скрывать в общем-то нечего, а о целях их путешествия и куда именно они едут, ментат не спрашивала. Вот и хорошо. Ну и сами вопросы в большинстве своём подразумевали именно короткие «да» или «нет», без каких-либо пояснений. Лада же, так и не смотря на лист бумаги, после каждого ответа Честера писала разные закорючки, черточки, кружочки и уголки. И ощущение у мужчины при этом было какое-то странное. Нет, он не ощущал ни ветерков или каких-нибудь воображаемых щупалец в голове, ничего такого, но вот ощущение совсем легкого, на грани сознания, дискомфорта, имелось. Да и выглядел этот допрос странно, что уж говорить. Сидит перед тобой человек и не отводя взгляда задает вопрос за вопросом, при этом ещё мигает редко и пишет, совсем не глядя, что именно.

Продлился опрос не дольше пяти-семи минут и еще минуты три Лада поясняла что в стабе можно, а что нельзя, дала небольшую брошюрку со сводом правил и временный пропуск с печатью, затем отпустила Честера, велев звать следующего. Выйдя в коридор, мужчина кивнул Вике и она, почему-то веселая, скрылась за дверью. Оглядевшись, заметил, что бойцы охраны, да и Краб тоже, красные, что те раки. И явно не от злости, взгляды еще старательно отводят. Глянул вопросительно на Рыжую. Та тоже, как и Вика, лучилась весельем, а глаза искрились хулиганством. Честер нахмурился, а девушка чуть заметно мотнула головой, мол все нормально. Ну и ладно, подумал он, в принципе предполагая, что тут могло произойти. А зная еще, насколько Морра остра на язык… проехалась по ребяткам, похоже, но без крайностей.

Пока не было Вики, молчали. Да и когда она вернулась от ментата, тоже молчали. Вышла она, кстати, так же чуть нахмуренная. В чем причина этого, Честер не знал, как по нему, обычный опрос. Потом расскажут, если что. После нее в кабинет зашел Краб и отсутствовал около минуты. А когда вернулся, махнул путникам и повел всех на выход.

Вышли обратно во дворик и направились к машине. Четверка оставшихся бойцов стояла неподалеку, дымя сигаретами и переговариваясь о чем-то. Пока шли, Краб приказал по рации открывать ворота и пропустить гостей. У джипа, когда девчонки уже расселись, попрощался, пожав руку Честеру и пошел к своим. Кот все это время так и продрых на заднем сидении, ни на что и ни на кого не обращая внимания.

За воротами оказался еще один пролет, метров пятнадцати длиной, стесненный высокими, метра три, бетонными стенами. Ширина метров шесть навскидку и в стенах по обеим сторонам имелись еще ворота с металлическими створками, сейчас закрытые. Впереди, все из тех же бетонных плит, квадратная, в два этажа высотой, коробка с очередными воротами, но уже открытыми. Над ними в стене бойницы. Прилично так укреплено, пришла мысль Честеру.

На въезде в ворота их остановили. Пришлось Честеру снова выходить. Один из бойцов охраны, а было их трое, попросил пропуска. Глянув на путников через открытую дверь, несколько удивленно хмыкнул и вернув бумажки, махнул, мол проезжайте.

Выехав из короткого проезда в постройке, попали уже в само поселение. Метров через десять впереди перекресток. Слева и справа вдоль дороги двухэтажные, на два подъезда, старой постройки дома, с обшарпанными, серыми фасадами. Увидели и людей, мужчины в основном. Одеты по-разному, кто в камуфляж, кто в гражданское, но у всех на поясах кобуры с пистолетами. И все куда-то, как будто спешили, праздно шатающихся никого.

Как говорил Краб, самая приличная гостиница находилась ближе к центру, как и все нормальные заведения, так что и поехали вперед. Машин на дороге совсем немного, в основном, стояли припаркованные у домов. Легковых ни одной, одни джипы разных калибров. Пока ехали, путники все по сторонам глазели и первое впечатление оказалось гораздо лучше, чем от посещения Звезды. Здесь и чище гораздо, хотя и валялся местами мусор, и не ощущалось той тяжелой атмосферы, «дышалось легче», что называется. Вдоль дороги даже подобие газонов имелось, отделяющих проезжую часть от узких тротуаров и домов. На некоторых имелись вывески редких магазинов и, куда чаще, питейных заведений.

Ближе к центру поселения людей стало заметно больше, фасады зданий поцелее, да и в целом «живее» что ли. Увидели и искомую гостиницу с таким же, как и стаб названием, г-образный двухэтажный, выше пока не встретилось, дом, обшитый сайдингом «под камень». Как опять же подсказывал Краб, парковка находилась во дворе, так что Вика съехала с основной дороги и повела машину в объезд здания. На стоянке, расчитаной на десяток машин, занято оказалось всего три места, так что джип остановили поближе к крыльцу.

— Ну что, выгружаемся, — вздохнул Честер.

Комментировать очевидное не стала даже Морра. В итоге похватали рюкзаки, оружие, кроме ножей и пистолетов с собой по стабу носить запрещено, и пошли к крыльцу. Кот семенил рядом с Честером, подергивая кончиком хвоста.

Холл гостиницы оказался довольно немаленьким, но как такового антуража не было. На полу, на сером кафеле, потертая, темно-зеленого цвета, ковровая дорожка, по левой стороне две кушетки в ряд у стены. Тут же кадка с каким-то раскидистым растением и на стене между окон стенд с приклеенными листами объявлений. Справа простенькая стойка ресепшена, темного, почти черного цвета, за которой стоял тощий молодой паренек, лет, может, двадцати. Чуть курносый, с пухлыми губами и взлохмаченной шевелюрой. Одет в цветастую футболку оверсайз, совершенно не подходящую даже к такой, чисто функциональной обстановке помещения. На вошедших людей паренек особого внимания не обратил, продолжая тыкать пальцем в планшет. А вот уже когда они подошли к стойке, секунд десять не мог отлипнуть взглядом от Морры. А она улыбнулась обезоруживающе и пару раз щелкнула пальцами перед собой.

— Номера есть свободные? — Проворковала она.

— А…? Да… Да, да, конечно. — Оживился, наконец, парень. — Здравствуйте.

— И тебе не хворать, — произнес Честер, обращая внимание уже на себя. — Нам бы… — он взглянул на спутниц, — три комнаты. Желательно рядом.

— Ээ… Минуту… — и снова уткнулся в планшет, быстро переключая приложения и резко водя пальцем по экрану.

Секунд через пятнадцать он оторвался от гаджета:

— Комнаты есть, да. Три, значит… десять споранов сутки.

— За все три? — Уточнил Честер.

— Ээ, по десять за каждый.

Вика присвистнула, Морра вскинула бровь, а вот мужчина остался невозмутим, хотя внутренне тоже удивился. Перечить, однако, не стали. Единственное, о чем переспросила Рыжая, это о курсе спорана к гороху. Один к десяти и выходило.