевалок, но сегодня её лицо сияло от какого-то странного торжества. Она помахала мне рукой, но я лишь отвернулся.

Я вышел из библиотеки и направился к её общежитию. Я не мог это так оставить. Никто не заставляет меня ждать сорок минут, а потом просто исчезает.

Я увидел её у входа в корпус искусств. Она шла медленно, в наушниках, глядя перед собой. Она выглядела такой спокойной, такой отстраненной, что это бесило больше всего. Она даже не думала о нашей встрече.

Я преградил ей путь.

— Ты забыла дорогу в библиотеку или у тебя проблемы с часами, Ева?

Она медленно сняла наушники и посмотрела на меня. В её глазах не было вины. Только усталость и легкое раздражение.

— Я никуда не забывала дорогу, Райан. Я просто решила не приходить.

— Ты решила не приходить? — Я сделал шаг вперед, нависая над ней. — Мы договорились. Это проект, от которого зависит моя оценка.

— Это проект, который ты навязал мне своим «запрещенным приемом», — отрезала она. — И кстати, Гринвуд, разберись со своим «фан-клубом». Твоя одержимая подружка только что угрожала мне в танцевальном зале, требуя, чтобы я к тебе не приближалась. Считай, что я пошла ей навстречу.

Она попыталась обойти меня, но я схватил её за локоть. Не больно, но крепко.

— Кто тебе угрожал?

— Мне плевать, как её зовут, — Ева вырвала руку. — Райан, пойми одну простую вещь: ты мне не интересен. Ни как капитан, ни как парень, ни как герой чьих-то снов. Ты для меня — головная боль. Поэтому проект мы будем делать дистанционно. И не смей больше караулить меня.

Она зашла внутрь, и тяжелая дверь закрылась перед моим носом. Я стоял на крыльце, чувствуя, как холодный ветер хлещет по лицу.

«Ты мне не интересен». Эти слова ударили сильнее, чем шайба в грудь на полной скорости. Я привык бороться за победу, когда противник сопротивляется. Но как бороться с тем, кто вообще не считает тебя участником игры?

6

Райан

Я стоял перед закрытой дверью общежития, и в ушах до сих пор звенело её «ты мне не интересен». Это было не просто холодное равнодушие — это был приговор моему эго. Кулаки сжимались сами собой, а внутри клокотала такая ярость, что,