Это была последняя ночь перед выступлением войск.

Хасо не появлялся, он жил в Западном кабинете, спал урывками, если спал вообще, и отдавал последние распоряжения. Я знала, что он избегает меня. Не из-за обиды, нет, он боялся, что если увидит меня, его решимость дрогнет. Или моя маска треснет.

— Глупый тигр, — прошептала я, стоя на веранде и глядя на полную луну. — Ты думаешь, что защищаешь меня своим отсутствием, но ты просто оставляешь меня наедине с моими мыслями.

А мысли были ужасными.

Я не могла уснуть. Мое тело Юн Соры требовало отдыха, но душа Пэк Му-Ран выла на луну. Я чувствовала зов стали. Это было физическое ощущение — зуд в ладонях, желание почувствовать тяжесть рукояти, баланс клинка.

— Пора идти на прогулку, — решила я. — Мне просто нужно пройтись, найти самое тихое место и постоять там.

Я накинула темный плащ поверх ночной рубашки, обула мягкие туфли и выскользнула в сад.

****************************************

Ночной воздух был прохладным и чистым. Сад поместья Чон был огромен, и в его глубине скрывались строения, о назначении которых я могла только догадываться.

Ноги сами несли меня. Не к пруду с черепахами, а к беседке.

Они несли меня к старому каменному зданию на заднем дворе, увитому плющом.

Арсенал.

Я знала, что это он, по запаху. Запах оружейного масла, старого дерева и холодной стали. Этот запах был для меня роднее, чем запах материнского молока.

Двери были массивными, запертыми на замок.

Я подошла и коснулась холодного металла замка.

— Заперто, — констатировала я. — Ну и отлично. Значит, судьба говорит мне: «Иди спать, Сора».

Я развернулась, чтобы уйти. Но потом...

«А вдруг там есть окна?» — шепнул внутренний голос. — «Просто посмотреть, одним глазком. Убедиться, что они чистят оружие правильно».

Я обошла здание. С задней стороны, высоко над землей, было узкое зарешеченное окно, но рядом рос старый клен, чьи ветви касались крыши.

Для Юн Соры это было непреодолимое препятствие.

Для Пэк Му-Ран это была лестница.

— Я просто залезу на дерево, — оправдывалась я перед собой, подтягиваясь на нижней ветке. Мышцы рук заныли, напоминая о слабости тела, но техника сделала свое дело. Я использовала ноги, перенося вес на ствол. — Я не буду заходить внутрь, просто посмотрю.

Через минуту я сидела на ветке, заглядывая в окно. Лунный свет падал внутрь, освещая ряды стоек.

Это был не рабочий склад, где хранились алебарды рядовых. Это была сокровищница клана Чон, здесь хранилось оружие предков. Древние мечи, покрытые патиной, луки из рога буйвола, доспехи генералов прошлых эпох.

И среди них, на отдельном постаменте, лежал Он.

Длинный меч вольдо (лунный меч). Тяжелый, с широким лезвием, слегка изогнутым на конце, рукоять была обмотана красным шнуром, уже выцветшим от времени.

Мое сердце едва не остановилось.

Он был почти копией моего «Пожирателя Луны», того самого меча, с которым я умерла в той грязной луже.

Я не помнила, как спустилась с дерева, не помнила, как нашла боковую дверь, которая, к счастью, или к несчастью, оказалась приоткрытой — видимо, слуги проветривали помещение и забыли запереть этот вход.

Я вошла внутрь.

Тишина здесь была священной, пылинки танцевали в лучах лунного света.

Я шла к постаменту, как завороженная. Мои шаги были абсолютно беззвучны, плащ волочился по полу, как тень.

Я остановилась перед мечом.

— Привет, — прошептала я. — Ты скучаешь здесь? В темноте?

Моя рука потянулась к рукояти. Разум кричал: «Не трогай! Это тяжелая штука! Ты вывихнешь кисть! У тебя слабые запястья!».

Но пальцы уже сомкнулись на шершавой оплетке.

Холод, знакомый, бодрящий холод металла.

Я сняла его с подставки, он был тяжелым. Для тела Соры — чудовищно тяжелым. Я чуть не уронила его, но вовремя перехватила второй рукой, уперла рукоять в бедро, используя рычаг.

«Стойка, — скомандовала я себе. — Ноги шире. Центр тяжести вниз. Дыши животом».

Я приняла базовую стойку, вес меча перестал быть грузом, он стал продолжением моих рук.

Воспоминания нахлынули волной.

Тридцать лет битв. Свист ветра в ушах. Удар, блок, шаг, удар. Танец смерти, в котором я была лучшей.

Я закрыла глаза.

В этом теле не было силы, чтобы рубить врагов, но в нем была грация, которой мне не хватало в прошлой жизни. Тело Соры было гибким.

Я сделала первый шаг. Медленный, плавный.

Я подняла меч над головой.

Лунный свет скользнул по лезвию, заставив его вспыхнуть серебром.

— Искусство Меча Северного Ветра, — прошептала я название ката, которое знала только я. — Первая форма: «Дыхание Инея».

Я начала двигаться.

Я рассекала воздух, и меч гудел низко и печально. Я кружилась, и полы моего плаща взметались, как крылья ворона.

Я забыла, что я злодейка. Забыла, что я ленивая жена. Забыла про интриги и ложь.

Здесь, в пыльном арсенале, я снова была собой. Я была живой.

Разворот. Выпад. Горизонтальный удар.

Мое дыхание сбилось, пот выступил на лбу, сердце колотилось как безумное, протестуя против нагрузки,