мази процесс ускорят. Ушиб на ноге тоже быстро пройдёт, трещины в кости нет. Со спиной всё сложно. Но небезнадёжно, не пугайтесь, а то я уж за вас переживаю.

Я и правда вспыхнула от ужаса, предполагая самое страшное. Он вроде говорит спокойно, однако таким тоном, что явно скрывает некоторые тайны, чтобы меня не пришлось ещё лечить.

— Но что-то же там со спиной случилось, вы смогли рассмотреть?

— Да, первое это ушиб и гематома в поясничном отделе, она сейчас давит на нерв и создаёт массу неприятностей. Спинной мозг не повреждён. Но повреждение самого позвоночника небольшое есть, это второе из неприятного. Придётся несколько недель лежать неподвижно. Сейчас я забинтовал плотно, но позже, возможно, придётся наложить гипс.

— А почему не сейчас?

— Я сказал доктору, что завтра к нам, возможно, приедет сам Склифосовский, и Нестор Карпович решил подождать его решения, — Сава выступил в защиту знахаря и его решения.

— А, да, точно! Я и забыла. Тогда подождём завтра.

— Я сам буду приходить утром и вечером, проверять состояние, и, возможно, до того, как мы наденем гипсовые доспехи на нашего рыцаря, успею поставить несколько пиявок. Они при такого рода гематомах очень хорошо помогают. Вот это лекарство, как и вам четыре раза в день по десять капель, проще говоря, чайную ложку в тёплую воду до еды. И при сильных болях вот эти капли, они безобидные, не вызовут привыкания.

Он провёл консультацию очень уж современным образом, снова появилось ощущение, что я имею дело с попаданцем, но не стала уточнять.

Наступил черёд моего осмотра, несколько раз Нестор провёл рукой у моего виска и потом очень пристально на меня посмотрел.

Блин, он заметил «работу» Мити?

Точно заметил и не подумав спросил:

— А вам никто, кроме меня помощь не оказывает? Гематома уменьшается, а я, грешным делом, боялся, что при таких нервных потрясениях вы и вовсе упадёте рядом с мужем-то.

— Скорее всего, это ваше чудесное лекарство и воздействие. Гематома поняла, что у неё нет шансов меня убить, потому и сдалась.

Знахарь улыбнулся, и готова поклясться, что я уловила его: «Ну да, ну да, так я и поверил!».

Однако не выдал и то хорошо.

Я сама выдала:

— Слушайте, не сочтите меня за ненормальную, но есть один вопрос. На нас с мужем нет ли какого-то воздействия, проклятье или ещё что-то?

— Нет, это всё глупости, не берите в голову, просто стечение обстоятельств. Тёмная полоса. Сейчас выйдем, и я на свету вас ещё посмотрю, голубушка.

Начал так успокаивающе, но всё же понимаю, что у него есть подозрения, как и у нас, только при Савелии не хочет говорить. В спальне у окна довольно светло, так что это явная уловка обсудить неприятную тему наедине. Киваю, но у меня ещё архиважное дело к мужу, пока он не уснул богатырским сном от чудодейственных лекарств.

— Милый, у меня к тебе есть очень важное дело и срочное, постарайся не уснуть, пока я провожу нашего лекаря.

— Постараюсь, возвращайся скорее, а то глаза уж слипаются.

В коридоре темнее, чем в спальне, да лекарю свет и не нужен. Сразу перешли к делу:

— Да, есть воздействие. Но очень искусное, я такого и не встречал. Плюс яд. Не пугайтесь, я вам оставил противоядие, будем молиться, чтобы зараза вышла, но за печень вашего мужа я очень переживаю. Это на вас какая-то защита начала работать, очень похожая на ведьминскую. И Савелию Сергеевичу такая не помешает.

Произнёс и загадочно улыбнулся.

— Нет, я не она, приворотами не промышляю. Просто благословение нянюшки, может, молюсь усерднее.

— Ну да, конечно. Как я не подумал про молитву. Ладно, милая, шутки в сторону. Делай такую же защиту и мужу, но после визита господина «Светило медицины», кстати, Склифосовский тоже одарённый, и посмотрим, что скажет. И в полицию бы обратиться, кто вас так искусно отравил?

— Я уже знаю, кто нас травил, в полицию обратиться надо, я скажу отцу, и его юристам, если не забуду. Голова дырявая от всех забот. Но этот лекарь царский, неужели так хорош? Боитесь, что разнесёт в пух и прах ваши методы?

— А как же? Конечно, боюсь, но что с меня взять – провизор, мелкая рыбёшка. Ранки перевязать, да бинты продать. А он – святило медицины!

— Не переживайте, ваши методы очень действенные, и кто знает, может быть, «Светило медицины» вас именно похвалит и заметит, а не наоборот. Верить надо в хорошее.

— Аминь! Ваши слова, да богу в уши! Всё, поспешу…

Он махнул рукой, и быстрым шагом пошёл у лестнице. А я скорее звать батюшку на переговоры. Дело у нас жутко хлопотное предстоит, и на него ещё нужно согласие Савелия получить.

Через несколько минут началось самое необычное совещание в моей жизни:

— Господа, прошу меня простить, потому что я буду нести бред, в какой сама верю с трудом. Но только что прибежала напуганная Акулина и рассказала про события в доме Савелия.

Мне пришлось взять мужа за руку, чтобы ощущать его нерв, во время пересказа обвинений Акулины, и не зря. Рассказала и поняла, что Сава в бешенстве.

— Милый, не сердись, но я чую, что дом нужно продать и как можно скорее. Деньги пойдут на восстановление мельницы, без неё никак, заодно продумаем новый проект, сделаем её более современной. Но на дом положил глаз какой-то мудак, ой, простите, жених твоей сестры, а она у него под каблуком, и таким, что сама не понимает, что творит. Мы подумаем, как её спасти, обязательно подумаем. Но с домом нужно решать срочно. Акулина боится туда возвращаться одна. Вещи и самую лучшую мебель срочно забрать, что-то распродать, и пусть Иван Петрович продаст за хорошие деньки эту недвижимость. Новых домов не строят, так что наш уйдёт за хорошие деньги мигом.

Пауза затянулась. Отец в замешательстве, у него тоже идея была дом сдавать, это же актив, лучший капитал. А я понятия не имею, как им преподнести инсайдерскую информацию от Мити. Но кажется, придумала.

— Мельницу спалили, и лекарь подтвердил, что на нас сейчас сказались последствия воздействия от яда или магии вуду, уж не знаю. Но оно было и есть. Дому, если он останется под властью Савелия – тоже угрожает пожар. И мы сейчас не в том финансовом состоянии, чтобы целый дом модернизировать под аренду. Просто поверьте. Деньги мы