ударами, а цепь жалобно звенела. Светло-золотые пряди растрепались и падали на лоб, придавая принцу дикий, хищный вид.

Я судорожно сглотнула. Я впервые видела его полуобнажённым. И впервые разглядела чёрную тушь татуировок, которая покрывала его безупречно бледную кожу. До этого он всегда застёгивался на все пуговицы, прячась за высокими воротниками мундиров и тяжёлыми плащами.

Теперь же я увидела, что замысловатые узоры плотно покрывали его руки, грудь и змеились вверх по шее. Часть знаков была выбита на Старом Языке — с такого расстояния букв было не разобрать. Но большую часть рисунков составляли драконы. Их чешуя броней лежала на его груди, а когти впивались в предплечья, словно готовые вот-вот разорвать плоть.

Блейк резко развернулся для очередного выпада, и у меня натурально перехватило дыхание. Вся его спина представляла собой колоссальное полотно: там был выжжен чернилами дракон в полный рост. Размах его крыльев тянулся от плеча до плеча, хвост извивался вдоль позвоночника, а оскаленная рычащая морда поднималась прямо у основания шеи.

Я силой заставила себя отвернуться.

Я ненавижу этого ублюдка, напомнила я себе. Он высокомерный, жестокий сноб. Воплощение всего того дерьма, которое я презираю в этом новом мире.

И всё же… я не удержалась и снова мазнула по нему взглядом. Глаза будто приклеились.

Его кулаки летали с бешеной скоростью. Хук слева, хлёсткий прямой справа — кожаная груша стонала под этой зверской мощью. Мышцы на руках перекатывались, заставляя чернильных драконов на коже оживать при каждом движении. Он явно был левшой, но обеими руками работал одинаково ювелирно. Драконьи крылья на его лопатках трепетали, когда он закручивался в ударе.

Я мысленно выругалась, разглядывая эти узоры. Блейк Дракхэрроу был чертовски красив, и признавать это не хотелось больше всего на свете. От этого осознания внутри всё закипало, а мысли путались. Ну как кто-то настолько омерзительный внутри может быть настолько притягательным снаружи?

Блейк резко замер. Его серые глаза метнулись в мою сторону прежде, чем я успела отвернуться. Наши взгляды скрестились, и его губы медленно поползли вверх в издевательской ухмылке.

Сердце пропустило удар. Впервые в этих холодных серебристых глазах промелькнуло что-то живое. Осознанность. Этот гад прекрасно видел, как я на него залипла, и откровенно наслаждался эффектом.

Когда он поднял руку, чтобы небрежно стереть пот со лба тыльной стороной ладони, я поспешно отвернулась, чувствуя, как краснеют уши. От него веяло чем-то древним, первобытным и опасным. Видеть его таким — уязвимым, без его дурацкого парадного мундира — пробуждало во мне чувства, которые я хотела похоронить поглубже. Сейчас он казался… более человечным. Похожим на меня.

Но это была иллюзия.

Каким бы красивым ни был этот мужчина и какими бы завораживающими ни казались его татуировки, Блейк Дракхэрроу оставался монстром. И я костьми лягу, но не позволю себе об этом забыть.

Оставшуюся часть урока Продвинутого оружия я отпахала с профессором Шанкарой один на один. Сначала мне пришлось вывалить ему весь список своих боевых навыков, чтобы он понимал, с какого бока ко мне подступаться.

Одесса гоняла меня до седьмого пота, обучая классическому фехтованию. Я уверенно владела как длинным, так и коротким клинком, неплохо обращалась с копьём и секирой. Моя работа ног была быстрой и точной — в Эркануме я всегда вывозила за счёт ловкости и скорости, легко переигрывая более тяжёлых и неповоротливых противников.

— Как ты вчера сама убедилась, здесь твоих старых фокусов не хватит, — остудил мой пыл Шанкара. — Для смертной ты впечатляешь, спору нет.

Каждый раз, когда они лепили мне это клеймо — «смертная» — у меня чесался язык их поправить. Да, я смертна, но лишь наполовину! С другой стороны, какой смысл распинаться перед ними про эльфов Эрканума? Они в эту историю в жизни не поверят, только у виска покрутят.

— Но здесь твоими соперниками будут хищники, — продолжал профессор. — Вампиры двигаются в разы быстрее и бьют наотмашь. Так что в ближайшие недели твой главный приоритет — скорость реакции и рефлексы.

Я вспомнила, как моё тело само ускорилось и ожило во время финального раунда с Вишей, когда я поймала тот странный фокус со временем. Но Родригесу я об этом докладывать не стала, просто кивнула. Я понятия не имела, как повторить этот трюк сознательно и смогу ли я вообще включить его снова по щелчку пальцев.

Шанкара указал на стойку с утяжелённым тренировочным инвентарём на стене:

— Бери вон то копьё. Будешь пахать с двойным весом от твоего привычного. Посмотрим, насколько хватит твоей хвалёной скорости.

К концу пары с меня сошло семь потов, туника буквально прилипла к телу. Но времени бежать в общежитие, чтобы помыться и переодеться, не было от слова совсем — до Основ боя для блайтборнов оставалось жалких десять минут. Пришлось нестись через переходы как есть. Я мысленно поклялась себе со следующего раза всегда таскать в сумке полотенце и запасной комплект одежды, чтобы хотя бы успевать заскочить в уборную и сменить тряпки.

К моему дикому облегчению, Блейк весь урок держался от меня на максимальном расстоянии. То что надо. Наша дурацкая помолвка для меня была пустым звуком, и судя по его поведению, для него тоже. Меньше всего мне хотелось, чтобы остальные студенты решили, будто этот статус делает меня какой-то особенной. Или, что ещё хуже — повесили на меня мишень. Впрочем, учитывая, что я единственная всадница в этой дыре, мишень на мне и так светилась ярким пламенем.

Риган на уроках оружия так и не появилась. Я начала надеяться, что её вообще нет в нашей группе — может, её факультет занимается в другое время, или ей вообще выписали освобождение от боёвки. Если я смогу держаться подальше от Блейка и его банды малолетних дегенератов, этот семестр обещал быть вполне сносным. Возможно, Кровавое Крыло окажется даже терпимым местом. Да чего уж там — мне начинал нравиться этот прессинг. Люблю, когда меня проверяют на прочность. Узнавать что-то новое каждый день оказалось куда интереснее, чем унылые лекции моих частных репетиторов в Камелоте.

Навин уже поджидал меня в коридоре перед залом Базовых боёв. Флоренс с нами не было — стратегам и целителям драки на практике были без надобности. Поначалу меня это удивило: казалось бы, военный стратег обязан чётко понимать, как устроен ближний бой.

Но, как выяснилось, их позиция была чисто теоретической. Флоренс готовили как аналитика: она должна была зубрить историю великих сражений и просчитывать тактику кампаний. В мирное время её потолок — тёплое место советника при каком-нибудь Высшем Доме.