олень льда, иначе всё было бы иначе. И запомни, мои люди — это МОИ люди, — каждое слово капало ледяным ядом. — Если ты ещё раз поднимешь руку на кого-то из них без моего приказа, я лично пущу тебя на кровь для ритуалов. И поверь, процесс будет долгим. Я знаю, как сделать так, чтобы ты оставался в сознании до последней капли.

Радонеж хрипло вздохнул, пытаясь выдавить хоть слово, но давление магии не позволяло даже дышать нормально. В его глазах вместо ярости теперь плескался животный страх.

— Я создавал эту организацию очень долго, — продолжал Тадиус, выпрямляясь. — Каждый из вас — инструмент в моих руках. Полезный инструмент, пока не начинает думать, что может принимать решения самостоятельно. Помните об этом.

Он окинул взглядом всех присутствующих. Красное сияние в его глазах усилилось.

— Кто-то ещё хочет обсудить этот вопрос? Или мне снова применить силу начертанных кровью рун?

Ответом была только тишина и прерывистое дыхание полузадушенных друидов.

Тадиус медленно кивнул и отпустил свою силу.

Воздух в пещере снова стал нормальным. Радонеж жадно глотнул воздух и рухнул на четвереньки, его тело сотрясала мелкая дрожь. Крагнор тяжело поднялся на ноги, вытирая пот с бледного лица. Последователи осторожно выпрямились, но никто не осмеливался поднять глаза на лидера.

Иерархия была восстановлена одним движением.

Друид крови обвёл взглядом притихших соратников и покачал головой, словно объясняя что-то особенно несообразительным детям.

— Вы не понимаете, против кого пришлось сражаться Морану, — произнёс он спокойно, возвращаясь к постели Эрики. — Григор не просто использовал запретную технику. Он превратил собственное ядро в оружие.

Радонеж поднял голову, всё ещё тяжело дыша после магического давления.

— И что с того? — хрипло спросил он. — Моран тоже владеет аватаром теней.

Тадиус остановился рядом с каменным ложем, его пальцы вновь легли на пульс Эрики.

— Дело не только в ядре, — продолжил он, не отрывая взгляда от больной. — У Григора было преимущество, о котором мы не знали.

Крагнор нахмурился:

— Какое ещё преимущество?

— Самец и самка Алой Кости, — просто сказал Тадиус.

В пещере повисла тишина. Мирана перестала перебинтовывать руку Морана и уставилась на лидера. Радонеж медленно поднялся с колен, глаза расширились.

— Что? — переспросил Крагнор, голос булькал от изумления.

— Именно то, что слышишь, — терпеливо объяснил Тадиус. — Всё это время Григор скрывал второго питомца. Когда Моран призвал аватара теней, отшельник выпустил обоих медведей. Только так он смог открыть третий резерв и призвать…

Радонеж побледнел, словно понял всю чудовищность ситуации.

— Первобытный медведь… — прошептал он. — Чёрт… Да это же…

— Безумие, — закончил за него Моран. В единственном глазу плескалось что-то похожее на облегчение. — Я чудом ушёл. А это третий резерв, даже не четвёртый. Посмотрел бы я на тебя, Радонеж, что бы ты сделал. Да и Альфа ветра эта — тварь та ещё.

Тадиус кивнул:

— Теперь понимаете масштаб поражения? Моран справился с невыполнимой задачей лучше, чем мог справиться любой из вас.

Мирана осторожно доделала повязку и отступила.

— Но Григор…

— Григор мёртв, — отрезал Тадиус. — Никто не выживает после открытия третьего резерва. Никто. Так что можешь радоваться, Моран.

Последние слова прозвучали почти ласково, но в них читалась насмешка.

Радонеж процедил сквозь стиснутые зубы:

— Радуйся…

Моран вымученно улыбнулся, отводя взгляд.

Тадиус выпрямился и обошёл каменное ложе, остановившись в центре пещеры. Красноватый свет рун играл на его покрытом татуировками лице, придавая чертам демоническое выражение.

— Довольно оплакивать неудачи, — произнёс он твёрдо. — Пора заняться делом. Огненный Тигр до сих пор на свободе. Карц и Мирана не особо справились в тот раз.

Мирана сжала губы, но промолчала. В её глазах мелькнула обида, но спорить с лидером она не осмелилась.

— Кроме того, — продолжил Тадиус, и в голосе зазвучала заговорщицкая нотка, — удалось найти кое-что интересное.

Он медленно обвёл взглядом всех присутствующих, наслаждаясь их вниманием.

— Я наконец-то обработал биоматериалы с той атаки на Драконий Камень. И теперь у нас есть следы, ведущие и к убежищу Ледяного Оленя, и к ориентировочному месту тигра.

Крагнор резко выпрямился:

— Ещё и оленя? Ты уверен?

— Более чем, — кивнул Тадиус, и на его губах появилась довольная улыбка. — Две Альфы сразу. Огонь и Лёд.

Радонеж шагнул вперёд, в его глазах вспыхнул азартный огонёк:

— И как мы поступим? Разделимся? А как же Жнецы?

Тадиус покачал головой, улыбка стала шире.

— А теперь слушайте что делать дальше, — произнёс он, и в голосе зазвучало предвкушение. — Мальчишка сам всё сделает. И тогда…

— И тогда мы получим сразу три ключа, — довольно закончил Крагнор.

Глава 6

Уже через полчаса Первый Ходок сидел на простом каменном кресле в центре зала. Вальнор расположился справа от него, всё ещё напряжённый после нашей недавней стычки. Лана молчала у противоположной стены, скрестив руки на груди.

— Итак, — произнёс Роман спокойным голосом, — Максим уже знает, что делать с Короной. Но нужно решить вопрос с Огненным Тигром. Времени у нас мало — каждый день промедления увеличивает шансы «Семёрки» найти его первыми.

В животе что-то сжалось, словно перед схваткой с матёрым медведем.

— Где именно его искать? — кивнул я и спросил. — Виола сказала что-то конкретное?

Роман покачал головой.

— Лишь общее направление, но благо, Лана знает те места. Тигр ранен, напуган и крайне агрессивен. Друиды его сильно ранили, прежде чем он сбежал.

Раненый зверь — самый опасный зверь. Эту истину я выучил ещё мальчишкой, когда подранок-кабан чуть не вспорол мне брюхо. Но кроме того — раненый зверь непредсказуем. На него не действуют обычные приманки, он не следует привычным тропам, не появляется в обычных местах кормёжки. Если эта логика вообще сработает на древнюю Альфу.

— Тогда кто пойдёт? — прямо спросил Вальнор. — Сам понимаешь, Роман, ты не можешь покинуть Убежище. Григор слаб, про остальных молчу, им просто не хватит опыта. Могу я…

Первый Ходок грустно улыбнулся.

— Моя жизнь привязана к энергии Раскола, да. Что касается тебя, Вальнор… — он бросил взгляд на седовласого оборотня, — ты нужен здесь. Не собираешься же ты оставлять нас в такой момент? Вне зависимости от результата переговоров Максима, мы не сможем доверять Короне. По крайней мере сейчас. Раз они заинтересовались