в него залезет, то не понял от кого это все. Тебя никак светить не могу. Ни о чем секретном речи нет, иначе говорили бы где-то на природе, если вообще говорили. Это все на всяк случай – и Фортуна так рекомендует, я к ней прислушиваюсь, ты знаешь. От греха подальше. Проанализирую все сам, тебя ориентировать сложно ибо сам не знаю, какая мелочь сыграет решающую роль. Но и воду откровенную отсей – лишнее мне тоже не нужно. Потом, когда все решится я и поляну накрою, не бойсь – безалкогольную, все понимаю и поддерживаю тебя в этом, но деликатесную, ты меня знаешь, жмотничать – не в моем характере.

- Какое время ты мне выделяешь на все про все? Задачу я примерно понял, сейчас все обмозгую, а дальше как снежный ком. Вот я тебе снежную бабу и слеплю, ха-ха-ха… Но холодная она будет, ты таких не любишь. Но если своей у тебя нету, то и этой возрадуешься!

- Да ну тебя, трепач, лишь бы языком чесать.

- С кем поведешься, как говорят. Хорошо, сейчас же и займусь. Для меня ночная охота за информацией – медом не корми. Предполагаю, к утру будет готово, еще и с собой на службу успеешь забрать. Флэшка-то у тебя, грамотей-шутник есть? Или ты не знаешь, что это такое? Это такая маленькая штучка…

- Знаю, знаю, - перебил я Лешика, - как твоя маленькая штучка, такого же ничтожного размерчика, только понадежнее – из пластика, ха-ха-ха.

- Ну, ты и гадюка.

- Согласен, пока.

- Пока.

Вернувшись в кабинет, с головой ушел в изучение дела. Надо отметить, что дело сформировано относительно недавно, описи в нем составлены и отпечатаны с использованием компьютерной техники. В те далекие годы подобной техники не было, значит, материалы дела специально формировались именно в таком виде. Все документы подшиты строго в хронологическом порядке и пронумерованы карандашом. Я внимательно осмотрел листы, и нашел на них оттиски от предыдущих нумераций. По крайней мере, некоторые документы имели по три номера, что свидетельствует, о вдумчивой и кропотливой работе с материалами.

Углубившись в чтение, я обнаружил, что приказом Председателя КГБ СССР Крючкова № 125сс от 05 января 1991 года санкционировалось проведение операции.

Старшим группы транспортировки и контакта назначен майор Сажин. На него и на капитана Смолина возлагалась ответственность за транспортировку груза в адрес. Этим же приказом назначались группы: обеспечения, контроля и эвакуации. Все списки лиц в деле имелись. Общее руководство, согласно приказу, возлагалось на моего деда, возглавившего штаб операции из троих человек.

Сотрудники Первого главного управления должны были осуществить передачу финансовой помощи Организации освобождения Палестины (ООП) и молодому Исламскому движению сопротивления (ХАМАС), вернее их лидерам.

На основании приказа был разработан план и проверен маршрут выдвижения сотрудников ПГУ на исходную точку, которой определен Мюнхен в Германии и дальше в Париж. Разработаны способы связи, места встречи и определены пароли. Кстати, план разработан бабушкой, а утвержден заместителем начальника ПГУ – генерал-лейтенантом Титовым. Отметки Сажина и Смолина об ознакомлении с планом имеются.

06 января 1991 года начальник группы обеспечения капитан Смирнов шифровкой через посольство СССР в Германии доложил деду о прибытии Сажина и Смолина в Мюнхен.

В деле подшита справка дипкурьерской службы о передаче кейса сотрудникам ПГУ. К справке прилагается акт приема-передачи груза, в котором присутствуют подписи всех участников. Сажин по телефону, с использованием специального кода доложил полковнику Головко о взятии груза под личную охрану. Телефонограмма к делу приобщена.

В этот же день поступил доклад от начальника группы контроля – майора Седых, о поселении курьеров в номере 507 отеля Lizz Munich. Сажин и Смолин с 19.00 до 20.10 посещали ресторан в отеле, где ужинали без употребления спиртных напитков, а затем поднялись к себе в номер.

Группа эвакуации во главе с начальником майором Шитовым, в тот же день отбыла для подстраховки в немецкий городок Кель, расположенный на самой границе с Францией. В этом месте курьеры по дипломатическим паспортам должны пересечь немецко-французскую границу и отправиться ночевать в отель Comfort Strasburg-Montage Verte в Страсбурге.

Во Францию группы обеспечения, контроля и эвакуации отправляются следом за курьерами после перехода ими границы, таким образом, обеспечивался постоянный контроль груза.

Дед 06 января 1991 года на имя заместителя начальника ПГУ генерал-лейтенанта Титова составил рапорт о начале операции.

Информация о случившемся происшествии в Москву начала поступать ранним утром 08 января 1991 года. Из докладов начальников групп контроля и обеспечения следовало, что утром 07 января 1991 года в оговоренное время, курьеры не вышли из номера. Майор Седых, воспользовавшись запасным ключом от двери номера, не обнаружил в нем курьеров, а сейф был вскрыт без следов взлома. Все члены групп были ориентированы на розыск пропавших сотрудников. Обращаться в полицию с официальным заявлением сотрудники ПГУ поостереглись, секретность операции накладывала свой отпечаток.

09 января 1991 года в Мюнхен прибывает дед и возглавляет поиски. Поскольку дед хорошо знал Мюнхен, он подключил кое-кого из своей старой агентуры и через три дня обнаружил майора Сажина в обществе проституток фрау Мадлен. Её заведение считалось в Мюнхене элитным. Мадлен рассказала деду, что русский в ее заведении появился пару дней назад, был сильно пьян, и говорил бессвязно. Как ни пытался дед опросить Сажина в первые минуты обнаружения, но успеха не имел, офицер был в невменяемом состоянии.

О результатах поисков дед доложил в Москву, откуда последовал строгий приказ, операцию свернуть и всем сотрудникам в срочном порядке возвращаться.

Я внимательно перечитал все двадцать пять рапортов, поданных офицерами всех групп, участвующих в операции. Никаких новых сведений в них не было. В номер никто не проникал, курьеры его в течение всей ночи не покидали. Как они исчезли из отеля, никто не понимает.

Говорков мне рассказывал, что по данному происшествию было назначено внутреннее служебное расследование, но к делу эти материалы по каким-то причинам не приобщены.

Потом я вновь и вновь перечитывал материалы дела, пытался найти хоть какую-то зацепку, но в казенных фразах они отсутствовали.

Леша, как и обещал, подобрал мне великое множество документов, статей, выдержек и цитат из документальной, мемуарной литературы, а также доступные архивные фото и видео материалы, которые я уже на следующий после разговора день с интересом изучал, отсеивая шлак – оставляя более менее требующуюся для анализа информацию. И прочитывая в который раз, снова убирал лишнее. Оставалось немного, это были блестящие крупицы. Но окажутся ли они золотыми, покажет время.

Глядя на