— Псс… — Даниил щелкнул пальцами. — Мы и люди — разные понятия. Но ты мне нравишься, в тебе сокрыта бомба.

Саймон внимательно смотрел на Константина, прищуриваясь, словно прислушиваясь к нему.

— Что ты такое? — спросил он. — Ты не похож на других. И в тебе шифр, ты сам это сделал?

— Не думаю, что вы нуждаетесь в простофилях, похожих на других. Мои способности — результат всей сознательной жизни. И я знаю, что вы заинтересованы во мне. Моя же заинтересованность в вас, вам давно известна. Моя тяга к вам была как на ладони, мое взросление отслеживалось вами. Тогда какого сейчас происходит?

— Да, хватит мучить его, братья! — Ментор умоляюще сложил руки. — Мы прогуляемся с новым братом.

— До «брата» нужно дойти посвящением, — заметил Даниил.

— Без проблем, — отрезал Костя. — Где и когда?

— Сначала коронация королевы, — Саймон хрустнул пальцами, — затем посвятим тебя. Будь с нами. Ты сделал правильный выбор.

Даниил с подозрением оглядел гостя и спросил:

— Ты изменил свои планы, ведущие к мечте?

— Нет. — Константин обвел тяжелым взглядом мутное пространство. — Мечту изменил.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросил Костя, оказавшись с Ментором наедине. — Для образования.

— Например?

— Что-нибудь о нашей королеве.

— Я покажу, — широко улыбнулся блондин.

Константин увидел темноволосую девушку. Она входит в астрал и общается с Саймоном, она умело медитирует и все время тянется к переходу, думая только об этом. Ее знают Ментор и Даниил, знают остальные невидимые братья, среди которых много с алой лентой на левом запястье. Девушка выглядит счастливой. Это Агата Барковская. И скоро в ее чреве зарождается плод, с которым она продолжает астральные переходы и проходит инициацию. Девушка настолько сильна и устремлена, что своей неуемной настойчивостью открывает пространственный портал в ад. Восторженная от происходящего, она обещает свое продолжение в долю от себя, как наследие, и проходит новое посвящение с передачей прав на своего нерожденного ребенка в общую семью мира, без которого уже не мыслит существования. У Агаты рождается дочь, эта девочка завещана огромной семье, гигантскому разуму, который с тех пор ждет свою «награду». Но теперь у Агаты начинаются приступы отчаяния, и спустя годы она выполняет обряд заместительной жертвы, отдав свою душу в обмен на душу дочери. Ад принимает этот обмен, но продолжение Агаты идет по ее стопам, и скоро этот мир встречает завещанную Александрину. Девушка так же устремлена и талантлива, как мать, и, имея во чреве ребенка, проходит особенную инициацию, готовящую ее к коронации.

— Она необыкновенная, — восторженно произнес Ментор. — Наша королева заставляет содрогаться даже меня. Скоро произойдет слияние, и это будет началом нашей победы. Царь поведет нас в новую эру.

— Наша королева удивляет и меня, — согласился Костя. — Рад, что скоро я стану частью вашей семьи. Только о царе мне ничего не известно. Кто он?

— Это будет новое слияние. Выражаясь по-вашему, наш мозг выбрал ваше тело для расширения деятельности.

— Мозг? Это Самаэль?

— О, да. Наш папа, — гордо произнес Ментор.

— Какое тело он выбрал?

— Только то, что нам завещано. Мы чужого не берем. Наша королева породит царя, и мы станем свободны.

— Ребенок Александрины будет соединен с Самаэлем? Это и есть царь?

— Так точно, брат. Ты не представляешь, как давно мы ждали этого момента.

— Ты зачастил в астрал, — заметил Тоши Кимура, глядя, как Костя молча сворачивает коврик для медитации. — И тебе удается обходить лимб. Это определенный успех. Что нового узнал? Можешь что-то освежить?

— Нового ничего, — сухо ответил Константин. — Все это нам уже известно. Коронация Саши с вытеснением ее души, слияние верховного с нерожденным. Рождение царя. Разрушение духовного мира на нашей стороне.

Мужчина внимательно посмотрел на своего ученика.

— Костя, ты самый сильный из моих выпускников, которых я когда-то обучал. Ты талантлив и целеустремлен, ты всегда был осторожен в поступках и словах, я знаю тебя очень давно, и сейчас ты не похож на себя. Что с тобой происходит?

— Все в рамках нормы, — пряча глаза, ответил Константин. — Вам не нужно переживать.

Тоши Кимура покачал головой:

— Надеюсь, что так. Очень хочется верить.

* * *

Рано утром я подошла к окну спальни, чтобы посмотреть, насколько сильный дождь накрыл городок вот уже на добрые полчаса. Раньше я не любила осень, с приходом этого времени года у меня начинался анабиоз и длился до самой весны. Теперь же осень мне нравилась, не знаю, что изменилось, но все в ней успокаивало меня, настраивало на философский лад, и каждый опавший лист, каждая капля дождя, тяжелые серые облака, холодный запах мокрой земли — казались прекрасными и близкими.

Возможно, это мои последние дни жизни в своем разуме. Как страшно потерять себя и заранее знать об этом. Как меня угораздило во все это попасть? Хотя причина понятна: бездумное решение в молодости. Всего один шаг… И такие последствия. А если я стану причиной бед многих людей? Или, того хуже, это будет Марк? Воцарившийся верховный дух тьмы в теле моего сына… Даже думать страшно об этом, не то что допустить в реальность.

Что же мне делать? Разве у меня есть варианты? Такое ощущение, что меня загнали в угол комнаты без окон и дверей, без света и воздуха. А я хочу дышать, хочу видеть свет, хочу жить!

А если у моих помощников не хватит сил в нужное время? Где мне искать помощи? К кому бежать?

Сегодня мне приснился дедушка Павел, он сказал, что молится за меня и маму. Больше ничего не говорил, но очень грустно смотрел. Как бы сейчас мне пригодилось его общество. А что если это восполнит отец Адриан? Может быть, съездить к нему, поговорить. Не знаю о чем, просто поговорить. Пока я могу.

Мне понравилась эта идея, и я быстро собралась в дорогу. На пути к выходу меня остановил Костя.

— Ты куда-то собралась? Еще ведь очень рано.

— Да… Хочу навестить одного человека, к вечеру вернусь.

— Саша, так не пойдет. Я отвечаю за тебя головой.

— Мне нужно в монастырь к отцу Адриану, — сдалась я.

— Куда⁇ — Константин изумленно раскрыл глаза. — Зачем?

— Хочу поговорить с ним, сегодня мне приснился дед, и вообще нахлынули воспоминания детства, когда меня водили в храм на службы и в воскресную школу.

— Неожиданно, — заметил Костя. — В любом случае поедем вместе.

Мы отправились в мужской монастырь, расположенный в живописном месте между поросшими соснами скалами и широкой рекой. Всю дорогу я молчала, наслаждаясь видом за окном, пытаясь запомнить эти высокие голые скалы, сопки, покрытые ковром зелени, низкие темные