исправно ездила два раза в неделю, по-прежнему задерживаясь допоздна. И Олег всегда приезжал за мной, чтобы отвезти домой. Мои возражения, что Егор предложил подвезти и ему незачем ехать, он отметал одной фразой:

— Я уже еду. Это не обсуждается.

Ну и ладно. Он вообще старался не оставлять нас наедине с Егором после того нашего неудавшегося свидания. Я подозревала, что он ревнует, но Олег никогда не признавался в этом.

И я привыкла к нему. Неожиданно быстро и легко. Говорят, что люди первое время притираются, привыкают друг к другу. Но я не замечала трудностей. Вернее, их, вроде как, и не было. Мне нравилось засыпать с ним в обнимку и просыпаться под его горящим взглядом. Или от умопомрачительного запаха блинчиков из кухни. Он баловал меня, как маленького ребенка. Готовил завтрак по утрам, а вечером намыливал мое тело гелем в душе, вызывая табун мурашек по телу. А еще рисовал. Много. И теперь видеть его возле хоста с кистью в руке стало привычным для меня делом. Впрочем, мне настолько нравилось наблюдать за ним в эти моменты, что я совсем не возражала. Нравилось смотреть на его мышцы, которые перекатывались от каждого движения, когда он водил кистью по холсту. Мне вообще все в нем нравилось. Все, кроме его баб, которые напоминали о себе периодическими визитами с предложением понятно чего. Он всем им вежливо отказывал, но меня эти попытки посягнуть на мое просто бесили. А с каких пор я стала считать его своим, и сама не знала.

Сегодня вечером мы ужинаем в ресторане. Заказали кучу еды, потому что очень проголодались. Я пытаюсь есть, и стараюсь не замечать его руку, которая гладит мою коленку под скатертью. Он нарочно чуть сжимает нежную кожу, вызывая волны мурашек по телу. Смотрю на него помутневшим от желания взглядом и незаметно чуть раздвигаю ноги. Он замечает мое движение и шумно сглатывает. Надо ехать домой побыстрее, пока контроль не отказал окончательно. Только успеваю подумать об этом, как на плечо Олегу падает женская рука с красным вызывающим маникюром. Поднимаю глаза и вижу брюнетку, не помню как ее.... Полина, кажется… или может, Кристина? Да какая разница!

— Олежка, привет, — щебечет она. Володарский чуть поворачивает голову и смотрит на нее с таким холодом, от которого она должна была уже провалиться на месте. Но эта наглая девица даже не тушуется, продолжая гладить его плечо. Я смотрю на ее руку у него на плече, и во мне что-то лопается в этот момент. Беру стакан с водой, подхожу к ней и молча выливаю ледяную воду с лимоном ей на голову. Она начинает визжать и махать руками. Все посетители ресторана тут же поворачиваются к нам, внимательно прислушиваясь к скандалу. А мне плевать. Спокойно поворачиваюсь к своему стулу и сажусь за стол, как ни в чем не бывало.

— Да как ты смеешь? — вопит девица. Олег явно опешил и молча наблюдает за мной. — Да кто ты вообще такая?

— Я его жена, — бросаю ей. И с удовлетворением замечаю, как та захлопывает и открывает снова рот, но звука не издает больше. Шумно выдохнув, она удаляется.

Олег жестом подзывает официанта, говорит ему, что тот принес счет. Аппетит пропал напрочь.

Едва двери квартиры закрываются за нами, я прохожу в спальню со словами:

— Сегодня ты спишь в гостиной. — Мужчина идет за мной, но я закрываю двери у него перед носом.

Ночью не могу уснуть, постоянно ворочаюсь, переворачиваюсь с боку на бок. Мне не хватает его объятий, к которым я так привыкла. Но встать и пойти к нему не позволяет совесть. С облегчением слышу тихий звук открывающейся двери. Он сам пришел. Кровать прогибается под ним, когда он укладывается рядом со мной. Прижимается щекой к моей щеке, рукой притягивает к себе за талию.

— Любимая, прости меня, — тихо шепчет возле уха. — Не хочу без тебя.

Блаженно прижимаюсь к нему спиной, вдыхая его запах. Как хорошо, что он рядом, что пришел.

— Выходи за меня замуж, Алина, — просит он, все так же шепотом.

— Не дождешься, Володарский. — Говорю упрямо, но довольная улыбка непроизвольно растягивается на лице.

Эпилог

Прошло три месяца

— И что там? — спрашиваю нетерпеливо, в то время, как Олег внимательно вглядывается в монитор.

— "Интересно, насколько многогранен может быть творческий человек. Но надо сказать, это чуть ли не единственный случай в истории, когда хороший критик умеет создавать шедевры", — читает он вслух.

Потом начинает хохотать и добавляет:

— Забавно, я бы на его месте точно так же написал.

Вчера состоялось открытие выставки с его картинами, и теперь мы с нетерпением читали первый отзыв. Я ожидала, что все те, кого он раньше критиковал, теперь "обласкают" его в прессе, потирая руки. Но сам мужчина относился к этому легко, и даже с юмором. Конечно, это не последний отзыв, и будут еще другие. Но все оказалось не так плохо, как ожидалось, и на том спасибо.

— Покажи, — я подскакиваю со стула и усаживаюсь ему на колени. Он обнимает меня за талию и прижимает к себе. Носом зарывается в мои волосы и шумно вдыхает. Пока я читаю отзыв, рукой забирается мне под майку, сжимая грудь.

— Подожди, я же читаю, — я обхватываю его руку и опускаю ее на колени. Но там она задерживается недолго. Он гладит мое колено, подбираясь к внутренней стороне бедра.

— "А в целом, впечатление осталось двоякое. Ведь гораздо больше картин на выставке обсуждали самого художника, задаваясь вопросом: Володарский решил сменить профессию?" — читаю вслух, пока он гладит мое бедро. Перехватываю его руку, когда он тянется в трусики. — Ну я ведь читаю, несносный ты… — что там дальше договорить не успеваю, потому что он впивается мне в губы, сметая напрочь все мысли и возражения. Как и всегда бывает, когда он целует меня, аргументы застревают, не успевая слететь с губ. По телу разливается жар желания, который я не пытаюсь подавить или игнорировать, сдаваясь на милость победителя.

Он стягивает с меня майку и пижамные шортики, под которыми нет белья. Поднимает меня за талию, вклинивается между моих ног, заставляя расставить их пошире. Снова впивается в губы, рукой сминая грудь, зажимает сосок между пальцами, чуть сдавливает, заставляя выгнуться в спине и податься ему навстречу. Я вскрикиваю, ощущая его умелые руки на своем теле. Плавлюсь под его горящим взглядом, сгорая от желания. Хочу его прямо сейчас, между ног горит огнем. Он словно угадывает мои мысли, спускает