Мы шли по коридорам Академии, и на какое-то время я даже забыла обо всех недавних драмах. Рядом с ним было спокойно. Даже мысли в голове раскладывались по полочкам.

Его комната находилась недалеко — аккуратная, всё на своих местах, ничего лишнего. На столе — свитки, карты, кристаллы.

— Проходи, — сказал он, прикрыв за мной дверь. — Смотри, это маршрут. Вот здесь мы свернём с основной тропы и пойдём по старому лесному участку. Я покажу ориентиры. Запоминай — может пригодиться.

Я сидела, склонившись над картой, пока Эйдан перекладывал вещи в походный рюкзак. Щёлкнули застёжки, посыпались аккуратно свёрнутые свитки, бутыль с концентратом энергии, амулеты, плащ.

— А что у нас за спецзадание? — спросила я, не поднимая головы. — Оно отличается от того, что дали Люциану и Анике?

— Отличается, — подтвердил он, подходя ближе. — Хотя что поручили Люциану — я не знаю. Нам предстоит найти звезду Трентора.

— А это… что? — удивлённо моргнула я.

— Довольно редкий камень природного происхождения. Водится в этих краях.

— Подожди, — фыркнула я. — Камень может водиться?

— В том-то и дело, — усмехнулся Эйдан. — Этот камень — разумный. Его изучают уже на старших курсах. Но тебе важно запомнить одно: руками его трогать нельзя. Даже если он тебе покажется красивым, тёплым или как будто зовёт. Ясно?

— Ясно, — кивнула я, хмуря брови. — Пугаешь ты меня.

— Это не моя цель, — сказал он мягко. — А вот подготовить — вполне.

Он снова вернулся к вещам, а я сосредоточилась на маршруте. Линии путей, ловушки, энергетические сбои… Всё несложно — кроме одного поворота, который упрямо ускользал из головы.

— Вот этот участок — никак не запомню, — пожаловалась я, когда он подошёл.

— Дай посмотрю, — пробормотал он и встал у меня за спиной. Его ладонь мягко легла на мою спину, водя вдоль позвоночника, будто помогая сосредоточиться. Я задохнулась. Встала, обернулась — и мы оказались на расстоянии дыхания друг от друга.

Он провёл пальцами по моим волосам, отодвинул прядь с лица, задержал взгляд.

— Ты такая красивая, — сказал он тихо. И посмотрел прямо на губы.

Я уже не слышала ни тика часов, ни шелеста свитков. Только тепло его руки и взгляд, от которого кружилась голова. Он наклонился ближе, и его дыхание коснулось моих губ, когда…

Тук-тук.

— Кхм, — отозвался Эйдан, отступая и поворачиваясь к двери. Я отступила в сторону, стараясь не показать, что сердце едва не выпрыгивает из груди.

На пороге стоял Люциан. И он был зол. Его взгляд метнулся от Эйдана ко мне, задержался, налился мраком.

— Люциан? — спокойно спросил Эйдан. — Ты что-то хотел?

Тот молчал, продолжая смотреть на меня, будто моё присутствие в этой комнате это преступление.

— Люциан, — повторил Эйдан, чуть жёстче, не дождавшись ответа.

— Что она тут делает?

Я открыла рот, но Эйдан опередил:

— А тебя это каким образом касается?

Уголок губ Люциана дёрнулся. Он явно сам не знал, что ответить, но хмуро буркнул:

— Я хотел узнать, какая у вас миссия.

— И это тебя тоже не касается, — отрезал Эйдан. — Всё в порядке, Локфорд?

Ответом стала тишина. А потом — яд:

— Мелания, иди в свою комнату. Или я расскажу твоему отцу, как ты уединяешься с мужчинами.

— Что? — выдохнула я. Даже Эйдан замер.

— Что слышала, — не отводя взгляда, повторил Люциан.

— Мел, иди, — спокойно, но твёрдо сказал Эйдан. — Мне надо поговорить с Люцианом. Наедине.

Я колебалась. Смотрела то на одного, то на другого. Меня разрывало между яростью и желанием вернуться обратно в ту секунду, когда почти случился поцелуй.

Но я развернулась и вышла, не сказав больше ни слова.

Дверь за спиной захлопнулась, и я пошла к себе, кипя изнутри.

Что, чёрт возьми, сейчас было?

Глава 33

Я шла к своей комнате, всё ещё ошарашенная после разговора с Эйданом и появления Люциана. Мне казалось, что хуже быть уже не может… пока я не увидела фигуру у своей двери.

— Себастьян⁈ — Я остановилась как вкопанная. — Вы что, оба с ума сошли?

— Открой дверь, — хмуро сказал он. Голос у него был глухим, почти хриплым.

Почему-то я не стала спорить. Просто подошла, открыла. Себастьян вошёл следом, и тихо закрыл за собой дверь. Я обернулась, встретившись с его взглядом. В глазах стояло что-то тяжёлое, необъяснимое.

— Что происходит? — выдохнула я.

— О чём ты?

— Люциан только что шантажом выгнал меня из комнаты Эйдана.

— Ты была в комнате Эйдана? — его брови резко сошлись. В голосе — ревность, которую он даже не пытался скрыть.

— Я считаю, что это не ваше дело, — ответила я жёстко, но голос чуть дрогнул.

Он подошёл ближе. Намного ближе, чем позволяли мои границы. Я сделала шаг назад, но упёрлась спиной в дверь. Он склонился ко мне, шепча в губы:

— Считаешь неправильно.

— Я же сказала, — выдохнула я, с трудом удерживая контроль, — я не хочу видеть ни одного из вас.

— И мы не подходили.

— А это что, по-твоему? — буркнула я, упираясь ладонью в его грудь. Демонстрируя, как близко он подошел.

— Я не знаю, — признался он неожиданно честно. — У меня появилось… странное, нестерпимое желание тебя увидеть. Видимо, у брата тоже.

С этими словами он провёл пальцами по моему локону, скользнув по щеке, и я вздрогнула. Как от лёгкого разряда. Всё нутро сжалось от странной смеси раздражения, желания и страха. Эти маги оказывают какое-то невероятное влияние на свою русалку…

— Один поцелуй… и я уйду, — прошептал он, голосом, от которого внутри всё затрепетало.

И я, будто заворожённая, сама подалась вперёд.

Наши губы встретились. Никакой нежности, только жадность. Этот поцелуй был не про ласку — про запретное, про то, что держалось под кожей, кипело, рвалось наружу. Я вцепилась в его плечи, он прижал меня к двери так, будто боялся, что я оттолкну, если ослабит хватку.

Себастьян целовал меня так, будто именно этого и ждал. Словно весь контроль, которым он когда-то гордился, выветрился за одну секунду.

Я задыхалась. Он не давал мне и шанса подумать. Его руки скользнули по талии, обрисовали изгибы тела, как будто пытались выучить меня заново. Я ощущала — он на грани. И я сама была не лучше.

— Чёрт, Мел, — выдохнул он, прижимаясь лбом к моему, — как я скучал по тебе.

Я знала. Знала, что это неправильно. Что я хотела вычеркнуть их из жизни. Что не так давно обещала себе — никаких Локфордов. Никогда. Но мои пальцы сжимали его рубашку, мои губы снова тянулись к его.

И всё начиналось заново — с новой волной.