Новгороде, потом опять отправилась в Старую Руссу (именно в понедельник на том же пароходе, на котором и я к Вам приехал, но меня тогда не видала) жила в Руссе и теперь (опять вместе со мной) приехала из Руссы и уже едет прямо в Петербург. Я полагаю Наталья знала что она возвращалась на время в Руссу. И так в результате я и деньги и карточки получил.

Приехав все по обыкновению застал в беспорядке. Сегодня же утром разом получил от князя телеграму и 2 письма на счет помещения его статьи. Письмо его мне показалось крайне грубым: он жалуется, что №№ должны стоить дорого, что он не может платить сверх 130 р. за № и проч. Чорт его дери я никогда не писал ему что надо больше 130 и что у меня денег не достает. Сегодня же отвечу ему так резко, что оставит вперед охоту читать наставления (хотя впрочем в его письме есть и самые дружеские фразы и выходки).

Вчера всю ночь не спавши сидел за корректурой (стоющей сочинения) и сегодня и завтра буду. Сейчас Кашпиревы присылали звать к себе и разумеется я отказался. Был Миша сейчас‹‹133››. Он без гроша до будущей недели. Я ему [пр]поручил сходить к Клейну‹‹134›› завтра и дать мне знать, а на время дал ему 10 р. За этим верно, не пропадет.

Приходил Иван Григорьевичь сегодня, я передал ему шаль [но 3] и пакетик с карточками, но забыл передать твое письмо (в письме Натальиной тетки). Предлагал ему денег, но он не взял и очень интересовался обойдусь ли я к понедельнику без его помощи? Архангельский сообщил ему что Образцов ему телеграфировал что 25 будет в Петербурге. Ив. Григорьев, говорит что не надеется получить всю сумму.

Жду от тебя с нетерпением письмеца радость моя Нюта. Ты немножко мерзка в одном отношении, но все таки радость моя единственная и мне без тебя крайне тяжело здесь одному. Тебе никогда не понять [ту] мое здешнее одиночество. Вот уже теперь полное то одиночество и в добавок одни неприятности. Напиши о детях подробнее, что Лиля, что Федя. Подробнее об их разговорах и всех их жестах. Цалую тебя, голубчик, пиши (зачеркнуто одно слово) только. Сам постараюсь быть к 4-му Августа (или вроде того). Это ужас как далеко и долго. Мещерский пишет что приедет разве в Сентябре. Цалуй детей передай Любе что каждую минутку вспоминаю об ней и об Феде. Не забыл бы Федя меня. Милый мой мальчик! Ты не можешь понять каково мне без них.

До свидания, обнимаю тебя, люблю тебя

Твой весь навсегда.

Ф. Достоевский.

На поле первой страницы написано:

Напишу скоро и напишу много, — скверная и ревнивая жена! Ах Аня, кого ты вздумала подозревать?

На поле третьей страницы написано:

Ив. Григор, говорил, что Раухфус (доктор) находит в Грише‹‹135›› начало Английской болезни, вот бы им в Руссу-то, если не поздно!

47.

[Петербург].

Понедельник 23 Июля/73.

Милый друг мой, Аня, сейчас получил от тебя письмо, а оно с Пятницы, ужас как долго идет! Я уж об Вас надумался и настрадался. Скажи, голубчик Аня, можно ли так писать как ты пишешь: «У меня случилось несчастье… Я в большом горе», — и не объясняешь чтó случилось. Ради бога немедленно напиши, непременно, — иначе рассержусь и поссорюсь с тобой, и до тех пор не приеду пока не напишешь. И не делай этого вперед никогда, ради бога, мне и без того тяжело. (Зачеркнута одна строчка.) Напиши же, слышишь, сейчас-же.

Рассказами о детях ты много дала мне удовольствия. Пиши всегда об этом. Я точно оживаю и точно с ними сижу.

Кроме ужасно тяжких мыслей и уныния, напавшего на меня почти до болезни, при одном соображении, что я по крайней мере еще на полгода закабалил себя в эту каторжную работу в Гражданине, — я, кроме того еще серьезно опасаюсь заболеть. Вчера так даже вечером ощущал лихорадочные припадки, болела спина и отяжелели ноги. Сегодня мне впрочем гораздо лучше, только сплю худо, кошмары, дурные сны и желудок расстроен. Пиши мне сейчас-же, каждый раз по получении письма, не отлагая до другого дня и я точно также буду отвечать и на твои письма.

Мещерскому на его грубое письмо я отлично ответил, — без задору, ровно, строго, прямо. Не посмеет более себя выказывать. В Субботу утром приходила Анна Николаевна, взяла из твоего комода несколько вещей (6 штук чего-то, красная клетчатая мантилья, что-ли, занавесы и проч.) и сверх того взяла у меня 10 руб. С домашними расходами у меня вдруг таким образом осталось 53 руб. (накануне дал Мише 10 р.). В субботу же по поручению моему Миша ходил в Контору Клейна — и что же 50 экземпляров, говорят они, проданы, а самого Клейна нет в Петербурге, в Москву уехал, будет в первых числах Августа, денег не оставил. (Вероятно в 50 экземплярах только признаются, а продали еще больше). Между тем в Понедельник расплата с сотрудниками. Сегодня встал в 10 часов и пошел по закладчикам. Везде 60 и ничего больше. И только в одном месте, у Аничкова моста дом Лопатина дали 70, по моему настоянию. Но я все таки в беспокойстве, потому что выдали мне квитанцию где значится что я продал часы и деньги 70 руб. получил сполна. Они меня успокоили и сказали, что у них это общая формула, у всех частных банков. Конечно может быть не надуют. Таким образом денег у меня хватило: я выдал 106 руб. и осталось для житья до 15 р. с мелочью. Но зато без часов.

Теперь я совершенно один, даже Страхова нет. Мне ужасно начинает нравиться один из новых моих сотрудников, Белов‹‹136›› (пишет критич. статьи), но далеко живет. А кажется мы могли бы сойтись. Ив. Гр-чь тоже сегодня не приехал. Был только Паша вчера и бедный Миша. У него только что выздоровела жена, бывшая при смерти и сверх того вчера в воскресение была она именинница, а денег, кроме 10 р., он ничего не достал.

С субботы на Воскресение, между кошмарами, видел сон, что Федя взобрался на подоконник и упал из 4-го этажа. Как только он полетел, перевертываясь, в низ, я закрыл руками глаза и закричал в отчаянии: прощай Федя! и тут проснулся. Напиши мне как можно скорее о Феде, не случилось-ли с ним чего с субботы на Воскресение.