проводили в дальнюю часть столовой, где располагались преподавательские столы.

Кстати, за многими из них вместе с магистрами сидели адепты, но я всё равно чувствовала себя не уютно. Ладно, переживу.

Усадив нас, нахалы ушли и быстро вернулись с четырьмя подносами. Они столько съедят?

Оказалось да, ещё и за добавкой сбегали. Правда несколько блюд оказались для лерго и для нас с Рилой.

Сил спорить не было. Сейчас главное поесть и смыться. Нахал номер один задал вопрос, я ответила односложно. Хмыкнув, магистр Оррент сел рядом со мной.

Я как раз хлебнула кофе, во рту разлилась приятная горечь и сразу стало легче дышать. Как хорошо!

Ела с аппетитом, друзья уплетали за обе щёки, магистры не приставали с вопросами. Жизнь прекрасна! Пора идти на пару.

Но стоило подняться из-за стола и сделать пару шагов, как противное состояние вернулось – виски заломило, завтрак попросился наружу.

– Светлячок, ты себя нехорошо чувствуешь?

– Угу, – буркнула я, боясь расстаться с завтраком. На большее меня не хватит.

– Тебе стоит выпить это.

Я развернулась. Возле нахала номер один стоял высокий бокал с прозрачной жидкостью. Только на поверхности переливались бледно-розовые разводы.

– Что это? – поинтересовалась Рила.

– Светлячок вчера переела один десерт, – магистр Оррент сделал многозначительную паузу. – От него может возникнуть побочный эффект. Это нейтрализатор.

Голову пронзило от боли. Плюнув на все возможные подставы, подхватила бокал и залпом выпила. На вкус напиток напоминал клубничный коктейль.

– Легче? – с сочувствием произнёс нахал номер один.

– Да, спасибо.

Мне действительно стало лучше. Поблагодарив ещё раз, я вместе с друзьями отправилась на занятия.

На лекциях я внимательно слушала магистров, желая как можно больше запомнить, чтобы меньше было учить. Объясняли они доступно и компактно. Плюсик им в карму, а мне возможность больше уделить времени на изучение дневника отца.

Первая половина дня пролетела незаметно. После обеда мы с Рилой сбегали в комнату и захватили вчерашнюю покупку.

Одногруппникам я озвучила укороченную версию моих приключения. Мальчики обрадовались и настояли на том, чтобы вернуть мне деньги. Рила их поддержала.

Я в принципе была не против. Как раз бы набралась сумма для покупки второй части выбранного мной товара. Но один нахал его уже купил. Тёмный одним словом!

А еще мне предстоит вернуть нахалу деньги за покупку для одногруппников. Была шальная мыслишка отправить друзей самих разбираться с магистром Оррентом, но я быстро отмела эту мысль. Я не могу поступить с ними так подло.

Когда наша группа зашла в аудиторию по настройке пространственных каналов оба магистра уже были там.

– Ну что, адепты, вас выручила ваша подельница! – суровым голосом заявил магистр Оррент. – Но это не даст вам никакого преимущества, если вы не научитесь обращаться с иголкой и ниткой. Это не так-то просто. Светлячок, продемонстрируешь как надо действовать или мне вызвать Тритио?

– Я сама.

Ничего не имею против Тритио, но как мастерица она так себе.

У дальней стены, я заметила стол, которого вчера точно не было. На нём я и разложила вещи. Одногруппники столпились вокруг и внимательно наблюдали.

Я же выполняла привычные действия, не забывая пояснять.

Как приятно ощутить под пальцами канву, расправить складки. Заправить пяльцы и натянуть ткань как барабан.

Продемонстрировала друзьям приспособления для заправки нитки в игольное ушко, как правильно крепить нить на канве и делать первые стежки. А потом начался ад.

Ребята сразу захотели попробовать обычное мулине. Еле уговорила их начать с ниток потолще, которые используют для вязания кружев.

Под них отлично подходит более толстая игла, которую легче удержать более крупными мужскими пальцами.

Но даже так мальчишки едва справлялись. Легче всех, конечно, было Риле, но и она похоже никогда не занималась шитьём, не то, что вышивкой.

В итоге я бегала между каждым учеником, поправляла захват и направляла своей рукой как вводить иголку, под каким углом, на каком расстоянии. Объясняла важность стараться сохранить равномерное расстояния между стежками.

В общем за два часа я устала так, как будто весь день мешки с песком таскала. Руки слегка подрагивали, коленки подгибались. Одногруппники выглядели не лучше.

– Молодцы! – послышался возглас от магистра Ревуда. – Для первого раза вы очень даже неплохо справились.

Я слегка подвисла от этой фразы. У меня появились смутные подозрения, и я решила уточнить:

– А сколько обычно времени уходит у адептов на обучение шитью разлома?

– Обычно год, – безразлично пожал плечами магистр Оррент.

Ничего себе! Точно подстава!

– А как вы тогда могли обещать отправить нас к разлому в эти выходные?

Получается, что все его слова были шуткой? В душе разливалась горечь от обиды и разочарования.

Нахал номер один отлип от стены, на которую опирался, и шагнул ко мне.

– Светлячок, я обещал взять тех, кто порадует меня своими результатами в течение недели. Результатом, а не идеальной работой.

– Урок окончен. Советую поужинать и сразу приступить к отработке наказания, – рядом с ним встал магистр Ревуд.

Одногруппники выдохнули и засобирались. Я было последовала за ними, но меня остановил магистр Оррент.

– Светлячок, я тебе не отпускал. Ты сперва отработаешь наказание, а потом насладишься ужином.

Значит, Рила оказалась права. Я понура опустила голову и украдкой наблюдала как в дверном проёме исчезает шедший последним магистр Ревуд.

Нахал дождался когда закроется дверь и только после этого приступил к разъяснениям.

– Светлячок, ты доказала свое право отправиться к разлому, но физически совершенно не готова к возможным последствиям пребывания в столь опасном месте. Поэтому после занятий я буду учить тебя определенным приемам защиты.

Широко распахнув глаза, я посмотрела на улыбающегося магистра и недоумевала от его поступка. Разгадать его замысел не получалось, поэтому я осторожно спросила.

– Разве занятия с вами – это наказание, а не привилегия?

– Умная девочка, – усмехнулся он. – Ты права, тренировки под моим руководством большая привилегия. Но, видишь ли, Светлячок, я никому не дают индивидуальных занятий, так как меня может быть очень много на одного адепта.

Ошарашенно моргнула, потом ещё раз. Что он имеет ввиду? Будет сильно придираться? Требователен? Не делает перерывов между подходами?

Мой мыслительный процесс не остался секретом для одного проницательного магистра. На мужски губах расплылась коварная улыбка.

– Приступим.

Он прошел во вторую половину аудитории к матам и поманил меня за собой. Я приблизилась на негнущихся ногах. Сердце отчего-то тревожно билось, предчувствуя подвох.

– Твоя задача научиться двум вещам.