этот вопрос. Я Наташу учу обращаться с оружием и убивать, а тут взрослая баба у меня просит, а это недоумение вызывает.

— Хочу уметь, — пожала она плечами. — Ты Наташе выдал оружие. Лику учил с ним обращаться. Если бы тогда, когда на меня напали, у меня был бы автомат, то…

— То тебя убили бы, — сказал я. — Так же, как и Лику.

— Лучше убили бы, — выдохнула она и вдруг неожиданно жестко добавила. — Лучше умереть в бою, чем тебя поставят на четыре кости и выебут во все щели. Так ведь и получилось бы, если бы ты не зашел.

Тут она права. Наверное, в действительно лучше умереть в такой ситуации. И забрать хоть кого-нибудь с собой. Так что надо ее учить. Как же так получилось, что я упустил это раньше? Странно даже.

Да, наверное, потому что мы не были так близки. Она все равно держала дистанцию от меня. А почему?

Да потому что рядом была Лика. А Саша, хоть и относится ко мне с симпатией, она никогда на меня не претендовала. Именно не претендовала, как на собственность. Просто была рядом, вот и все.

Так что… Почему бы и нет?

— Ладно, — сказал я и быстро собрал автомат. — Смотри. Это — АК-12. Конкретно эта модель старая, до модификации две тысячи двадцать четвертого года. Но таких до сих пор много ходит. Да, что сказать, если честно, то автоматов в войсках вообще куча самых разных. Даже «весла» пятидесятых годов есть, правда их обычно тюнят так, что они на инопланетные бластеры становятся похожи. И калибр там другой, более мощный, но некоторые его любят больше.

— Это «семь-шестьдесят два», который прошибает рельс? — спросила она.

— Да не пробьет она рельс, — я покачал головой. — РПК может, но не каждый, рельсы тоже разные бывают. Это миф.

Я улыбнулся, и она тоже. Похоже, что она эту глупость сказала просто чтобы меня повеселить.

— На самом деле тут все просто, даже ребенка можно научить, — я положил автомат на стол. Вот магазин, сюда патроны набиваются. Окошки есть специальные, чтобы смотреть, сколько их осталось. Но к нему и другие подходят, старые.

Я вытащил из подсумка другой магазин, полимерный, и показал его.

— Вот тут с тыльной стороны окошко есть. Видишь заднюю часть гильзы, значит, полный.

— Тот вроде получше, — она почесала в затылке. — Там все и так видно.

— Да, но этот при необходимости просто на руке взвесить можно, — я потряс магазином, и даже подбросил его и поймал. — Примерно, но будешь знать, сколько там. Иногда, бывает, с врага магазины берешь, только так и остается выяснять. Но, кстати, если магазин просто на земле валяется, его подбирать нельзя.

Мало ли, реально в бою побывает. Такие вещи тоже объяснить нужно.

— Почему? — спросила она.

— Потому что разбираются они легко, и их можно в элементарную мину превратить. Набиваешь внутрь С-4, она как пластилин примерно и легко входит. Ставишь взрыватель, который на отпускание срабатывает, пружину режешь и набиваешь 4-5 патронов. Тот, кто его подобрал, отстреливает их, а потом эта хуйня бабахает, потому что без замедлителя. И тебе в лучшем случае автомат разворотит, а скорее всего руку отхуярит.

Она вдруг поморщилась.

— Что такое? — спросил я. — Подлое оружие?

— Подлое, — кивнула она. — Но ты не мог бы так не материться, хотя бы когда со мной общаешься?

Это еще почему? Нет, если честно, я столько ругаюсь, что даже в мыслях на свой армейский-матерный перехожу. Но все-таки…

— Ладно, — решил я. — Почему нет. Если тебе так приятно будет.

— Я буду очень благодарна, — кивнула девушка.

— Так вот, — сказал я. — Руку отрывает. Поэтому чужие магазины можно брать только те, что в подсумках. Но тебе сейчас взвешивать магазины бесполезно, тут надо годами воевать. Чтобы понимать хоть что-то начать.

— Теперь патроны, — я вытащил один, и принялся аккуратно выбивать остальные на стол, пока не разрядил весь магазин. Потом показал, как снаряжать, обстучал по-привычке и передал ей. — Попробуй.

У меня появилось дежавю. Неудивительно, ведь я недавно учил этому Наташу. Правда тут оружие было поинтереснее. Но Сашка — крепко сбитая девчонка, так что с таким автоматом в любом случае сможет справиться.

Она все делала быстро и четко. Ну еще бы, руками она работает четко, ведь все-таки хирург, ничего удивительного. И пальцы у нее сильные. Выбила все — набила. Потом еще раз и еще.

— Все, хватит, — я улыбнулся и забрал магазин, сунул его обратно в подсумок. — Дальше все просто. Вот рукоять. Задняя — пистолетная. Не спрашивай, почему она так называется, хотя это автомат, я сам не знаю. Передняя — тактическая. Можно и без нее, но с таким хватом отдачу проще контролировать.

Она слушала внимательно. Я почему-то подумал, что она, наверное, и на лекциях в своем институте такой же внимательной была.

— Да в общем-то и все. На цевье тут планки, как раз под рукоять, ну и под фонари. Еще одна планка поверху идет, для прицела. Ну на цевье тоже есть, можно поставить, но мне так не нравится. Ну либо, если у тебя голограф, и он повыше сидит, можно тактический блок поставить, есть специальные, низкопрофильные. Снимается и надевается прицел легко, нужно вот этот вот ролик покрутить.

Продемонстрировал. И показал на предохранитель.

— Это — самое главное. На новых «двенадцатых» он двусторонний. А тут всего с одной стороны, под большой палец. У него четыре положения. Самое верхнее — видишь, он затвор запирает. Так не постреляешь вообще, даже дослать не получится. Потом — автоматический огонь, — я щелкнул. — Вот еще — очередь под два выстрела, но она не нужна, короткие очереди нужно самому учиться отсекать. И последний — одиночные.

Я переключил режим стрельбы на одиночные и дернул затвор. Тот лязгнул вхолостую — магазина, то не было. Потом нажал на спусковой крючок.

— А это глушитель? — кивнула она на трубу на стволе.

— Да, — подтвердил я. — В общем-то его основная задача — это вспышку скрывать, чтобы тебя в засаде слышно не было. А еще уши защищает. Если раздобыть дозвуковые патроны — будет еще тише, но они летают ху… — я поморщился. — Непредсказуемо. Скорость у них низкая, настильность тоже. Отдача поменьше, правда, но если отсыреет или еще что, то может автоматика не сработать. Затвор назад не уйдет, досыпать придется вручную. Или вообще осечные могут попасться. В общем-то сейчас таких и не делают, это раньше были банки, которые от обычного патрона поломаться могли.

— Понятно, — кивнула она.

— На пощелкай, — я пододвинул ей автомат.

Она попереключала переводчик