а папа светлый. Одна из рас – орк, вторую не знаю. У нее есть умение видеть магические и биологические потоки. Также она знает как на них влиять, но у нее нет сил для этого. Я хочу, чтоб ты узнал кто ее отец, особенности его расы, как можно использовать это умение, как сделать так, чтобы его можно было использовать по полной и найти информацию о том как это все можно использовать для моего случая. Чтобы я выжила, ребенок выжил и родился здоровым, хотя бы облегчить беременность или роды, – попросила я.

– Ничего себе, пожелания! Это же я уйму времени убью, пока хотя бы половину твоих требований выполню! Какой мне с этого резон? За простое наблюдение я не согласен, – возмутился бог.

– Я об этом думала. А теперь представь себе такой расклад: в мире, который уже признали закрытым и затухающим, внезапно появляется представитель давно исчезнувшей расы. И не просто появляется, а начинает править своим народом. Причем без войн и репрессий, законным путем, находясь в мирных отношениях с соседями. И это все благодаря твоему чуткому контролю и небольшому вмешательству, которое было незаметным, но своевременным. Как ты думаешь, это достойно того, чтобы восстановить тебя в университете и дать хоть какие-то права на этот мир? – лукаво подмигнула ему я.

– Это достойно того, чтобы засчитать мне дипломную работу для окончания университета и передать права владения этим миром полностью! Если это произойдет, ведь действительно я получу многое! – воскликнул он, воодушевившись этой идеей.

– Поэтому ты найдешь мне то, что я попросила, – полуутвердительно протянула я.

– Да. Ничего обещать не могу, но кто знает. Что сделать для того, чтобы ребенок точно выжил – я примерно представляю. Постараюсь поискать что-то для тебя. Если ты еще и сможешь удержать здесь мир, пока жива – цены тебе не будет, – радостно воскликнул он и исчез.

– Вот и сделай так, чтобы я оставалась живой как можно дольше, – прошептала я ему вслед.

Конечно, же мне никто не ответил. Лишь из стены высунулось два каменных щупальца и потянулось ко мне. Одно бережно дотронулось до живота, а второе осторожно погладило по волосам.

– Да, Замок, твоя мечта сбылась. Один ребенок через девять месяцев у тебя будет, – сказала я ему.

Меня едва не снесло шквалом радостных эмоций. Я невольно рассмеялась.

– Можно рассчитывать, что ты будешь заботиться о моем малыше, когда меня не станет? – спросила я его.

В ответ мне пришло недоумение и некое опасение.

– Ты же сам мне показывал что происходит, когда драконенка рожает не дракон. Так что со временем тебе придется со мной попрощаться, – пожала плечами я, уже спокойно относясь к этой информации.

В ответ Замок обижено заревел, перебудив всех обитателей. Я принялась поспешно гладить его по прохладной шершавой стене.

– Тихо-тихо! Если что-то еще можно изменить – я сделаю. Но не нужно переживать сейчас. Сейчас ведь все хорошо. Ладно, милый, мне нужно идти, – сказала я, поднимаясь с пола.

Дверь послушно отворилась и я вошла внутрь. Находясь на свежем воздухе, я здорово продрогла. Хоть и конец апреля уже, но по ночам все еще не очень тепло.

У дверей своей спальни я увидела Рина, сидящего на полу. Остановилась возле него, не подходя впритык. Он тут же вскочил на ноги, но ни слова не произнес. Я распахнула дверь, посторонившись, чтоб он вошел. Время откровенного разговора настало непозволительно быстро. Радует, что хоть Эрроральда тут нет. Хотя, подозреваю, он потом подсмотрит эту сцену в моих воспоминаниях. Что ж, договор есть договор.

20 глава

Злата

Я посмотрела на кирсана. Он не собирался куда-либо садиться и просто молчаливо ждал от меня ответа на незаданный вопрос: почему я сбежала? Я села в кресло и указала ему рукой на такое же рядом. Он послушно сел. Я не выдержала первой.

– Это все очень сложно. Я не могу так, – выдавила я из себя, избегая смотреть ему в глаза.

– Я сделал что-то не так? – глухим голосом спросил он.

– Нет, все было отлично!

– Тогда почему ты сбежала? – резонно спросил он.

– Дело не в тебе, дело в… – начала было говорить самую распространенную отмазку.

– «… а во мне». Понятно. А что-то пооригинальней придумать нельзя было? Ты настолько его любишь, что даже на секунду не можешь представить себя в объятьях другого? Ты и проснулась ночью потому что он тебе приснился? – начал закипать Рин.

Я не стала ему ничего говорить. Все равно это все сейчас пройдет мимо него и просто молчала, наблюдая как первые лучи солнца проникают через окно и пускают «зайчиков» на ковер.

– Я ценю эту твою верность. Но ты ведь сама знаешь, что у вас уже ничего не будет. У тебя были шансы это не прерывать, была возможность это все вернуть. Но ты ведь сама от всего отказалась. Почему же ты пришла ко мне потом? – продолжал он.

– Я пришла за поддержкой, которую ты обещал мне оказывать в любое время дня и суток, в чем бы она ни выражалась, – спокойно сказала я.

– Прости. Я и сейчас не отказываюсь от своих слов. Я понимал это когда ты пришла ко мне. Я осознавал это, когда ты осталась на ночь. Но то, что произошло после твоего ночного кошмара… – он затих.

– Ты меня за это прости. Я не хотела. Вернее хотела, но не так. И не сейчас. Я не должна была этого делать вообще. Я не имею права повторить это когда-нибудь в будущем. Прости, что дала тебе ложные надежды, – постаралась объяснить я.

– Но почему? Что тебя останавливает? Я ведь не претендую на твою свободу. Я согласен на все. Хочешь, никому не будем рассказывать о наших отношениях. Или наоборот, пойдем вдвоем к алтарю. Да, черт возьми, я даже согласен быть на должности твоего официального фаворита. Только не отвергай. Я и пальцем не прикоснусь к тебе, пока сама не позволишь, если дело в этом. И буду ждать столько, сколько потребуется. Только скажи мне, что тебя останавливает – мы все исправим, – почти взмолился Рин.

– Было б все так просто, – грустно вздохнула я.

– Что тогда? Доверься мне, прошу, – в который раз попросил о доверии он.

И в этот раз я не выдержала. Хватит терзать его за то, что было в прошлом. Я изменилась, но изменился и он. Сейчас ему действительно стоит доверять. В конце концов, я ему должна правду хотя бы за то, как я с ним поступила этой ночью.

– Хорошо.