Его слова успокоили душу Саванны больше, чем он мог себе представить. Никто никогда не говорил ей этого раньше. Она оставалась неподвижной, глядя в его темные глаза, впитывая его внимание. Однако через несколько секунд Коул не отвел взгляда, и она забеспокоилась под его пристальным взглядом. Она облизнула губы и сделала шаг назад, ее глаза метнулись в сторону кухни, ей нужно было быть где угодно, только не возле него.

— Ты... э-э... готовил? — спросила она, совершенно сбитая с толку.

Он рассмеялся, легко и беззаботно.

— Да, я пытался. Это твой первый рабочий день, поэтому я хотел сделать тебе сюрприз.

— О.

Он направился на кухню, и Саванна послушно последовала за ним.

— Это просто паста с томатным соусом, не волнуйся.

— Пахнет великолепно. Думаю, у нас в морозилке есть чесночный хлеб. И я могла бы приготовить салат на скорую руку. — Она направилась к холодильнику.

Его руки на ее талии остановили ее.

— Нет. Это моя обязанность. Иди. — Он игриво подтолкнул ее в сторону столовой. — Я все сделаю.

Саванна рассмеялась, но подчинилась.

— Окей. — Она подняла руки. — Я просто пойду переоденусь, если ты не против. У меня на рубашке рвота, по крайней мере, от трех разных младенцев.

Коул усмехнулся, когда она направилась в гостевую спальню. Оказавшись внутри, Саванна сняла джинсы и футболку с длинными рукавами, в которых ходила на работу, и, осмотрев свой гардероб, решила быстро принять душ. Паста все еще варилась, так что у нее было несколько минут.

Она скрутила волосы в узел и потрогала воду. Б0ыло тепло и уютно. Саванна вошла в стеклянную душевую кабину, схватила мочалку и вылила на нее немного геля для душа с ароматом жасмина. Она дважды потерла все тело, наслаждаясь водой. Она улыбнулась при воспоминании о том, что была единственной сегодня на работе, кто мог успокоить беспокойную Беллу, у которой резались зубки. У нее всегда был особый дар обращения с младенцами. Они чувствовали себя с ней так же комфортно, как и она с ними. Саванна умылась, оттирая лицо, затем повернулась, чтобы почувствовать, как вода бьется между лопатками. Хм-м. Приятно. Оказалось, весь день укачивать и держать на руках детей — тяжелая работа. Но это приносило удовлетворение.

Саванна выключила воду, вытерлась одной из огромных простыней, которые Коул использовал вместо полотенец, а затем надела свою любимую пижаму — шорты и поношенную футболку Коула.

Она вернулась на кухню, освободив волосы и расчесав их.

— М-м-м. Здорово пахнет.

Коул как раз накладывал пасту и толстые ломти чесночного хлеба, когда она подошла к столу в столовой. Он не принял ее предложение о салате, но это было нормально, еды и так было достаточно.

— Садись. — Он жестом отодвинул ее кресло.

Саванна повиновалась, опускаясь на сиденье.

— Спасибо за ужин, — пробормотала она, рассматривая еду перед собой. Выглядело восхитительно и пахло еще лучше.

— Подожди. И еще одно. — Коул вернулся с бутылкой красного вина на сгибе локтя и двумя бокалами. Саванна с любопытством посмотрела на него, но он только пожал плечами. — Что? Это особый случай.

Ее губы дрогнули в улыбке, когда он налил им по бокалу рубинового вина.

— Для тебя. — Он поставил бокал перед ней.

— Спасибо. — Все это казалось утонченным и элегантным, Коул прислуживал ей, и она хихикнула от удовольствия в этот момент.

Его глаза метнулись к ней.

— Что?

— Ничего, — ответила она, сохраняя невозмутимое выражение лица.

Коул искушал ее ответить, его темные глаза слишком долго смотрели на нее, прежде чем он, наконец, он выдвинул свой стул и сел рядом с ней.

— Значит, тебе понравился детский сад? — он попросил кусочек чесночного хлеба.

— Мне понравилось. Так забавно наблюдать, как они учатся и играют в этом возрасте. А потом, когда они станут старше, наблюдать, как они растут и открывают для себя новые вещи. Я думаю, что это идеальная работа для меня. В основном, это то, что я делала в комплексе, но мне за это никогда не платили.

Коул кивнул, сделав глоток вина.

— Тогда я рад за тебя.

Почему у него такой холодный голос? И почему улыбка не коснулась его глаз? Он был тем, кто поощрял ее найти работу, и теперь, когда у нее была работа, которая ей нравилась, он вел себя странно. Она запихнула в рот большой кусок пасты, понимая, что проголодалась и не слишком озабочена тем, чтобы вести себя с ним как леди. Последовал здоровый глоток красного вина. Хм-м. Слаще, чем она ожидала. Итак, Коул приготовил и открыл бутылку вина? Важное событие. Это не заставляло его вести себя странно.

Саванна проигнорировала его странное настроение и рассказала о деталях своего дня, о расписании в детском саду: завтрак в девять утра, затем смена подгузников, потом утренний сон, далее время игр до обеда, а затем расписание повторилось — еда, подгузники, сон, игра, а затем приход родителей. Она рассмеялась, просто подумав об этом. Это был насыщенный и напряженный день. Но весело.

— Ты хочешь детей? — спросила она, кладя вилку рядом с пустой тарелкой.

В его глазах вспыхнула тревога.

— Никогда по-настоящему не думал об этом, а что?

Саванна нахмурилась и закусила губу.

— Тебе двадцать семь, как ты никогда не думал об этом?

— Ты говоришь совсем как Марисса, — пробормотал Коул себе под нос, пока нес тарелки в раковину.

Саванна осталась сидеть за столом, ее лицо горело, как будто кто-то дал ей пощечину. Что с ним сегодня? Она допила вино, пытаясь восстановить самообладание, прежде чем присоединиться к нему на кухне. Коул взглянул на ее пустой стакан и снова наполнил его.

— Иди, отдыхай. — Коул вел себя мило, но его слова... его слова были холодными и резкими.

— Все в порядке. Я помогу, — ответила она, ее голос прозвучал мягко и неуверенно.

Они стояли бок о бок у раковины, Саванна передавала Коулу каждую тарелку, чтобы загрузить посудомоечную машину. Она была гипер-осведомлена о нем: его подтянутые предплечья, его мужской запах и мускулистое телосложение, которое возвышалось над ней.

Покончив в молчании с посудой, они вернулись на диван, и Коул включил фильм. Это было все, на что она была в настроении, — развалиться на диване, так как сочетание работы и вина опустошило ее, но в хорошем смысле. Коул устроился рядом, держась на расстоянии, но постоянно наполняя их бокалы вином. К концу фильма она была совершенно пьяна. И боже, помоги ей, она была возбуждена.

Саванна поставила пустой бокал на стол и положила голову на колени Коула. Его