Lingotto. Шофёр в синей форменной одежде, увидев будущих пассажиров, вышел из автобуса, улыбнулся и открыл багажный отсек. Фигуристы начали складывать свои вещи и проходить в салон.

Автобус явно был туристический, для автобусных путешествий по окрестностям, поэтому имел удобные сиденья и шторы на окнах, предохраняющие от жаркого итальянского солнца. Люда села у окна, в надежде посмотреть на окрестности, впрочем, это было бесполезно: кроме уличных фонарей и фар автомобилей ничего не было видно.

Ехали недолго, примерно 20 минут. Люда посчитала, судя по движению и скорости автобуса, проехали примерно 16–18 километров. За окном мелькали автомобильные дороги с множеством автомобилей, транспортные развязки, станции метро, конечно же, городские улицы с невысокими, максимум, пяти-шестиэтажными домами в стиле барокко, по виду построенными ещё в XIX веке. Всё это освещалось ландшафтным и местным освещением и имело довольно привлекательный вид.

Потом автобус повернул вправо и, проехав немного, затормозил у большого комплекса из нескольких зданий. Потом все вышли, получили багаж и направились к громадному зданию, которое, казалось, состояло из одного остекления. Дизайн гостиницы был очень необычный. До этого Люда ничего подобного не видела.

Перед входным комплексом стояли большие мраморные вазы с какими-то растениями, похожими на пальмы. На удивление, растения были зелёными. Неужели они здесь простоят всю зиму? Возможно и так. Зима здесь, в средиземноморских субтропиках, одно название.

Когда фигуристы, тренер и должностные лица вошли в вестибюль гостиницы, то сначала застыли в изумлении. Здесь всё было не так, как в других подобных местах! Вестибюль представлял собой громадное помещение, высотой минимум в четыре или пять этажей. У входа с обоих сторон находились обширные зелёные зоны, похожие на оранжереи, в которых росли удивительные растения и было слышно, как журчит вода в искусственных водопадах.

Стен по сути дела здесь не было: на каждом этаже шли балконы, от которых начинались лобио и проходы в остальные части здания. На первом этаже располагался ресепшен, рядом с которым стояли диванчики для гостей, журнальные столики со свежей прессой, банкоматы, автоматы, торгующие всякой мелочёвкой. Здесь же видно двери, ведущие в магазины, кафе, бары. Инфраструктура для траты денег тут была богатая.

Через очень быстрое время зарегистрировались в гостинице и получили электронные ключи-карточки от номеров. Проходило всё просто и быстро. Специально для регистрации российской команды выделили одну из девушек-метрдотелей, одетую в коричневую форменную одежду. Нужно было показать паспорт, девушка сверялась со списком приглашённых, и забронированных для них номеров, убеждалась, что всё верно, и выдавала карту. Единственное, кому пришлось останавливаться за свой счёт, естественно, была Анна Александровна, впрочем, как она сказала, за деньги ей выделили хороший номер класса люкс.

— И недалеко от вас! — заключила Анна Александровна, погрозив пальцем. — Я буду следить за вами!

— Да что это за чертовщина? — вскрикнула Людмила, посмотрев на карточку-ключ от номера. На блестящей бирюзовой поверхности прямо посередине чётко отпечаталась цифра 202.

— Ну, 202. И что дальше? — спросила Анна Александровна. — Это стоит того, чтобы кричать и привлекать к себе всеобщее внимание?

— Опять 202! — заявила Люда. — Эта цифра уже преследует меня! Да это, блин, троллинг какой-то, что ли???

— Милая, никто никого не преследует! — поучительным тоном сказала Анна Александровна. — Во-первых, это может быть случайность, не такая уж редкая. И вообще, перестань истерить! Нужно спросить у вашего руководителя, каков план действий. Георгий Иванович, можно вас на пару слов?

— Да, слушаю вас, Анна Александровна, — сказал подошедший руководитель федерации.

— Я так понимаю, мы прилетели сильно рано? — спросила Анна Александровна. — Каков план дальнейших действий?

— Официальные мероприятия начнутся только послезавтра, в среду, с 10:00 утра, начнётся общее собрание в конференц-зале этой гостиницы, — объяснил Горшков. — Там всё расскажут, в том числе и расписание тренировок и соревнований.

— То есть, получается, во вторник у нас свободный день? — уточнила Анна Александровна.

— Да, завтра у нас у всех свободный день, — подтвердил Горшков. — Можете потратить его на что угодно, но если пойдёте куда-либо в город, соблюдайте, пожалуйста, осторожность. Со среды на арену будут ходить трансферные автобусы. Но если решите ехать туда завтра, то придётся добираться за свой счёт.

— Что насчёт питания? — спросила Анна Александровна. — Самим платить?

— Пока не выдали аккредитацию, питание за счёт Федерации, — не согласился Горшков. — Девушки могут обедать в любом ресторане, разумеется, по стоимости счёта в разумных пределах, сохраняйте чеки, потом мы компенсируем эти затраты.

— Всё ясно, больше вопросов не имеем! — радостно сказала Анна Александровна и повернулась к Людмиле и Сашке, внимательно слушавших разговор. — Ну что, пошли? Сейчас расположимся в номере, потом пойдём исследовать здешнюю кухню!

Когда, удивлённо озираясь по сторонам, поднялись на второй этаж, оказалось, что рядом с ними, в соседнем номере будут жить обе Софьи: Термитова и Акатова, а чуть подальше Лиза и Саша Бирюкова. Девчонки помахали руками и открыли двери в свои номера. Мама отправилась на третий этаж, в люкс.

— Я рядом! — погрозила она пальцем напоследок. — Через час зайду за вами.

Потом Сашка открыла дверь карточкой, и подружки друг за другом зашли внутрь. Когда вошли, автоматически зажёгся свет. И при виде открывшейся картины осталось только открыть рот от изумления.

Эта гостиница вообще не похожа на те, в которых они жили до этого. Не похожа всем: наружным видом, соседством других больших зданий и сооружений, вестибюлем, имевшим большую высоту в несколько этажей. Планировкой, высоченными коридорами, отделкой с претензией на старину, но которая, тем не менее, лишь имела такой дизайн.

В этом номере потолки были невероятно высокими, не меньше двух обычных этажей, что придавало номеру ощущение свободы и света. Окно было одно, но оно занимало всю стену от пола до потолка и простиралось на пять метров в ширину. Одно сплошное окно!

Обстановка номера была минималистичной: в центре стояли две кровати, расположенные довольно близко друг к другу, между ними — тумбочка. На стене напротив кроватей находился огромный телевизор с диагональю не менее 120 сантиметров. Рядом с окном письменный стол со стулом, а также два кресла. Слева от входа стоял большой шкаф для вещей, справа — виднелась дверь в санузел. Планировка была стандартной, но отделка явно напоминала пятидесятые-шестидесятые годы XX века. Стены были отделаны мягкими пластиковыми панелями высотой около двух метров, имитирующими дуб, а выше них были наклеены старые обои тёмного цвета с золотистыми