тащить? Три этажа вниз по ржавым скобам. И можно ли вообще оттуда куда дальше уйти?

— Хороший вопрос, — отвечаю честно. — Но сказать мне пока нечего.

Он молчит. За лапшу снова взялся. Но в целом, прав. Я сам об этом же думал. Резервная площадка нужна. Тёплая, сухая, с парой выходов и не привязанная к Олегу. Пока такой нет. Но задача в списке приоритетов.

По ноздрям ударил знакомый запах. В проёме появился Коста — свенг с мешком за спиной. Раньше сегодня явился, вот и решил вместо мастерской, найти нас в зале.

Надолго не задержался. Сразу же свалил вместе с Тэкки-тапом. Отдавать ножи, забирать заточенные и платить. Варраз вернулся минуты через три. Усевшись напротив, быстро разобрался с оставшейся лапшой. Выпил бульон, поднеся к губам миску.

— Тарг, — поставив её на место, он снова глянул на меня. — Чё по планам?

Посмотрел на часы. Снаружи темно. Можно выходить, пока ещё есть время до комендантского часа и всё работает.

— Сначала покормить Дарью, — поднялся я на ноги. — А потом за покупками. Нам обоим стоит немного обновить гардероб.

Глава IV

Я поднялся с блюдом лапши наверх. Толкнул дверь в студию.

Дарья спала. Лежала на боку, подтянув колени к груди. Дышала глубоко и ровно. Похоже эликсир выжал из неё остатки сил, запустив перестройку. Организм отрубил сознание, чтобы не тратить энергию на фоновый шум.

А вот запах… Зверь шевельнулся, жадно втягивая воздух. Мысли поползли в плотское русло.

Рыжие волосы. Небольшая упругая грудь. Красивая, если подумать. Плюс, слабая. Пока почти беспомощная. И всё равно опасная — любой человек, которого ты подпускаешь слишком близко, рано или поздно находит нож и выбирает, куда его воткнуть.

Поставил миску на стул рядом с кроватью. Накрыл небольшой тарелкой, которую китайцы давали плюсом. И двинул вниз.

Тэкки-тап ждал у чёрного хода, засунув большие пальцы за ремень штанов и стараясь выглядеть максимально важно. Оружие он с собой взял. Но гоблина куда больше впечатлял факт похода по магазинам большого города.

— Двинули, — кивнул я ему. — Часа два до комендантского у нас ещё есть.

На улице пахнуло жареным маслом, угольной гарью и мокрой пылью. Только недавно закончился лёгкий дождь — асфальт был ещё мокрым.

Народу хватало — рабочие из доков топали по домам, торговцы разворачивали свои тележки и мобильные киоски, женщины с корзинами торопливо пробирались через толпу. Где-то хрипела музыка.

Первый патруль мы встретили через квартал. Двое в форме, при оружии. Один лениво крутил дубинку, второй сверлил прохожих цепким взглядом. На нас покосились, но не остановили. Ещё не поздно — гоблины имеют право топтать мостовую.

Второй патруль стоял на перекрёстке. Сразу четверо. У двух на ремне висели короткоствольные автоматы. Такого я раньше у обычных городовых не видел. В чём-то дед Олег не врал — гайки закручивают. Порт менялся прямо на глазах.

Зверь внутри зло сощурился. Каждый мундир воспринимался как угроза территории. Враг, которого надо порвать, оставив труп на мостовой. И сколько бы раз рациональное ядро не повторило, что среди них наверняка есть нормальные, результата всё равно не было.

— Тарг, — варраз шёл рядом, на полшага позади, сканируя улицу. — А чё у них за стволы? Я таких не видел.

— Автоматы, — бросил я, не поворачивая головы. — Серьёзно ни разу не видел? На телефоне видео наверняка смотрел.

Через пару секунд гоблин смущенно признался, что у него никогда не было телефона, что заставило меня вспомнить о своей добыче, каналы сбыта которой я так и не нашёл.

Правда уже через секунду я отвлёкся. Сначала мы свернули в боковую улицу. Здесь фонари горели один через три, заливая брусчатку тусклым рыжим светом. Зато пахло жратвой из каждого второго окна. Где-то играла музыка. Кто-то орал на ребёнка.

А потом я почувствовал новый запах. Ещё раньше, чем услышал возню.

Кровь. Совсем свежая. И женский пот, пропитанный густым животным страхом.

Пальцы сами легли на складной нож в кармане. Проулок. Узкий, заваленный гниющими ящиками. Двое мужчин. Один прижал женщину лицом к кирпичной стене, второй рукой лапая её грудь, вывалившуюся из-под стянутого топа. Второй задрал на ней короткую юбку и пытался приступить к делу.

Тэкки коснулся моего плеча. Я покосился на него. В жёлтых глазах варраза разгоралось предвкушение.

— Тарг? — сказал он одними губами. — Режем?

Я медленно кивнул. Подождал, пока варраз достанет узкий массивный нож. Показал три пальца. Два. Один. Выпустил зверя.

Два синхронных рывка из тени. Оказываюсь вплотную к тому, что стоит сзади. Раскрыть нож. Лезвие — в бок, прямо в сердце. Провернуть. Выдернуть сталь.

Тот осел мешком, даже не крикнув толком. Минус.

Второй обернулся. Глаза расширились, рот открылся для крика. Не успел. Тэкки уже рядом. Тяжёлый боевой нож с хрустом вошёл в шею сбоку. Варраз довернул клинок, вырвал лезвие на себя. Горячая кровь веером хлестнула на стену. Минус.

Женщина наполовину обернулась. Сползла по стене. Осела на корточки, зажимая рот обеими руками. Проститутка, как я и думал. С которой решили позабавиться бесплатно. Но это не отменяет насилия.

Быстро прохлопал карманы трупов. У первого — бумажник. Внутри пять рублей, мелочь, замусоленная визитка какого-то таксиста. С шеи — дешёвая цепочка. У второго — дешёвый выкидной нож, пачка сигарет и три рубля мелочью. Нищее отребье. Просто так не дают, потому как воняют и выглядят, как сгнившие упыри. А денег на шлюх нет.

Тэкки уже вытер нож о штанину мертвеца. Стоял, поглаживая рукоять и осматриваясь по сторонам. Косился на девушку.

Я тоже повернулся к ней. Молодая. Короткие тёмные волосы, скуластое лицо, родинка над верхней губой. Одета дёшево, но не обноски — короткая юбка, топ, на асфальте перепачканные в грязи кружевные трусы.

Столкнувшись со мной взглядом, она на момент замерла. Потом поднялась. Резко одёрнула юбку. Посмотрела на трупы. Перевела взгляд на меня.

— Сильва, — сказала она хрипло — Я тут работаю. Каждый вечер. Если что понадобится — найдёте у «Жёлтого фонаря». Помогу, чем смогу. Но денег сейчас нет.

Глаза испуганные, но вместе с тем злые. И крови она не сказать, что испугалась.

— Не понадобится, — сухо ответил я, оглядываясь на пару матросов, которые прошли мимо поворота.

— Понадобится, — она криво усмехнулась. — Всем рано или поздно что-нибудь нужно.

Ещё миг постояла. Потом развернулась и пошла прочь. Не оглядываясь и оставив свои