в ступор, потому что вряд ли было под силу. Густой воздух тяжело заполнил мои легкие, кожу стянула горячая корка, плывущий красный туман дезориентировал в пространстве. Вообще, мне очень хотелось вырваться из этого места, сбросить с головы дурман, но некое безволие опутало руки и ноги, делая меня куклой в чьих-то руках.

— Не получается? — осторожно поинтересовался мой родственник.

Я отчаянно выдохнул и качнул головой.

— Открою секрет, — продолжил Валентин. — Твоя непричастность к нашей категории автоматически делает недоступным пребывание в этой зоне. Поэтому ты здесь как муха в паутине и ничего изменить не в силах. Здесь ты пропадешь.

В этот момент мне стало совсем плохо, перед глазами все поплыло, откуда-то появился Тор Йохансон, а за ним братья Рабовски. Альбинос склонился надо мной, оглядев бесцветными глазами, и я понял, что упал на пол.

— Он в безопасности, можешь доверять мне, — раздался голос Валентина. — Ты же знаешь, что навредить брату не входит в мои планы.

— Все твои планы могут измениться в эту же секунду, — сказала Мия. — Вот это я точно знаю.

— Дорогая, больше всего мне хочется быть с тобой и Марком, быть друзьями, опорой и защитой. Вместе строить будущее, которого вы достойны. Строить мир, которого достойны мои братья. Думаешь, при этом я способен навредить вам? Это нонсенс.

— Я и ты… Мы не можем быть в одном мире, — ответила Мия. — Это нонсенс.

— Нет, дорогая. Ты принадлежишь нам, и сама это знаешь. Но пока отчаянно сопротивляешься.

— Может, и так. Но только я. Зачем ты собрал остальных, они же не знают ни о чем. Отпусти невинных. Марк тоже не принадлежит тебе, они все должны уехать. Я могу пойти на сделку с тобой…

— Нет, — холодно оборвал Валентин. — Исключено. Слишком много поставлено на карту. Я не поменяю решения. И еще, знай: Марк тоже мой.

Мия замолчала, и мне очень захотелось увидеть ее в этот момент. Поднявшись с кровати в какой-то темной комнате, я побрел на свет, откуда звучали голоса, и вышел в просторный зал.

— Брат! — улыбнулся Валентин. — Очень рад, что тебе лучше.

Я перевел взгляд на Мию и увидел ее глаза, полные печали. Она смотрела на меня так, будто извинялась за что-то и от чего ей было очень плохо.

— Вы двое слишком дороги мне, — заметил мой родственник. — У нас все будет хорошо, только не мешайте моим планам, и никто не пострадает. Обещаю.

— Мы можем идти? — сухо спросила Мия, встав возле меня.

— Конечно, — кивнул Валентин. — Скоро увидимся.

Тонкие пальцы напарницы поймали мою ладонь, и мы направились к выходу.

После долгого молчания я решился заговорить:

— Ничего не помню… Помню, как спустился по спиральной лестнице, а там… Странное что-то…

— Не ходи туда больше, — бросила Мия. — Ты не готов.

— Для этого нужна подготовка? — удивленно спросил я. — Что там за место такое?

— Это место силы. Тебе не по зубам. До него нужно вырасти.

— Что такое место силы? — Я остановился посреди нашего корпуса, ожидая пояснения.

— Ты сам поймешь это со временем, — грустно вздохнула Мия. — Не сомневайся, ты еще спустишься туда не раз.

— Откуда ты знаешь? — Заглянув в опущенное лицо напарницы, я почувствовал некую обиду от указания на мою слабость. — Откуда? Ты что-то знаешь об этом? Почему все время объясняешься полутонами? Я достоин только этого?

— Марк, ты достоин жить другой жизнью. Обычной, человеческой…

Я не успел дослушать ответ, как почувствовал в себе разворачивающийся клубок энергии, которая заполнила меня так мощно, что не вместилась во мне и прорвалась наружу, подбросив в воздух все предметы поблизости. Мои руки горели, в ладонях ощущалась сила, которую я мог мять и растягивать, как пластилин. Мне бы остановиться, но эффект был противоположным: меня разозлил факт «недозрелости» до места силы. Я с криком растянул волну из рук на дальнее расстояние, а потом неистово сжал внутренний блок, рванув на себя все и проявив свою силу как разрушение при землетрясении. Стекла в окнах с треском разлетелись на куски, мебель в холле перевернуло и бросило обратно, разбив ее вдребезги, паркетные доски вырвало частями, разорвав их в пыль. Посреди всего этого я увидел Мию, исподлобья смотрящую на меня, ее кулаки были сжаты, а тело напряжено. В этот момент меня коснулась какая-то стена, ограждение, которое подействовало на мою силу угнетающе. Я разжал блок и расслабил зажатые плечи, понимая, что зашел слишком далеко, а Мия пытается все это нейтрализовать.

Клубок внутри меня медленно свернулся, забрав с собой странное состояние.

— Что происходит? — ошарашенно спросил я и огляделся. — Что со мной?

— Растешь, — довольно намекнул появившийся Томас, кивнув на разрушения. — Впечатляет.

— Успокоительное? — покрутил шприцом подошедший Антон.

— Не надо, — отрезала Мия, хватая меня за руку. — Он в порядке, мы уходим.

После этого мы поспешили в свою зону отдыха и закрылись в моей комнате.

Я растерянно опустился на кровать, соображая, что произошло. Мне было очень тяжело сознавать свой поступок, но он стал очевиден: неконтролируемый выброс негативной энергии. Такого себя я не знал, это было новым.

— Даже не знаю, что теперь делать, — я сокрушенно покачал головой. — Во что я превращаюсь? Боже… Только не это…

Слушая меня, Мия сконцентрировалась на фигурке кролика в ладони.

— Успокойся. И осознай себя, как инструмент, которым ты можешь и должен управлять, — ответила она. — Поверь, так будет легче.

— Ты тоже проходила через такое?

— Да. Мне никто не подсказывал, были ошибки и глубокое отчаяние. Но пришлось научиться.

Оглядев Мию, сгорбленно сидящую на краю кресла, я спросил:

— Скажи, что у вас с Валентином? Вас что-то связывает? Ты его знаешь? Я слышал ваш разговор.

— Он знает меня, — обреченно ответила Мия.

В этот момент в дверь стукнули, и появился Януш с ребятами. Они ввалились в мою комнату гурьбой и в нерешительности остановились, глядя на нас.

— Там такой погром! — начал Ян, указывая в сторону коридора, откуда мы пришли. — Рабочие убирают обломки и стекла, как будто землетрясение прошло. Вы не слышали грохот?

Мне пришлось сознаться:

— Это сделал я.

— Как это ты? — растерянно переспросил Леон.

Януш присвистнул, почесав затылок, а Эвелин юркнула ко мне на кровать, заглядывая в лицо, и восторженно прошептала:

— Всегда знала, что ты особенный.

Серафим грустно вздохнул, бросив взгляд на свою пассию, льнувшую ко мне, и добавил:

— У тебя появилась сила?

— Да, — кивнул я, осторожно освобождаясь от рук Эвы. — Ощущение, что она всегда во мне была, только в спящем режиме.

— Что же активировало ее? — озадаченно спросил Леон, поправив очки.

Я глянул на Мию, размышляя, говорить ли о моем приключении