землю. Водитель продолжал находиться в ступоре, и лишь пятился назад, не пытаясь освободиться от совсем недружеских объятий, хотя был крупнее и видимо сильнее “спортивного”. Люди вокруг также перестали быть статистами и свидетелями – вокруг поднялся галдеж, кто-то кого-то хватал за рукав и тащил, кто-то хватался за телефон и куда-то звонил, несколько человек кинулись к дерущимся, но не с целью разнять, а скорее приняв ту или иную сторону конфликта. Закипала серьезная передряга, причем ни в какую логику событий она отчаянно не желала укладываться.

 Сказать, что я был удивлен этим калейдоскопом происшествий – значит не сказать ничего. Руки сами вцепились в край стола, происходящее на улице отчаянно отказывалось быть похожим на реальность. Просто поразительно, как много мыслей может успеть человек продумать за очень короткий момент времени – прошло лишь несколько секунд, может пара десятков секунд, а разум рисовал разные картинки объяснения ситуации, и раз за разом пытался найти этим картинкам достоверные толкования. Одновременно сам по себе вспомнился кусок из какого-то неплохого фильма про зомби-апокалипсис, в котором рассказывалось про специальную “комиссию десяти”. В этой комиссии, при возникновении самой глупейшей и нелепейшей версии происходящего несчастного случая, должен был найтись один из её членов, который принимал эту самую нелепую версию всерьез, и расследовал её как главную идею. Смысл был в том, что порой самые странные и нелогичные объяснения могут быть в той или иной мере справедливыми, или вообще – достоверными. Я не являюсь ни верующим, ни культистом, но инстинкт самосохранения у меня находится на достаточно почетном месте в моем немногочисленном списке собственных талантов, чему я уже не раз в жизни убеждался. Наверное и в этот раз этот инстинкт меня спас, причем чудеса или высшие силы тут явно были не при чем.

 Следующее происходило достаточно быстро, даже хаотично, хотя мне самому порой казалось, что я действую как во сне, чуть замедленно, и в эдакой роли стороннего наблюдателя, видя все порой от третьего лица. Подбежать к ванной, в которой льется душ видимо на мою супругу, и приоткрыв дверь сказать жене: “Одевайся, только быстро!”. Хотелось казаться серьезным и уверенным, чтобы избежать длинных объяснений и ответов на вопросы, особенно учитывая то, что объяснений и ответов у меня и не было вовсе. Непонятно, то ли сработало, то ли жена всё же достаточно давно меня знала, чтобы задавать вопросы и удивляться, а может моя супруга просто возмутилась, но вышла из ванной достаточно быстро, при этом вытираясь на ходу и удивляясь моей суете. Сам я метнулся в коридор, и вытащил с нижней полки шкафа несколько наших дорожных сумок, вывалив их просто на пол, и остановившись в некоторой растерянности перед образовавшейся кучей, думая, чем же её заполнять. Тут подошла моя жена, и вот сейчас уже надо было что-то ответить на вполне логичные её вопросы.

– Ты случайно не сошел с ума? Что вообще происходит?

– Прости, реально некогда объяснять. Нам надо срочно уезжать. Эммм… Прокатиться на машине.

– Что? Куда?? Тебе надо – ты и катайся. Мне есть чем заняться. Бред какой-то.

– Не бред. Посмотри сама на улицу, на кухне.

 Возможно, это была не лучшая идея, но активной помощи от жены сейчас я не ждал, мне главное было выиграть чуть-чуть время, чтобы собраться с мыслями. Внезапно я остановился – ведь это же действительно какой-то бред. Что я делаю? Ну драка, ну авария – дичайшее совпадение, очень трагичное, но что тут такого? Зачем уезжать? Скорее всего через пять-семь минут появится полиция и скорая, как всегда в Германии очень быстро и многочисленно, всё возьмут под контроль, опросят свидетелей – вот скорее всего тогда я им тоже пригожусь, потому что видел почти всё с самого начала. Кто-то точно попадет в места не столь отдаленные, но это вполне заслуженно. Что я там себе нафантазировал-то? И в следующую секунду эти успокоительные мысли были грубо прерваны встречным уверенным возражением – я прав в своем опасении, просто прав, без вариантов. Возня на улице всё не стихает, шум уже слышен даже за закрытым окном. Прошло уже определенно несколько минут, а инцидент никак не затухал – совсем наоборот, он разгорался, что совершенно нехарактерно для наших спокойных толерантных мест. И некий внутренний голос был абсолютно уверен в самом глупом и неправдоподобном сценарии развития событий, а я привык ему доверять на все сто процентов, особенно в каких-то экстренных ситуациях. Я всегда любил просчитывать или хотя бы прогнозировать самый худший исход, чтобы знать те рамки, внутри которых все должно удерживаться. Вот сейчас, если я вдруг неправ – то ничего плохого по сути не случится. Прокатимся (куда??… не знаю… решу позже), и вернемся домой, где супруга получит возможность еще долго и задорно подкалывать меня, и называть паникёром. Она всегда любила это делать, пусть и не сильно всерьез, скорее для веселья.

– Ужас, что творится! Ты звонил в полицию? – это уже жена, не отрываясь от окна

– Уверен, что уже несколько человек точно уже позвонили. Собирайся, пожалуйста.

– Куда?? И что собирать? Успокойся, и не паникуй. Надо дождаться полицию.

– Просто поверь – тут что-то не так. Давай просто отъедем чуть-чуть покататься. Если что, то считай меня перестраховщиком, паникером, как угодно. Но сейчас – просто давай это сделаем.

Cамое трудное в данный момент это убедить жену. Она может мне здорово помочь, но также и здорово всё осложнить, если я буду неубедителен. Пока я не очень убедителен, судя по всему.

– Сейчас приедет полиция, куда ты собираешься? Виновных надо задержать, а пострадавшим оказать помощь!

– Вот если приедут, то пусть и арестовывают, я не против. Но только послушай, и сама подумай, уже прошло несколько минут, да уже минут десять, наверное, и ничего подобного не происходит – тебе не кажется это странным? И какие-то все как с цепи сорвавшиеся… Прошу, давай сделаем как я говорю, ну пожалуйста. Просто выедем и посмотрим. Если всё окей, то вернёмся обратно через час-два, просто прогулка! Я знаю, что ты так не думаешь и я для тебя звучу сейчас дико, но просто – давай сделаем так, как я прошу.

– А зачем сумки? – уже что-то, уже чуть-чуть убедил. Вообще у Ани соображалка работает достаточно быстро, и с логикой тоже проблем не наблюдается, так что – скорее всего она мне поможет. Сейчас главное не упускать момента.

– А затем, что если я прав, то случилось что-то нехорошее. Причем очень нехорошее. Прошу, займись едой и