за выступы в скале, и попутно комментируя свои действия. Со стороны это казалось легким делом. Вскоре он уже перевалил через край утеса, исчез из виду на пару секунд, а потом снова высунулся и крикнул нам вниз:

— Кто следующий?

Чарли мрачно посмотрела на меня — Камень, ножницы, бумага?

Мы сыграли до двух побед. Я выиграл, но не успел понять, значит ли это, что я лезу первым или вторым, потому что она просто подтолкнула меня вперед. Интересно, поступила бы она так же, если бы выиграла сама?

Первые несколько попыток оказались провальными: я беспорядочно болтался на веревке, отчаянно пытаясь протолкнуть жумар выше. Но со временем мне удалось поймать ритм. Это была тяжелая работа: пресс горел, ноги сводило судорогой, а пальцы онемели от напряжения. Кажется, мой личный тренер нагло врал мне насчет моей «отличной формы», потому что, когда наконец перевалил через край и распластался на выступе, я был потным, стонущим от боли куском мяса, не способным пошевелить и пальцем.

Чарли приползла в таком же состоянии. Она выплескивала целый каскад цветистых ругательств между хриплыми вдохами, растирая руки и бросая на Хока испепеляющие взгляды. Но в её фиолетовых глазах горела искра, которой я не видел при нашей первой встрече. Я замечал это в ней последние два дня: она словно оживала здесь, в глуши. Каждое преодоленное препятствие что-то меняло внутри неё, заставляя её раскрываться всё больше.

Когда к нам присоединился Бентли, его подъем был куда быстрее нашего, мы устроили привал. Пили воду и перекусывали плодами дикого инжира, которые Хок нашел по пути. Наслаждаясь сладким сочным фруктом, я в очередной раз порадовался, что в этом парке полно съедобных растений и нам не приходится выживать только на павших животных. Мертвечины мне хватило на всю оставшуюся жизнь.

Мы уже собирались продолжить путь, когда кусты зашуршали, и к нам вышли Скарлетт и здоровяк Хакс. Оба были со снаряжением — значит, им тоже пришлось карабкаться на скалу, так как машины здесь не прошли бы. Хакс сразу направился к Хоку проверить нашу веревку. Но я смотрел на Скарлетт. Потому что выражение её лица…

— У нас проблема, — сказала она, и мы все тут же подобрались.

— Погода? — догадался Хок, глядя на угрожающие тучи, которые подбирались всё ближе.

— Ветер сменил направление, так что шторм ударит прямо по нам, — сообщила Скарлетт. — Говорят, будет сильный ливень, но он пройдет быстро. К утру небо должно проясниться.

— Ну, хотя бы так, — пробормотал Хок, скрестив руки на груди. — С нами всё будет в порядке: мы походим еще пару часов, а когда поднимемся выше, найдем пещеру или навес. Но я так понимаю, тебе нужно отозвать группу?

— Если мы этого не сделаем, нас может отрезать наводнением, — подтвердила Скарлетт. — Будь машины проходимее, мы бы рискнули, но с таким прогнозом осадков… — Она покачала головой. — Нам нужно отступить и найти безопасное место, чтобы переждать. Это значит, что завтра нам потребуется больше времени, чтобы добраться до вас. Какое-то время вы будете предоставлены сами себе. Вероятно, до позднего вечера. В худшем случае, если дождь будет сильнее или паводок не сойдет вовремя, мы встретимся только в точке эвакуации в пятницу. Справитесь одни следующие два дня?

Она пристально смотрела на Хока, словно передавая ему какое-то безмолвное сообщение, но он лишь ответил:

— У нас есть всё необходимое. Занимайся безопасностью группы и не переживай за нас. — Он вытер сок инжира с бороды. — Ты же знаешь, мы планируем такие походы так, чтобы поддержка была нужна только в экстренных случаях. Мы просто постараемся обойтись без них.

Слыша его уверенный тон, я невольно задумался, что в его понимании считается «экстренным случаем»? Нападение самой ядовитой змеи в мире, видимо, не считается — он даже не упомянул об этом Скарлетт.

— Просто позаботься о наших гостях, — сказала продюсер, бросив натянутую улыбку нам с Чарли. — Вы как, ребята? Держитесь?

Зная, что камеры всё еще работают, я забеспокоился, что Чарли может ответить слишком честно, поэтому вклинился первым:

— Мы устали, всё болит, но это невероятно бодрит. Правда, Чарли?

Её губы растянулись в широкой — и болезненно фальшивой — улыбке.

— Просто супер-бодро! — пропела она. — Проводим время лучше некуда!

Мне пришлось уставиться в землю, чтобы не рассмеяться… или не поморщиться. В этот момент из леса выбежал веснушчатый парень с полным комплектом снаряжения. Он передал Бентли новый набор камер — полагаю, водонепроницаемых, — а Скарлетт вручил знакомую серебристую коробку.

Парень так же быстро исчез, а Скарлетт пояснила:

— Нам пришлось отозвать нанодроны. Помните, я говорила, что это прототипы? Они еще не защищены от воды, так что в такую погоду мы не можем ими рисковать. Но это ничего — мы снова запустим их, когда встретимся после шторма. А пока Бентли снимет всё, что нужно, на ручные камеры.

— Я не видела нанодронов с самого момента старта, — задумчиво произнесла Чарли, и я кивнул в знак согласия.

— Вот и отлично, значит, они справляются со своей задачей. — Скарлетт убрала коробку в карман, взглянула на часы и нахмурилась. — Нам пора спускаться. Хакс, готов?

— Готов, — подтвердил тот, возвращая Хоку его рюкзак после проверки. — Всё важное внутри защищено от влаги.

— И не забывай про спутниковый телефон на случай проблем, — напомнила Скарлетт Хоку.

— Проблем не будет, — отмахнулся он. — Идите уже, ищите сухое место. Увидимся завтра.

Скарлетт и Хок обменялись долгим, нечитаемым взглядом, после чего продюсер повернулась к нам. Её улыбка всё еще казалась натянутой:

— Немного дождя еще никому не вредило. Это часть опыта, так что наслаждайтесь приключением на полную катушку.

Я нахмурился, провожая их взглядом. Странное напутствие, учитывая, что мы уже по уши в этом «приключении». Но я отогнал тревожные мысли и взвалил рюкзак на плечи. Я старался не думать о том, насколько сильный ливень нас ждет и как сильно он усложнит наш путь.

Глава

12

Чарли

Примерно через час после того, как Скарлетт и Хакс ушли, на мою разгоряченную кожу упали первые капли. Сначала это было даже приятно: подъем в гору был изнурительным, и влага принесла долгожданную прохладу. Но вскоре дождь разошелся не на шутку. Моя одежда и рюкзак были водонепроницаемыми, но и у них оказался предел. Вскоре я вымокла до нитки и почувствовала себя на двадцать килограммов тяжелее, сражаясь за каждый шаг вверх.

Хок наконец скомандовал остановиться, когда ливень стал таким плотным, что видимость пропала совсем. Риск того, что кто-то, скорее всего я сорвется со склона, стал слишком велик. Я