[Приготовьтесь быть стёрты через 5 секунд]

У меня резко заболела голова, меня начало тошнить, и я не понимал, что происходит. Раздался выстрел. Я с каким-то отрешённым видом наблюдал за тем, как мне под ноги падает тело.

[4]

— Серж, мля, прекрати! — послышался чужой голос. Такой далёкий, будто я тону в глубоком океане, а он где-то высоко, на поверхности.

[3]

Ещё один выстрел…

[2]

[1]

Мне показалось, что я должен вдохнуть полной грудью перед концом. Впустить воду в лёгкие. Правильно говорят, что перед смертью не надышишься. Всё же сделал глубокий вдох и прикрыл глаза, но надписи так и продолжили сменяться одна за другой, как только я их дочитывал:

[Внимание! Зафиксировано несанкционированное применение Административного Протокола]

[Администратор Ор-Рэль лишился своей должности и был стёрт из пространства Системы]

[Запуск Системы в кластере Ланиакея невозможно отменить]

[Применён Третий Протокол]

[Режим Системы изменён с «Уничтожение» на «Интеграцию»]

[Да победят сильнейшие! Удачи вам, Земляне! С уважением, архонт Системы, Льёрн, сын Каспии]

[Количество оставшихся разумных рас в кластере Ланиакея: 249]

Я открыл глаза и проморгался, пытаясь понять, что только что произошло. Слишком много информации на меня вывалилось за пару секунд. Ощущения были странными, будто бы эти строчки физически на меня надавили, особенно после применения какого-то там «Протокола». В голове теперь была пустота и вяло текущие мысли, а вот тело на удивление хорошо ощущалось. Легче, сильнее и как-то совершеннее, будто пару лишних килограммов скинул. Даже автомат в руках будто бы стал легче.

Мне понадобилась долгая минута, чтобы выйти из этого транса, после чего наваждение окончательно прошло, а окна после себя оставили лишь размытое бельмо на периферии зрения. Протирание глаз и дальнейшее моргание не помогло — бельмо не уходило.

Лишь затем до меня дошло, что только что рядом со мной два человека убили себя. Выпустив повисший на ремне автомат, бросился к ним, но было уже поздно. Первый пустил себе свинец в висок, второй — в подбородок. Такое не лечится. Я мог лишь бессильно выругаться и прикрыть этим людям глаза. Обвинять их за слабодушии было не в моём праве. О мёртвых говорят либо хорошо, либо никак.

Заметил, что некоторые бойцы всё ещё находятся в трансе, и принялся приводить их в порядок.

— Ох, что-то мне… слишком хорошо, Лёх, — то ли пожаловался, то ли похвалился Порох. — Колено сучье не болит, прикинь, а? Всю жизнь… ох, что с пацанами⁈

— Макинтош, воющая мать и поминальные полотенца по всей хате, — ответил я, доставая пачку сигарет из кармана.

— Царство небесное, — перекрестился Порох, и я повторил его жест…

Рация ожила:

— Лёха, Порох, как там? Живы, целы? — закидал меня Макс вопросами, но ответа так и не дождался, тут же продолжив: — Фиксируем уже с десяток трещин, или как эту хрень называть⁈ В общем, у нас трое сейчас влезли, ждём их. Отбой. Рус, как там? Да мля, не переключился, Лёх, сорян! На связи!

Рация потухла, а я опять ничего не понял.

Что ещё за трещины? Куда они, мать его, влезли? Под землю? Зачем? Потянулся было к рации, чтобы спросить, но меня одёрнул Порох и указал рукой в сторону.

Между проезжей частью и ТЦ была… трещина. Да, Максим правильно это описал. Как будто застывшая синяя молния в воздухе, еле заметно колышущаяся. И воздух вокруг неё в овальной форме был более плотным, прям выделяющимся, но при этом оставался прозрачным. Будто кто-то надул шарик, но забыл добавить в него цвет и текстуру. Но самое главное…

[Логово Гоблинов]

Опасность: Железный ранг

Тип разлома: Межмировой. Нестабильный

Откроется через: 4:23:55:41

Надпись. Огромная надпись, размерами больше, чем рекламное табло, нависающее рядом с ней над дорогой. Сама надпись выполнена точь-в-точь тем же шрифтом и с такой же рамкой оформления, как и виденные ранее сообщения о какой-то там Системе.

— Порох, прикрой… — почему-то прошептал я, и лишь затем вернул своему голосу нормальную громкость, обернувшись к бойцам: — Встаём и идём, с предохранителей снимаемся. Боевой вперёд. Оружие всё с тел забрать, мужиков потом уважим. Случайный прохожий с автоматом мне в жопе не нужен. Цель — вот та светящаяся хрень перед дорогой. Увидите ещё что-то странное — докладывайте.

Пока всматривался в лица бойцов, заметил, что надпись будто бы плавает и изменяется в размерах, если на ней сконцентрироваться, да ещё и липнет к периферии зрения, на которой до сих пор бельмо. С последним вообще всё плохо. Кажется, зрение после появившихся перед глазами надписей ухудшилось, и я немного ослеп.

Приближаясь с оружием наизготовку и оглядываясь по сторонам, не мог не подметить, что надпись реагирует на любой мысленный раздражитель. Понимает такие мысленные команды, как: «Исчезни», соответственно, исчезая. Или на: «Что там? Гоблины, типа, как в кино? Покажи ещё раз», вновь появляясь.

— Контакт, — сказал я, останавливаясь в нескольких метрах от трещины в пространстве. — Не подходите, сам проверю.

Возражающих не нашлось. Приблизившись ещё на шаг, поднял с земли камень и кинул его в трещину. Ноль реакции, камень пролетел её насквозь. Сделал ещё шаг вперёд, и надпись изменилась, добавив ещё одну строчку к уже имеющемуся тексту, в конце:

[Логово Гоблинов]

Опасность: Железный ранг

Тип разлома: Межмировой. Нестабильный

Откроется через: 4:23:55:41

[Войти? Да/Нет]

— Вижу ещё одну трещину, сбоку от ТЦ, — доложился один из бойцов, после чего приложил бинокль к глазам. — Пещера пауков, шеф… мне стрёмно. Ещё и надпись эта плавает, в глазах двоится, что ж так паршиво-то, а?

Оказалось, что проблемы со зрением не у меня одного. Другие тоже поделились впечатлениями, и у всех они были схожими.

При мысленном наведении последняя строчка становилась больше, будто бы выделяясь, и буквы «Да» и «Нет» подсвечивались контуром.

Макс сказал, что двое уже зашли. В трещину, получается — вариантов тут особо нет. Дождаться их? Логично, но… я уже вижу ещё трещины, появляющиеся повсюду. И что-то мне подсказывает, что если они откроются — ничего хорошего не случится. Описания как бы намекают на содержимое. По правде говоря, я уже во всё что угодно готов поверить, учитывая произошедшее.

— Лёх, что делать будем? — спросил Порох, почёсывая щетину. — Это… это вообще что такое?

— Я знаю столько же, сколько и ты, — вздохнул я. — Смотреть будем, что же ещё?

— Не ссыкотно? — Порох поднял бровь.

— Ссыкотно, — признался я, — но зайти