И снова мы двинулись вперёд, только на этот раз осторожнее. До мостика нам оставалось преодолеть каких-то жалких несколько сотен метров, а впереди нас ожидало около двух сотен бойцов, вооружённых по последнему слову.

Моя снайперская винтовка не смолкала. Что не выстрел, то чья-то жизнь обрывалась. Сейчас мы продвигались медленно, сражаясь от защитной тактики, старались избежать потерь. Бродяг было мало, нас было мало, нам нужно было сохранять нашу численность. Воевать наступая, но при этом обороняясь.

— Всем на прикрытие мостика! — раздался из динамиков хриплый голос командира этого корабля. — Противник в опасной близости! Все мощности резервных генераторов направить на оборонительные внутренние системы корабля! Вооружить весь личный состав!

— Убивать всех? — подошёл Импульс, один из хорошо защищённых бойцов прорыва. — Просто сейчас этот старикан понял, что нас не остановить, на нас он бросит всех, чтобы сохранить свою задницу.

— Всех, — кивнул я. — Проблемы нам не нужны.

— Так же нам придётся расправиться со всеми, кто остался позади каким-то образом, — подошла Буря, та самая, что учувствовала в наших вступительных экзаменах.

— Сделаем так же, как сделали на космической станции, — произнёс я уже по мысле-каналу, чтобы противник нас не услышал. — Просто сбросим весь воздух в открытый космос. У них не хватит на весь персонал костюмов с запасом кислорода.

— Жестоко… — как-то виновато связался со мной Пульсар. — Точно уверен, что так надо поступать. Ведь умрут и те, кого мы оставили в живых.

— Или так, или нас всех прикончат, как Танка, — спокойно пояснил я всем сразу. — Выдвигаемся. Хотя…

У меня созрела идея, как быстро преодолеть сразу нужное расстояние. Когда мы штурмовали космическую станцию, я смог выбросить сразу несколько человек в открытый космос, растянув свою способность. А почему бы её не растянуть, а продлить? Ведь, по сути, можно так сделать.

Начав формировать стабильную и долговечную кротовую нору, я старался выбрать наиболее безопасную точку. Это оказалось маленькое техническое помещение, где сейчас сидел и прятался один сотрудник, один технический работник этого линкора. У него в руках был дробовик, судя по очертаниям оружия, может создать проблемы для меня, но не для наших защитников.

— Первый… — с силой я выталкивал из себя мысли, — пошёл!

Рванул первый защитник, который тут же ногой превратил в фарш голову этого труса. Благо, он не успел сделать выстрел, никто не узнал о нашем ходе конём.

— Второй…

— Ты уверен? — положил мне на плечо руку Пульсар. — Ты раньше так не рисковал.

— Не… спорь! — выдавил я из себя. — Второй!

Вторым пошёл Пульсар, за ним последовал ещё один защитник. А потом всё. С каждым последующим мне становилось все хреновее и хреновее. АТФ жралось постоянно, постоянно приходилось перекачивать энергию из накопителя в организм, а сам накопитель пополнять из данной мне батарейки. Но дело было сделано.

Последним завалился я, чуть ли не рухнув без сил. Меня подхватили, помогли дойти до уже захватываемого мостика, до которого от точки нашего прыжка была всего сотня незащищённых метров. Не трогали только одно место — пост командира, куда меня и вели.

— Предатель! — спустя минут десять, когда я всё же оказался на посту командира линкора, сидел и рычал на меня вице-адмирал, командир этого судна. — Ты должен помогать своему брату, нашему повелителю, а не пытаться уничтожить то, что он создал!

— Особенно, если учитывать то, что он меня пытался убить всю мою жизнь? — усмехнулся я, формируя на руке плазменное копьё. — Особенно принимая во внимание то, что он сам меня отправил в Академию. Особенно осознавая то, что он пытался убить меня во время миссий Академии и руками учащихся Академии? Особенно опираясь на то, что он уничтожил место, что заменило мне родной дом⁈ Ты думаешь, старый кретин, что после такого я ему буду помогать⁈

— Он — твой повелитель! — продолжал рычать этот старый безумец. — Ты клялся ему служить!

— Я клялся не ему, — усмехнулся я. — Я вообще никому не клялся. Приносил клятву мой отец, который мёртв. Приносил клятву мой дед, когда наша ветвь была создана, но он мёртв. А я не успел официально стать лидером нашей ветви. Ею был мой отец. Но… хотя зачем я это объясняю трупу?

— Ты не посм…

— Посмею, — сделал я выстрел быстрее, чем он успел договорить.

Когда его тело выбросили, я сел на его место и начал активировать все функции корабля. Как мне объяснял отец, Грейссоны были настолько параноидальны, что не позволяли полноценно управлять кораблями. Только мы, только обладатели нашего генного отпечатка могли вклиниваться в системы контроля.

Сначала я дистанционно, по резервным каналам активировал главный генератор, вышел по громкой к команде своим, активировал камеру, чтобы оценить ситуацию. А после сообщил, что сейчас будет экстренный сброс воздуха в открытый космос.

Все, кто был рядом со мной, тут же активировали системы замкнутого дыхания, после чего я сделал сброс воздуха. Уже через минуту почти весь обслуживающий персонал лежал в предсмертных судорогах, только самые выносливые оставались на ногах, либо те, кто успел схватить системы дыхания. Но дело было сделано, остатки нам уже не могли помешать.

Убедившись в том, что двигатель работает исправно, я начал разворачивать линкор бортом к ремонтном центру, начал подготавливать автоматические орудия к бою, как произошло нечто странно. Вся станция просто… взорвалась. Она словно сама стала взрывчаткой, каждая её частица, каждый элемент, каждый атом. Просто станция превратилась в бомбу и взорвалась, превратившись в ничто.

— Какого хрена! — тут же удивилась Буря. — Как это вообще возможно.

— Приготовить прыжковые двигатели… — отдавал я голосом команду, чувствуя где-то по ту сторону пылевого облака, что осталось от станции, нечто похожее на то, что я чувствовал при общении с Тёмной Сущностью. — Отключить систему слежения.

— Что такое, чтоб тебя⁈ Войд! Скажи! — кричала на меня девушка.

— Да хер там какой-то непонятный, которого я чувствую! Даже не могу сказать, как и почему! — крикнул я на неё в ответ. — Всем приготовиться к резкому прыжку! Мы можем ненадолго потеряться! Прыжок через десять…

Пыль начала развеиваться, а позади неё появился маленький неказистый корабль.

— Девять… восемь…

Корабль засёк нас, начал крутиться в пространстве, а чувство паники начало ещё сильнее захватывать меня.

— Семь… шесть… пять…

Маленькая пташка начала приближаться, и в ней я начал различать знакомые, но ещё не забытые силуэты.

— Четыре… три… два…

Я тут же понял кто это. Я узнал некоторые черты корабля Грома. И также я почувствовал отзвук того добряка гиганта, той частички, что осталась внутри той сущности, которую я чувствовал.

— Один…

Вокруг корабля начало концентрироваться само пространство, но оно извращалось, становилось