— Есть! Есть, командир! Он купился!!! — радостно проорал пилот не отрывая взгляда от проекционной панели, на которую транслировалась обработанная инфа, собранная пассивными датчиками корабля. Артем не видел смысла в полном подключении к контроллерам.

— Готовность один! — откликнулся Ылша, запуская нужные протоколы и тщетно пытаясь унять дрожь предвкушения. — Пишу модуляцию сигнала, — посыл был некодированный, но в любом случае кластеры не восприняли бы его к действию приди он из вне.

Задействованы центры с первого по третий, резервный ресурс: 10 %…

Именно сейчас последний тральщик ИскИна в сопровождении своего прикрытия подошел к минам. Внешний объем «тупых грязнуль» он просто раздвинул своими гравитационными тралами, а вот с внутренними вполне современными кластерами такой номер не прошел бы — эта мобильная неприятность имела четкий протокол действий в случае регистрации гравитационного захвата: немедленная координация с соседями и общая атака по контрвектору луча подвижными единицами с БЧ. Так что, для пропуска носителя к станции ИскИну пришлось активировать управляющие цепи минного объема и организовать чистый коридор, «запаковав» часть кластеров. Именно сигнал к свертыванию минного комплекса Ылша сейчас и писал. План работает! Небо! До чего же тяжело считывать сложный алгоритм модуляции.

— Фиксирую коридор, — проговорил Артем Струев, — носитель вошел, рвется с критической нагрузкой движков… дроны прикрывают. Наши давят, «Пиночет» выходит в заданную точку.

— Ждем. Пусть тральщик стыкуется, а ИскИн готовится к приему малых пустотников. Наталья Ивановна уже вывела разменных роботов?

— Да, группа на стадии формирования… Тринадцать минут до внешней границы минных объемов.

— Ждем, — повторил парень со вздохом сквозь зубы, многократно копируя записанный сигнал и рассылая его инженерным ботам, приклеенным у оснований мачт антенных групп на обшивке станции. Все они были мирными изношенными строительными роботами, совершенно не годными к решению боевых задач, но на один рез плазменной горелкой и один посыл через ретранслятор их должно хватить. Потом их безусловно уничтожат контрабордажные кластеры у основания мачт… неважно. Минные кластеры уже будут свернуты и переведены в режим ожидания, а ИскИн лишится большей части оборудования внутрисистемной связи. Крепости либо берутся массированным штурмом, либо захватываются изнутри… и почему бы оба этих приема не объединить?

— Тральщик у обшивки, стыкуется у второго шлюза. А я думал, что он в стерильной зоне останется в качестве опорной базы… Странно. Что-то он притащил с заводов пояса… Дроны противника втягиваются в коридор, наши КИПы отходят к трансрейдеру — их меняют роботы. «Пиночет» говорит, потери составили 159 беспилотных платформ. Те, что сейчас только входят в контакт с противником они уже списали.

— Нормально, — мотнул головой Ылша. — Роботы — не люди, дело наживное… Что с летной палубой станции?

— Пока только приемники открылись и столы аварийного подбора вылезли. Полковник с ребятами ждет.

Тарас Арнольдс вместе со своими людьми был подобно «мирникам» приклеен к обшивке все тем же каталитическим клеем орбитальных монтажников. Только не у основания мачт связи, а на стыке створок стартового шлюза летной палубы станции. Засадная группа у основания надвратной башни ждет вылазки кавалерии… Парень еще раз провел перекличку своих «подчиненных» — практически всех ботов пехотной поддержки. Они были размещены у кластеров ПКО и сервисных шлюзов. Нет ничего хуже ожидания!

Нет ничего хуже ожидания… и нет ничего лучше предвкушения схватки! Потом, в бою, на эмоции не будет времени, но сейчас-то его более чем достаточно и можно насладиться звенящей дрожью куража. Сладко, сладко… там, на периферии сознания потроха скручивает в тугой узел, а в кровь вкачивается коктейль-релаксант. Здесь же есть только кристальная ясность бытья святящаяся размытыми маркерами сигнатур, вычисленных по обрывочным данным пассивной системы сбора информации. О! В центре сознания защищенный внутренний канал от хаба пульсирует — поступила команда от Мастера.

