Пришли, посидели и ушли, после начала бала. Какой уж тут живой портрет? Я не могла бы передать в нем ничего, кроме застывших лиц и роскошных нарядов.

А это совсем не то, чем прославились мои работы. И к моему удивлению, Войт это прекрасно осознавал, потому и «предложил» мне провести во дворце несколько дней, после очередного бала, чтобы я могла понаблюдать за королевской четой. Несмотря на такой, казалось бы, большой срок, из этих нескольких дней, на самом деле, у меня в распоряжении будет всего лишь пара часов.

По несколько минут в день, за которые я должна буду подметить все «особенности» и отличительные черты и сделать предварительные наброски. Это будет сложно…

Однако, по словам Войта, если его величеству понравится портрет, у меня будет возможность воспользоваться его щедростью. И речь была вовсе не о деньгах. К тому же, глава сыска, заверил, что мое имя не будет предано огласке, если я сама не решу иначе.

Условия были вполне привлекательными, если бы не одно «но»… Как мне объяснить Вэриту, мои визиты во дворец, не упоминая о своем даре? К счастью, Войт обещал решить и этот вопрос.

Глава 39

Ну, спасибо тебе, Войт! Нет, правда, спасибо. Как и обещал, глава сыска решил вопрос с Вэритом. Только слишком уж кардинально, как по мне. Он просто выслал его из города на время. И хотя я знала, что служба мужа подразумевала разъезды, но они были настолько редкие, что за все то короткое время нашего брака, это была его первая «командировка».

Я уговаривала себя, что все к лучшему. Наш брак никогда не станет настоящим, слишком большая, между нами, пропасть. И все же, на душе было тревожно, ведь Вэрит уехал, даже не попрощавшись.

К слову, Войт заверил, что мой супруг вернется за пару дней до последнего бала. Единственное, что радовало в этой ситуации, что мне не придется появляться на балу. А точнее, я пропущу аж два бала.

И если Войт был уверен, что меня это расстроит, я лишь вздохнула с облегчением. В этот раз, времени для работы мне понадобилось гораздо больше.

Между Диатерой и лэром Орником хоть немного и потеплело, возобновились обеды, которых еще недавно мужчина избегал, но в остальном, мало, что изменилось. Лэр Орник не спешил делать первый шаг, и я уже готова была подтолкнуть его. Меня волновал вопрос наследства, которое вскоре могло уплыть короне, ведь я приняла решение о разводе.

Пускай, я планировала провести в этом браке пару лет, но ситуация изменилась. Если его величество одобрит портрет, у меня появится возможность зарабатывать и больше не зависеть от кого бы то ни было. И пока Вэрит был далеко, мне было намного легче принять это решение. Но все упиралось в матушку и ее нерешительного возлюбленного.

Я боялась предстоящего разговора с мужем, потому что, понимала, какой будет его реакция на мое желание развестись. Но он никогда не сможет принять меня такой, какая я есть. Он не поймет мое желание писать картины, а уж тем более, не оценит того, что его жена - художник.

Ночью я совсем не спала, а утром, отправилась в лавку, словно на казнь. Портрет был закончен и мне предстояло отправиться вместе с ним и Войтом во дворец. Сказать, что я переживала – ничего не сказать. Я могла лишь надеяться, что его величество сегодня будет в добром расположении духа. Ни о какой награде я даже не думала, единственной наградой для меня в этой ситуации была жизнь.

И пускай, никто не угрожал мне смертью, я прекрасно знала о переменчивом настроении монарха. Хотя, он может быть и отходчивым, временами… но к тому времени, мою голову на место уже не вернешь.

Во дворец мы с Войтом вошли тем же путем, каким он водил меня для наблюдения за королевской четой. В этих дворцовых коридорах не было никого из гостей, кроме бегающей по своим делам прислуги. Однако, дорога в королевскую резиденцию, проходила через парк, который я рассматривала с особенным изумлением, каждый раз, стоило нам выйти из главного дворца.

Парк никогда не пустовал, здесь постоянно находились гости, придворные, слуги… Столики в окружении акации, за которыми завтракали, а может и ужинали. Ровное поле для какой -то незнакомой мне игры. Пруд, рядом с которым сидели парочки, а некоторые катались на лодках. И это лишь та часть парка, что я могла видеть по пути.

И все же, нам удавалось избегать ненужного внимания. Казалось, Войт знал все скрытые от любопытных глаз дорожки. Да и на мне, на протяжении всех визитов, был темный плащ с капюшоном.

Один из слуг, встретил нас у входа и проводил в огромный зал. Это была королевская семейная галерея, в которую могли попасть лишь самые приближенные к королевской семье. И я уж точно не была одной из них. Но я здесь… И стоило мне немного осмотреться, как я заметила на стене свою работу, отчего у меня задрожали ноги и я, наверное, упала бы там, где стою, если бы не Войт.

Когда слуги успели его принести и даже повесить? Если только… Скорее всего, портрет доставили сюда коротким путем, о котором мне не следует знать.

Я не могла оторвать взгляда от своей работы. И вовсе не потому, что пыталась отыскать хоть какой – то изъян. Просто на этой стене, в этом зале, портрет висел «на своем» месте. Там, в лавке, он смотрелся чужеродно, потому я и не могла быть уверенной, что передала эмоции людей верно.

А здесь, среди изображений предыдущих монархов и их семей, он первым притягивал к себе взгляд. Живой, необычный и непривычно приятный взгляду.

– Зачем мы здесь? – тихо спросила Войта, когда прошло несколько минут, но к нам никто так и не пришел.

Не то, чтобы я ждала его величество, но да – ждала. А как мне еще понять, что он думает о моей работе? С другой стороны, я была рада, что смогла избежать общения с ним.

– Странный вопрос, – Войт с изумлением взглянул на меня, запутав еще сильнее, – Лэра Марика, попасть в эту галерею огромная честь. А увидеть в ней свою картину…

Он сделал многозначительную паузу, а я нервно сглотнула. Получается…

– Его величество очень доволен. Потому и позволил вам войти сюда, – снова перевел взгляд на портрет, а я пыталась понять, откуда Войт