будет времени изучать его характеристики и вникать в ситуацию! Ты должна будешь действовать вслепую, чтобы защитить станцию и экипаж своего шаттла, - говорит мне Нейшан. Не пойму только, он хочет меня успокоить или в очередной раз убедить меня в том, что он всегда прав? А меня просто распирает от обиды. Голос предательски дрожит, готовый сорваться в истерический писк.

- Да, но в отличие от Вас, Командор, у меня нет базовых навыков боя и пилотирования таких вот шаттлов! В отличие от Вас, я даже не представляла на что способно это судно и каждый член этого экипажа! В отличие от меня, Вы хотя бы имеете представление о том, что делать, потому что обучались этому делу долгие годы! Моя же команда была этого лишена, не считая некоторых индивидов, которые вели себя крайне некорректно и непрофессионально! – тыкаю пальцем на пилотов, взбесивших меня, которые в моей миссии явно подставляли меня по полной программе чуть ли не каждую минуту. Шейн же широко улыбается, становясь рядом с братом. Однозначно он что-то скрывает. Они. Вот его молчание прямо говорит об этом! Их. Он будто бы хочет сказать мне об этом, но не может. Щурюсь, пытаясь понять в чем дело, исследуя их мощные фигуры, стоящие прямо передо мной. Ах, вы, гады ползучие! И тут до меня, наконец, доходит… – Вот же, вы – козлы! Вы все это подстроили специально! И этих ушлепков мне подсунули тоже специально! – снова тыкаю пальцем все на тех же пилотов, которые тоже улыбаются, сверкая своими белоснежными зубами с удлиненными клыками.

- Я не знаю, кто это, но не стоит переживать так сильно, моя маленькая несносная человечка. Ты и правда молодец, даже не смотря на то, как сильно пытались тебя сбить с толку! – подходит ко мне Шейн ближе, щелкая меня по носу двумя пальцами. И что самое странное, я не слышу в его голосе и толики презрения или недовольства. Он говорит мне эти слова непринужденно и легко, широко улыбаясь. А я, как дурочка, слышу лишь одно - «МОЯ». Сердце стучит так гулко, словно ненормальное. Шей стоит так близко, что я могу дотянуться до его пухлых губ своими пальцами, почувствовать их сочность и чувственность. Исчертить каждый узор его татуировок на лице, почувствовать их всей своей кожей. И я почти чувствую это! Я ощущаю непонятную пульсацию на самых кончиках своих пальцев, которые безумно хотят дотронуться до этого зеленоглазого рейна, чтоб его! Мое тело странным образом отзывается на него. Я не могу это объяснить, но могу в полной мере наслаждаться этими приятными и волнующими ощущениями. А Шейн сам будто бы боится дотронуться до меня, снова быстро пряча свои огромные ручищи за спиной. – Брат скуп на похвалу, но я уверен, что он поставил тебе высокий балл за выполнение этой миссии.

- Выполнение? – неуверенно переспрашиваю. – Я ведь провалила ее!

В ответ Шейн лишь снова улыбается, сверкая изумрудной зеленой своих глаз, и выходит из помещения, как ни в чем не бывало. И как ему это все удается? Не понимаю! Во мне сейчас полыхает огонь эмоций, что я с силой сжимаю кулаки и еле сдерживаюсь, чтобы не разбить его наглую рожу, а он так просто все вокруг контролирует. Что самое интересное, как мне кажется, что именно в момент, когда горят его глаза, он испытывает какие-то эмоции. Настоящие эмоции. Но ему так ловко удается переключаться, вновь надевая на себя маску безразличия, будто ничего и не было. И как у него это выходит? Снова злюсь. На него, себя и всех вокруг! Нужно успокоиться. Озираюсь вокруг – никого! Вообще! Даже не заметила, как Лейна тоже уже куда-то подевалась, и я осталась совсем одна.

Ну и пожалуйста!

А я безвольной и обессиленной куклой обратно валюсь на стул командира этого шаттла. Ну почему это все происходит именно со мной? Почему? Почему? Почему?

От досады топаю ногами, как капризный пятилетний ребенок. На удивление это срабатывает. Я успокаиваюсь, и мое дыхание выравнивается. Сижу молча, с интересом исследуя ладонями гладкую голографическую панель, которая снова загорается и отзывается на каждое мое движение. Веду руку в сторону, экран тут же меняет свой угол, вверх-вниз – то же самое. А это довольно интересно! Как 3D–модель. Вижу кучу камней разных размеров, болтающихся в космосе, как елочные игрушки. Выглядит настолько реалистично, будто я нахожусь там, снаружи.

Вдруг на экране появляется этот самый огромный серый корабль, который погубил меня в моей же первой миссии. Я дотрагиваюсь пальцами до него, и он мгновенно увеличивается в размерах. Развожу руки в стороны, пытаясь расширить экран и тот самый люк, в которой мы запускали залп, чтобы рассмотреть его поближе. Хочется изучить его получше, может быть, я что-то упустила и была возможность как-то по-другому уничтожить его? Картинка скачет, как при потере сигнала, и я не могу как следует стабилизировать ее. Это раздражает.

- Бортовой компьютер реагирует на звуковые команды капитана, - произносит за моей спиной голос, от которого я вздрагиваю. Глубокий, чуткий, с гулкой хрипотцой, отдающейся где-то внутри меня, словно вибрацией, будоражащей тело и душу, эхом, звучащим в самом сердце. Не понимаю, почему этот рейн вызывает во мне такой бешеный спектр чувств и эмоций? А я молчу. Вообще-то, если честно, я обиделась на Айшана перед тем, как он ушел в свой шаттл и к своей Клишкат. Решаю не реагировать, будто его и нет рядом. – Ты все еще капитан этого шаттла, можешь дать команду на увеличение нужной тебе части корабля. Даже запросить его планировку, если она есть в базе данных комма, детализация выплывет отдельным окном. Узнать об оружии и его мощности ты также можешь, запросив информацию.

Пошел ты, ещё один командор! А перед этой миссией мне можно было все это рассказать? Не-е-ет! Зачем? Эта мелкая, тупая и несносная человечка итак все знает! А если не знает, так и не жалко! Видимо, я слишком громко и раздражающе молчу, перебирая все ругательства в голове, потому что я прямо чувствую спиной недовольство Аша. Вот не понимаю я совсем, зачем он пришел сюда? Сначала он дает понять мне, где именно находится мое место, унижая. А теперь он почему-то помогает мне, дает советы, которые мне, нахрен, уже не нужны! Для чего?

- Зачем ты это делаешь? – не могу удержаться от вопроса, душащим мое сознание. В этом вопросе всё: боль, непонимание,