руке, болшему полку. Августа 18, в четверток, прииде государь в соборную церковь Рожества Пречистые и молебнаа пев, припадает к образу Пречистые и к чюдотворному образу Сергиа чюдотворца, с многыми слезами молящася на много время, тайно молитвы възсылающе, тому единому ведущу, и благословляется от протопопа и от всего священнаго чину, иже ту пребывающие»[433].

Общая схема похода 1552 года

Царь не просто так молился перед образами Богоматери и Сергия Радонежского: ночью 18 сентября у него опять было видение: в приготовлениях к штурму Иван Грозный услышал благовест московских колоколов[434]. Он понял, что это знак: «Господь хотел обратить к Себе народ казанский». «Поиде государь за Казань-реку. Того же месяца 20 в суботу, приде государь за Казань-реку… И стал на Терень-узяке, полки же все сташа по Цареву лугу и вниз по Волзе»[435].

Расположившись вдоль Казани, русские полки, развернув хоругви, отслужили молебен. Иван IV призвал бойцов «единодушно пострадати за благочестие, за святые церкви и за нашу православную христианьскую веру… за единородную нашу братию». Государь заявил, что не пожалеет и собственной жизни, и обещал жаловать всех «великим жалованьем». Князь Владимир Андреевич и другие бояре поклялись воевать за православие «не щадя собе»[436].

Мы помним, что с царём в числе других походных храмов была походная церковь во имя архистратига Михаила. Походные церкви Иван Грозный приказал установить ввиду осаждённого города: «церкви поставити полотняные: Архистратига Михаила, другую Катерину Христову мученицу, третию преподобнаго отца Сергиа чюдотворца». Святая Екатерина Александрийская – ещё одна из сонма святых, избранная в сопутники царского похода. Очевидно, роль Святой Екатерины, прославленной в III веке в египетской Александрии, определялась согласно её житию, в котором сказано, что ангел сокрушил орудия пыток, предназначенных для казни святой, благодаря чему в христианство обратилось множество присутствовавших при казни язычников[437]. Обращение язычников в истинную веру было одной из главных целей похода. Остаётся добавить, что ангелом, сокрушившим орудия пыток, был сам Архангел Михаил, и таким образом покровительство святой великомученицы было связано с покровительством Небесного архистратига.

В этих полотняных храмах небесных патронов монаршего похода «царь же благочестивый по вся дни и по вся нощи» призывал «Бога въ помощь» до самого штурма. Молился Иван IV и во время штурма[438].

Повторимся, что, по мнению российского учёного А. Г. Мельника, «в разное время из всего сонма небесных заступников русского воинства некоторые выделялись особо», и «соответствующее отношение к архистратигу Михаилу и Сергию Радонежскому при завоевании Казани в 1552 году отразилось в устройстве по приказу царя Ивана посвящённых им походных церквей, в которых он молился во время военных действий»[439].

Уже после победы над казанцами, обращаясь к войску, Иван IV сказал: «Запустенная же мерзость нечестия земля Казанская ныне благочестием просвещаема, и святыми церквами украшаема в них же бе божественные таинства, и молитвы и кадило благовонное приносится»[440]. Царь в первую очередь поставил в побеждённом городе храмы – те самые обыденки.

Казань была взята в день памяти великомучеников Киприана и Иустинии, и первая православная церковь в Казани была названа их именем. Затем на том месте, где стояла боевая хоругвь с изображением Спасителя, был устроен храм во имя Спаса Нерукотворного. Иван Грозный сам выбирал место для строительства Благовещенской церкви и участвовал в её постройке. «И в един день созда храм соборный, Благовещенья Пресвятой Богородицы, на месте красны, на площади, близ царёва двора, приделы два имущи… страстотерпцы Руския Борис и Глеб и новоявленные чюдотворцы Муромския князь Петр и княгиня Феврония. Вторую же церковь постави Воскресение Господа нашего Исуса Христа, третью церковь святых великомученикъ Киприяна и Устиньи, четвертую за градом, противу ворот градных, нерукотворенный образ Господа нашего Исуса Христа, пятую же чюдотворца Николы монастырь…»[441]

Разумеется, не был забыт и «Великий чиноначальник» Архангел Михаил. В побежденной Казани была учреждена епархия во главе с архиепископом Гурием[442]. Для него рядом с городом была отведена особая слобода, в этой слободе и был установлен храм во имя архистратига Михаила[443]. Действительно, так как архиепископ Гурий становился на передний край борьбы с «нечестивыми учениями», лучшего покровителя для его слободы было не отыскать.

Церковь Михаила Архангела в Архангельской слободе г. Казани. Взято: URL: https://sobory.ru

Церковные службы сопровождали Ивана IV и на обратном пути. Молебны были отслужены в Нижнем Новгороде, в Суздале, в Троице-Сергиевом монастыре, в Москве, в других городах. Читателю может быть интересен факт того, что изъятие на военные нужды церковных колоколов первым осуществил молодой Иван IV. Нуждаясь перед походом в свинце и олове, он приказал снять для переплавки колокол с монастырской колокольни Печерского монастыря, пообещав архимандриту обители Иоакиму отлить взамен новый[444]. Монарх своё царское слово сдержал: в 1558 году он пожаловал Печерскую обитель и между прочими вкладами передал 30-пудовый медный колокол с надписью: «В лето 7066 Марта зделан сей колокол, при царе государе великом князе Иоанне Васильевиче всеа Русии и Макарие митрополите. Царь государь дал колокол в дом Вознесения Господа нашего в Печерский монастырь, при архимандрите Иоакиме, в Новгород Нижний».

Отметим, что по пути из Нижнего Новгорода в Москву молодой царь также основывал церкви, и характерно, что освящал их во имя одного и того же церковного праздника. Н. В. Большакова указывает, что из Нижнего Новгорода Иван IV двинулся к Балахне, откуда вышел на «ям зовомый Судогда». Она пишет, что в Судогде государь был 7 октября 1552 года, то есть на следующий день после праздника Преображения Господня. При этом на подходе к Судогде его встретил В. Траханиотов с вестью о рождении наследника – царевича Димитрия. На месте, где государя застала радостная весть, у селения Спас-Беседа, была основана часовня, перестроенная затем в храм Преображения.

Следующий молебен служился уже во Владимире, откуда Иван IV повернул к Троице-Сергиеву монастырю и оттуда уже прибыл в Москву. Большакова отмечает, что во всех местах молений царя на этом пути им строились церковные объекты, освящаемые в честь Преображения Господня. Она связывает это как с праздником Преображения, так и с особым отношением царя к иконе Преображения, подаренной ему отцом – Василием III[445].

Затем, уже в Москве, торжество победы было ознаменовано строительством возле Московского кремля храма Покрова Пресвятой Богородицы (Василия Блаженного). Строительство началось в 1552 году и продолжалось до 1561 года. В этой связи мы хотим обратить внимание на написанную по заказу Ивана Грозного в середине XVI века