Собралась к завтраку не желая оставаться в комнате. В ней было душно, снова распахнула окна, выпроваживая запах Весиана, от которого тошнило.

— Как все прошло? — спросила Лукреция, помогая мне собраться.

— Лучше не спрашивай, — благо хоть она рядом, поддерживает во всем, лишь бы муж от нее не избавился.

Служанка замолчала, больше не задавая вопросов.

Пока шла в столовую все вокруг казалось другим, хотя на самом деле ничего не изменилось. Похоже, это я изменилась. В собственном доме мне будто одели ошейник и он душит, не давая дышать.

Мужа не было, но стол был сервирован и на его персону. Стало любопытно какие такие важные дела появились у него сразу после свадьбы. Наверняка собрался как можно скорее воплотить свои грязные замыслы в реальность и прибрать все к своим рукам.

Стоило задуматься об этом, как Весиан появился в столовой.

Важно уселся в центре стола, не обращая на меня никакого внимания, нарочно игнорируя своей высокомерностью.

Я же сама не торопилась с ним говорить, уткнулась в тарелку, опуская глаза.

— После завтрака пойдешь со мной, — в глазах было столько злобы, но я и не ожидала ничего другого.

— Куда? — еле вымолвила, не представляя что он задумал и чего ожидать.

— Хочу кое-что проверить, — зло ухмыльнулся.

Сопротивляться и противиться бессмысленно, поэтому просто кивнула.

— Как будет угодно.

— С чего бы ты стала такой послушной? — покорность его тоже раздражала: то его бесило, что я постоянно перечу, то теперь, что слишком сговорчива. Вот и пойми как себя вести.

— Я не могу противиться воле Богини.

— Хмм… Ты должна теперь не противиться лишь моей воле, — зло процедил. Уверена, что я сейчас не скажи, все его приведет в неудовольствие.

Замолчала, чтобы еще сильнее не злить мужа.

Закончив завтрак, направилась вслед за ним. Мы пришли к храму, но вошли не в основную его часть, а в пристройку. У меня закрались нехорошие подозрения относительно того, зачем мы здесь.

Нас уже встречала знакомая жрица, которая давала мне наставления перед свадьбой.

— Проходите, — подозвала она, поглядывая на меня, в ее взгляде читалось “Что ты натворила, дитя?”

Об этом я не подумала, что Весиан пойдет в храм, чтобы проверить консумирован брак или нет. Вся сжалась в преддверии результатов, ведь я прекрасно знала что покажет кристалл Богини.

Сейчас мне стоило переживать не за государство в целом, а за собственную жизнь.

Он не только не поверил, я сделала хуже. И что он будет делать с информацией? Не разорвет же так выгодный ему брак? Было бы слишком легко для меня…

Кристалл светился красным… Такого же цвета были и глаза мужа. Он прекрасно понял, что я уже не невинна, но при этом он к этому не имеет никакого отношения.

Он молча вывел меня за руку, жрица бросила на меня жалостливый взгляд.

Конечно, он не стал прилюдно оглашать результаты и опорочивать меня, а сделал это тихо, чтобы никто не знал. Ведь я еще нужна ему для достижения его целей.

— Потаскуха, — он схватил меня за горло, стоило нам оказаться в комнате. Прижал к стене, чуть ли не поднимая в воздухе, я стояла на носочках, хватая жадно воздух. — Это тебе твоя Богиня сказала раздвинуть ноги не перед мужем? — шипел мне в лицо, — Ты научишься смирению…

Боль опалила ребра, я упала к его ногам.

— Даже не буду спрашивать кто он, я и так прекрасно знаю, — Думаешь, на этом все? Ты родишь наследника, когда очистишься. Знаешь же чем смывают позор?

Прекрасно знала… Кровью.

— Только выйди из комнаты, — наклонился ко мне, поднимая за подбородок, — Увидимся вечером, жена.

Разрыдалась от боли и унижения. Но лучше так, пусть избивает, но не притрагивается ко мне. Я переживала за Габриэля. Вдруг он ему что-то сделает, мужчина всего лишь бесправный человек, на которого я навлекла беду.

— Госпожа, — в комнату вошла Лукреция, бросилась ко мне, замечая в каком я состоянии, — Сейчас, аккуратнее, — она помогла приподняться и добраться до кровати, прекрасно замечая как трудно мне даются движения.

— Он ударил вас, — она заплакала, — За дверью теперь охрана, — не сомневалась, что он преставит ее и ограничит мои перемещения.

— Ничего я справлюсь и обязательно что-то придумаю.

— Я принесу вам лекарство.

— Лукреция, — остановила подругу, — И раздобудь что-нибудь… — дотронулась до своего живота, давая понять, что мне необходимо что-то от нежелательной беременности. Не дождется он никакого наследника, если решит все же взять меня силой.

Глава 25

Фиэль.

Каждая минута, которая приближала меня к встрече с Весианом, заставляла невыносимо страдать. Хотелось убежать, спрятаться и никогда его не видеть.

Как же он мне ненавистен.

После ночи с Габриэлем я жалела, что не ослушалась волю отца. Мужчина пробудил во мне бунтующую свободу. Видимо, он плохо на меня влияет, но я рада чувствовать ее в себе. Не быть просто жертвой, понимать, что ты хоть что-то можешь. Хотя конечно сомнительны такие рассуждения в моем положении…

Когда остаюсь одна это просто, а стоит начать противоборство, как во мне все дрожит, как натянутая тетива луку. Она износилась и вот-вот порвется, но мне нужно выстрелить, чтобы не умереть с голода.

За окном стемнело, я все также смотрела на дверь. Жаль нельзя держать ее запертой силой мысли. Никого бы не впустила, кроме одного человека…

Но она распахнулась и вошел Вессиан.

Он бросил взгляд на остывший ужин, которые принесли служанки. Выходить же из комнаты мне запрещалось. Но мне не хотелось есть, я не устраивала акт голодания. Просто голову занимали иные мысли чем голод. Они беспрестанно крутились в голове, представляла несколько раскладов дальнейшего развития события после возвращения мужа.

— От голода умирать долго и мучительно, — понял по своему, усмехаясь, — Поешь, — указал на наполненные тарелки как домашней животинке, — Тебе понадобятся силы.

— Я не голодна, — я волновалась, что Лукреция так и не пришла, еду приносили другие, она еще не раздобыла то, о чем ее просила или ей запретили. Девушка единственная кому могу доверять. Не хотелось бы лишиться и ее. Но спрашивать я не стала, тогда он точно поймет, как это для меня важно, и сделает назло.

— Как знаешь. Тогда составь мне компанию в ванне, как заботливая жена, — провоцировал.

Я видела как ему нравится моя беспомощность и бесправность, буквально закипала изнутри, но внешне старалась держать маску.

Встала и села за стол, лучше уж есть… Отвернулась, ковыряя вилкой запеченную рыбу. Ну какая из меня заботливая жена…

Весиан