Свет, ослепительный свет наполняет меня, а потом гаснет. Я падаю на бок, обессиленная, едва дыша. Рядом лежит Кольфин. Его дыхание становится ровнее, но он всё ещё без сознания. Да и моё совсем туманно.

Отдыхаю какое-то время, понимая, что следует искать укрытие. Кто знает, как скоро нас найдут неприятели. А я отдала свою магию генералу не для того, чтобы нас кто-то съел.

Собираю последние крупицы силы и тащу его к скалам. К тем, что пару минут назад были прозрачны и не видны, теперь готовы укрыть нас в небольшой пещере. Не знаю, как долго аномалия сможет нас прятать, но надо довольствоваться тем, что имеем.

Замечаю сухой мох, который тут же переношу в пещеру. Он станет служить подстилкой, защищая от холода. Укладываю плотными рядами, и с трудом затаскиваю Кольфина внутрь, кое-как размещая на «постели». Он невероятно тяжёлый. Сама устраиваюсь у входа, вслушиваясь в тишину пустынных просторов, привалившись спиной к каменной арке. Появись сейчас аргилл или крапф, у меня не будет сил даже дёрнуться, потому что я жутко устала.

Твой резерв совсем пуст, - озвучивает Ашкай то, что я ощущаю и без него. Оборачиваюсь к Торну, смотря на его грудь. Поднимает и опускается. Не всё потеряно.

Время течёт медленно, словно густой мёд. И я отключаюсь, когда слышу, как меня зовут.

- Эзра… - его голос - шёпот ветра.

Разлепляю веки, сумерки ложатся на Готтард, окрашивая небо кровавым заревом, словно горизонт поедает солнце.

Генерал отполз к стене и привалился к ней спиной, смотря на меня янтарём драконьих глаз, сверкающих даже во тьме. Его рана серьёзна, и я лишь остановила кровь, но она не даст ему обернуться во вторую ипостась. Он слишком слаб.

- Ты должна уйти, спастись, - шепчет он прерывисто. – Призови всадника.

- Что? – не верю своим ушам.

- Он спасает тебя в который раз, но я не понимаю для чего. Ты нужна ему, а потому он придёт, как только ты станешь нуждаться в его защите.

- Не говори ерунды!

Только он в чём-то прав. Я и сама начинаю думать, что между мной и всадником что-то общее. И если бы он пожелал – давно добрался до меня и убил.

- Уходи!

- Нет! - качаю головой, отказываясь принимать его слова. – Мы прибыли сюда вместе, вместе и уйдём.

Поднимаюсь с места, выбираясь наружу. И возвращаюсь с ветками, которые складываю недалеко от Кольфина.

- Мне нужна твоя рука, - протягиваю одну из палок, и он понимает, о чём я. Медленно стягивает перчатку и касается сухого хвороста, который тут же занимается пламенем. А я смотрю в глаза Торна: совсем другие, нежели вчера.

Возвращаюсь к груде палок, зажигая их. И тут же костёр окрашивает оранжевыми отблесками стены пещеры. Снимаю дублет, вещая его так, чтобы закрыть вход от посторонних глаз.

Хозяйка, сейчас или никогда. Ты пробудишь своего дракона и исцелишь его.

Поворачиваюсь к генералу, сглатывая подступивший к горлу ком, и развязываю тесьму рубахи, сбрасывая её с себя. По коже тут же пробегает холодный воздух, покрывая её мурашками.

Генерал не отводит взгляда, смотря мне в глаза.

- Эзра, что ты делаешь?

- Не нужно слов, генерал, - на этот раз штаны падают к моим ногам, оставляя меня без укрытия. – Это единственный шанс выбраться отсюда.

Глава 54

«Ашкай», - зову змейку.

Да, хозяйка.

«Только скажешь одно слово, и ничего не будет, ясно?

Тишина.

«Я спросила, тебе всё понятно?»

Ты же сказала молчать!

Усмешка скользит по моим губам, и я делаю несколько шагов к генералу, который не мигает.

- Хочешь, чтобы я умер счастливым? – пытается шутить, усаживаясь удобнее, но тут же его лицо искажает гримаса боли.

Опускаюсь перед ним на колени, и Кольфин не отводит глаз. Его взгляд горячее костра. В нём нет похоти - лишь безмолвная жажда жизни, силы, доверия, как будто этим взглядом он отдаёт себя в мои руки.

Между нами ни одного лишнего движения, только тёплый воздух и дыхание друг друга. Он медленно поднимает левую руку и касается моего лица, большого пальца хватает, чтобы смахнуть дрожь с губ.

- Помнишь, что это значит? - говорит, и от его голоса по телу разбегаются мурашки. - Я могу забрать твою силу.

- Если не сделаем этого, оба погибнем, - шепчу в ответ. И в этот момент костёр словно вздрагивает вместе с нами, освещая каждый миг, каждую эмоцию. Где-то вдалеке гремит гром. Снова, напоминая нам о событиях.

Мы смотрим друг на друга, и мир за пределами пещеры перестаёт существовать. Только он, я, дыхание и пламя, что отражается на нашей коже, соединяя без слов.

Ощущаю, как его ладонь ложится на мою спину: горячая, почти обжигающая, пока вторую он прячет за спиной, боясь причинить ею боль. Рука в перчатке, но генерал осторожен, располагает меня этим ещё больше. Кожа под его пальцами горячая, и это тепло растекается всё глубже, проникает под рёбра, в самую сердцевину.

Он чертит пальцами линии сверху вниз, добираясь по спине до копчика, оставляя мне возможность передумать, но я не сбегу. Подаюсь вперёд, касаясь ладонью его щеки, и целую. Нежно, робко, будто спрашивая дозволения. И он отвечает, притягивая меня к себе, пытаясь забыть про рану.

- Тише, генерал, - отстраняюсь, потому что последнее, что намерена сделать, - убить его во время близости, - мы должны быть осторожны.

Его спина вдавливается в стену пещеры, он сидит неудобно, и я решаю, что лучше лечь.

Перемещаюсь на мох, такой мягкий для обнажённой кожи, и зову Кольфина к себе. Он оказывается рядом, и я помогаю ему избавиться сперва от дублета, а затем от рубашки. Рана притягивает взгляд, и мне становится не по себе.

Мой подбородок взмывает вверх под влиянием пальцев генерала.

- Не отвлекайся, - его фирменная улыбка. – Ты же раздела меня не для того, чтобы рассматривать мои внутренности.

Он дёргает свою рубаху, наматывая на правую руку, чтобы зафиксировать перчатку, а я развязываю шнуровку на его штанах.

- Стой, - вновь его голос. – Я не хочу, чтобы это закончилось быстро.

Его рука накрывает мою грудь, и по телу проходят сотни маленьких молний. В груди что-то шевелится, словно дракон пытается расправить неокрепшие крылья.

Оказываюсь верхом на генерале, и он целует мою шею, перемещаясь дальше по коже. До ушей доносится какой-то