— Готовность один — движуха у флайт шлюза!

Кинуть глиф «Роджер» и сосредоточиться, отсекая все ненужное.

— Готовность ноль! Полкан входит!

Три секунды… четыре…

— Контакт! Контакт! Контакт! Активировать все системы, бой!

Шесть ног стального совершенства отталкиваются от обшивки одновременно хватаясь за нее грави-захватами на подошвах — бот в ожидании действий лежал на брюхе. Сухой хруст монтажного клея: «Свобода»! Анна активировала оружейные модули (туннельный ускоритель калибра четверть дюйма, два рейлгана калибра пять миллиметров) и три кассеты ГСС калибра сорок миллиметров. Все эти вкусняшки в слотах на теле — «руки» свободны: может удастся что-нибудь подобрать в качестве трофея? Одновременно с этим в «оперативку» сознания подгрузилась активная план-карта, на которой уже были распределенные Мастером сектора и порядок поражения целей.

— Пулеметчица к бою готова! — Анна умудрилась скинуть в так-сеть задорную улыбку.

— Молодец, — похвалил Игорь-сама. — Только не шали в сети.

— Оки!..

— Гас к бою готов! — напарник и «мой-парень!» сама серьезность. На «Драккаре» вообще все «распарились». «Прям хоть регистратора браков с собой вози!» — пошутила как-то жена командира. Честно говоря Анна от наличия такового не отказалась бы… — Мобмины активированы, сопровождаю в точку закладки, — все правильно: она прикрывает — Гас, как более продвинутый оператор, расталкивает «гнид» по щелям вокруг выходом сервисных коридоров. «Гнида» жаргонное название мобмины «ТМ-89-30 Вьюнок». Говорят именно этот выкрик частенько бывает последним для многих повстречавшихся с нею пехотинцев и бот-операторов.

— «Мирники» отработали, — раздался сухой металлический голос командира — бога-сервера их так-сети. На нем все держалось… — Потери средств 98 %. Минные кластеры внутреннего поля свернуты, «Эридан» на подходе.

— Контакт! — завопила Пулеметчица от неожиданности — отвлеклась на попытку разглядеть что-нибудь в «небе» — когда из пятого-рабочего шлюза выбрался и возник перед ней во всем трехтонном великолепии «Скат» противника. Зачастили рейлганы, угукнул туннельник… — Готов! «Инжа» мне! Лучше «каракатицу» — тяжелый.

— С почином, лапочка! — пробилась сквозь общие поздравления Ксанка. — Как оно?

— Не распробовала, — засмущалась Анна. — Он щит не выставил даже…

— Отставить треп! — рыкнул Мастер. — Внимание в сектор!

И тут же:

— Контакт! — вопль самого Мастера. Секундная пауза. — Есть звено ремботов…

Дальше слушать стало некогда: модуль целеуказаний в «голове» ее «Ксеркса» практически непрерывно пронзительно пищал и выдавал векторы атаки новой единицы средств противника. Пришлось сосредоточиться на селекции целей и выборе средств поражения. Очередь рейла… смещение… туннельник!.. присесть… пару ГСС… рывок вперед… Две минуты схватки, семь поверженных противников, расход трети БК.

Пауза.

Анна «перевела дыхание» качнувшись на «ногах» вверх-вниз, вперед-назад. Есть зеленый тест-отклик. Никого из «дырки». Надо бы «окопчик» соорудить… Пулеметчица стремглав рванула к двум отдельно лежащим тушам тяжелых «Скатов» и зацепив их манипуляторами-руками за задние «ноги» отволокла пятясь на свою «стартовую» позицию. Щит — это хорошо, но еще лучше когда есть и он и возможность «сныкаться» за укрытием