платок и протянула помощнику. – Послушайте, Дрю… Магистр позвал меня на временную службу. Я ужасный секретарь, просто катастрофа, так что скоро вакансия освободится. Хотите, я замолвлю за вас словечко?

– Так он тебя и послушает, – презрительно буркнул тот, вырвав платок из моих рук, и вытер глаза.

– Я постараюсь быть убедительной! – уверила я, прижав ладонь к груди, словно клялась именем божественного слепца, что в лепешку разобьюсь, но на службу его устрою.

– Хорошо, про дверь забыли, – милостиво сжалился он, возвращая на место очки. – Что, совсем плохая помощница?

– Хуже не придумаешь.

– Тогда ладно. – Дрю шумно высморкался в мой платок и, скомкав, протянул обратно: – Спасибо.

– Нет-нет, – отшатнулась я. – Оставь… оставьте себе. Пользуйтесь на здоровье, когда… поплакать захочется. Вы, смотрю, очень чувствительный.

– Нервы просто не к демонам, – вздохнул он. – Чаю хочешь?

Видимо, он надумал устроить чаепитие с жалобами на жизнь, нового магистра и превратности судьбы, каким-то нелепым образом сделавшие помощницей Киара Рэнсвода не его, а какую-то приблудную студентку.

– Лучше пойду, – отказалась от душевных посиделок. – Турнир уже начался.

К началу я уже не успевала, но все еще надеялась не пропустить первый поединок Альмы.

– Вот! Вы, молодежь, такая безответственная! – заворчал он. – О каких-то глупостях думаете, а надо думать исключительно о службе.

– Тут уж вы правы.

На этом мне все-таки удалось вырваться из бывшего кабинета Рэнсвода. К спортивной арене я бежала, стараясь подавить приступ хохота. Смеяться и держать спорую рысцу было сложно. Добралась взопревшая и взлохмаченная, еле дыхание перевела.

Возбужденные вопли толпы были слышны еще в переходе, а когда я оказалась в спортивном корпусе, то оценила, сколько народу приехало поглазеть на зрелищные соревнования. На балконах собралась такая толпа, что происходила настоящая неразбериха: болельщики команд-противников были вынуждены тереться боками. Пришлось толкаться локтями, чтобы протиснуться в дверях и попасть к скамьям, откуда за поединками следили команды.

В турнирном круге уже шел женский бой. Как всегда, за плотным защитным пологом яркая форма девушек казалась выцветшей, а вспышки боевой магии – тусклыми. Соперницы боролись на мечах, а не на тренировочных шестах, так что смотреть на мелькающие изящные, но длинные клинки было жутковато. Поэтому мне не нравилась турнирная магия!

Команда нашей академии стояла возле ограждения и внимательно наблюдала за боем. Я подошла к подруге и быстро поздоровалась. Оказалось, что поединок Альмы шел следующим и соперница ей попалась сильная.

– Сяду на трибуну, – махнула я рукой, но айтерийка только растерянно кивнула.

Отойдя, я изучила зал в поисках (ладно, свободного местечка – это слишком амбициозно) хотя бы щелочки, куда можно было бы вместиться, тесно-тесно скукожившись. Взглядом наткнулась на Финиста, облокотившегося – ой, обнимающего худую брюнетку с бала. Или откуда-то из другого места, я и на празднике ее особенно не разглядывала.

Он поднял руку, предлагая мне садиться рядышком, мол, в тесноте, да не в обиде. Честное слово, лучше посреди толпы соперников орать дурным голосом речевки нашей академии, чем оттенять Финиста с его левой стороны (по правую руку сидела брюнетка). Но тут мне между лопатками прилетел случайный тычок локтем, и как-то ноги сами собой понесли на единственное свободное место с краю лавки.

– Привет, партнер, – как ни в чем не бывало лучезарно улыбнулся Берт.

Он подвинулся сам и привел длинную скамью в движение. Люди один за другим начали двигать зады. Волна докатилась до центра и ударилась в мощного здоровяка, занимавшего место на два человека. Он скукожился, сунул руки между коленей, но не переместился ни на мизинчик. Может, оно и к лучшему. Не исключаю, что в конечном итоге худенький очкарик, сидящий на противоположном конце, соскочил бы на каменный пол.

– Привет. – Я уселась, пристроила сумку на коленях.

Финист прихлебнул что-то из термоса, закрутил крышку и поставил его между нами.

– Как отметила День схождения? – спросил он. – Выглядишь так себе.

Невольно я потерла шею, ноющую после ночи на диване, и отозвалась:

– Спала плохо.

Бой подошел к концу. Полог спал. На огромной грифельной доске возле фамилий девушек, начертанных крупными символами первородного языка, появились очки. Строчки сами собой поменялись местами. Одна взлетела вверх, заняв первую позицию, вторая застряла в самом низу.

Финист что-то шептал брюнетке на ухо, девушка тоненько хихикала, хлопала его по коленке. Я чувствовала себя, мягко сказать, неуютно. Ревности не было, только неловкость. В конечном итоге мы с Бертом, похоже, провели одинаково насыщенный событиями выходной. Просто по отдельности, как положено обычным партнерам по учебе. И его праздник оказался чуть лучше.

Кашлянув, я вытащила из сумки термос, сделала пару глотков животворящей ромашки с пустырником, успокаивающих не только нервы, но и всплески магии, и тоже пристроила его на скамью. Заодно и сумку. Получилась отличная преграда между мной и Финистом. Места, правда, стало совсем маловато. Если народ качнется, то точно впечатаю зад на пол.

Между тем Альма собиралась в турнирный круг и по очереди ударялась кулаками с ребятами из команды. Видимо, жест означал еще и пожелание удачи. Говорю же, совершенно универсальный.

Уверенной поступью она вышла на арену, подхватила протянутый магистром меч с длинным изящным клинком и кожаной оплеткой на рукояти. Толкнулась с соперницей сжатыми костяшками ради приветствия. Над ними стянулся гудящий магический полог. Поединок начался.

Девушки бились остервенело, словно от исхода боя зависела судьба Шай-Эра. Мелькали мечи, разлетались длинные косы. По руке подруги скользнул тупой край чужого меча, и на форме появилась алая тусклая полоса. Понятно, это была не кровь, а магическая метка, обозначившая ранение, но она выглядела такой реалистичной, что становилось не по себе.

Я рефлекторно схватилась за термос, открутила крышку и сделала несколько быстрых глотков. От нервов даже ромашка начала горчить! Не могла Альма выбрать себе какое-нибудь мирное увлечение? На рукоделие рассчитывать не стоит, но почему бы ей не заинтересоваться аквариумными рыбками? Я готова таскаться по зоолавкам в поисках редких потомков избранного, но не на турниры по боевой магии.

Неожиданно мое внимание привлекло движение возле полога. Внизу ни с того ни с сего началась потасовка. Вернее, веская причина, почему Эзра схватил за грудки парня из команды Академии магии при королевском дворе, наверняка имелась. Он же не псих, чтобы просто так набрасываться на хороших людей, пусть они и противники в турнире. Но, похоже, никто не понял, что произошло.

– Повтори еще раз, гаденыш! – гаркнул побагровевший Эзра, встряхивая противника. – Что ты сказал о моей девушке?

Выскочка из дворца, видимо, уже был не рад, что брякнул пошлость, но мозгов не хватило промолчать. Он снова что-то ляпнул, пусть негромко,