себе, обозначая своё присутствие, — Винн, поначалу, старалась быть как можно более сдержанной и нейтральной. Впрочем, после очередного громкого треска за окном, её нейтральность несколько уменьшилась. — Есть куда как более… Тихие способы разобраться с противником. Или самоубиться. Но Дайлен любит не только эффективность. Я знаю его куда как больше десяти лет, и точно знаю, что он склонен к тому, чтобы его действия были ещё и эффектными внешне. Очень эффектно, не так ли?

Винн отодвинула занавеску и позволила всем прочим убедиться в правоте своих слов. Лина была вынуждена согласиться с правотой волшебницы: бегающие по двору солдаты Эамона, горящие бело-синим пламенем небеса, суета на стенах… Действительно, эффектное зрелище. Правда, другие слова волшебницы не менее, а даже более точно описывали поведение мага. Вскоре, впрочем, молнии по небу носиться перестали. Тишина, при этом, на город не опустилась: раздавались окрики и приказы, топот множества ног был слышен не только в резиденции эрла, но и далеко за её пределами. Если бы они вышли на смотровую башню, то наверняка увидели бы сотни огней от лучин и свечей, мечущихся в окнах домов простых жителей Денерима. Если это и правда маг, то действительно, маг особенный. Или с определёнными особенностями в развитии. Умственном. Привлечь столь много внимания…

Не дождавшись какого-то продолжения светопреставления, было решено собраться всем в Малом Зале. На самом деле, это была просто большая комната, гостевые покои, коих во всей резиденции было несколько, но чисто по приколу, Алистер как-то окрестил её «малым залом», и название как-то прижилось… Тем более, что весь отряд Стражей разместили вокруг этой самой комнаты.

На лице Зеврана читалось плохо скрываемое облегчение, когда Лина рассказала ему о том, что с Каллиан всё более-менее в порядке. Хотя долийка и не сказала, что девушка находится в бессознательном состоянии, один тот факт, что физически Каллиан здорова и, наверное, скоро придёт в себя, бывшего наёмного убийцу радовал. Лелиана за его спиной лишь неодобрительно головой покачала, но нарушать воодушевлённое состояние эльфа не стала. Он всё равно скоро сам всё узнает. К тому же Лина ему и не врала… А барду и самой хотелось, чтобы Каллиан поскорее пришла в себя.

Начать собрание им, впрочем, не дали. Стоило только усесться и выслушать историю похода в эльфинаж, как в дверь забарабанил взмыленный мальчишка-посыльный:

— Госпожа Винн! Госпожа Винн, господин Алистер, госпожа Элисса, эрл срочно требует вас к воротам в резиденцию! Госпожа Винн, прошу вас, поспешите!

— Спокойнее, мальчик мой. Не волнуйся так. Мы сейчас же подойдём…

— Там королева Анора!

Винн выбежала из комнаты с такой прытью, которой не ожидал от статной волшебницы никто из присутствующих. С не меньшей прытью бывший храмовник попытался было сбежать в другую сторону, но ему не дала это сделать Элисса, схватившая Алистера за шкирку и потащившая к выходу, шипя что-то о неприглядном виде некоторых претендентов на престол. Лелиана за этой клоунадой наблюдала с улыбкой, направляясь следом за грустным Алистером: бастард Мэрика часто старался поддержать боевой дух своими шутками и выходками. Не всегда у него это получалось, но она не могла не признать, что Алистер очень заботится о том, чтобы окружающие его люди не слишком напрягались. Не вполне королевское поведение, но и Алистер пока что не король. Улыбка, впрочем, сползла с её лица, когда она увидела, в каком состоянии находится женщина, лежавшая сейчас на одеялах на земле. И то, как суетится вокруг неё Винн и то, как отводят от неё глаза немолодой уже эрл… Всё напоминало ей о Каллиан. Что за город, полный похотливых тварей? Она точно не в Орлей вернулась?

Впрочем, внимание Лелианы быстро сместилось с женщины на стоящую в некотором отдалении фигуру. Человек стоял в тени, оперевшись спиной на стену, опоясывающую резиденцию, и следил за происходящим во дворе. Общие очертания фигуры были скрыты тенью, но фрагменты знакомого доспеха и свечение странной татуировки на чёрной руке… На него так же пристально смотрела и Элисса. И следующее слово произнесли они почти одновременно:

— Дайлен!

Фигура чуть склонила голову к плечу, а затем, вздохнув, сделала несколько шагов, выходя в круг света. Стали видны белесые следы на лице, будто бы от шрамов… Или неудачного загара, седые пряди волос, а самое главное — едва заметно, но светящиеся глаза.

— Не самый добрый день… Кхм-кхм… Да, так лучше, — Лелиана сперва вздрогнула, услышав едва заметные нотки демонической реверберации, которые она слышала в Башне Круга. Впрочем, когда Дайлен откашлялся, эти нотки из его голоса пропали. — И вообще, не день уже давно, а вроде как ночь… Я, кстати, вернулся. И принёс вам небольшой подарок…

* * *

— И зачем это нужно было эрлу Хоу? — Выслушав историю бледной Аноры, в пересказе Дайлена с редкими кивками самой измученной королевы, Элисса и Винн вкратце пересказали её вновь собравшемуся в полном составе отряду. Правда, на появившегося Дайлена все косились с недоумением: он снова скрылся в тени, при этом избегая прямого контакта со всеми спутниками, и не старался завладеть всеобщим вниманием, раздавая указы или изображая шутника, и даже не ругался на беспечность кого-то из спутников. Это было не совсем типично. Впрочем, совсем безмолвным он тоже не был:

— Для того, чтобы захватить власть.

— Его бы сам тэйрн четвертовал! — Возразила Элисса.

— Логэйн сейчас залёг на дно бутылки. По тем слухам, которые я успел собрать, с каждым днём подвалы королевского дворца всё больше и больше пустеют. И пропадают из них не вяленые окорока, и даже не заключённые, а бочки, наполненные выдержанным вином. И единственное, что он может четвертовать — это свою закуску.

— Логэйн стратег и тактик, который даже в самые чёрные дни для Ферелдена был…

— Логэйн — это просто человек, вознёсшийся из грязи к вершинам власти, — перебил девушку маг. — Человек, который свершил множество преступлений. И который за них получает расплату, и каждый раз всё большую. У всех есть свой предел, и Логэйн давно уже его переступил. Думаю, пропажа дочери стала для него последней каплей. Эрл Хоу, бывший его правой рукой, не мог не заметить, как его покровитель сдаёт, а потому затеял свою игру: после смерти Кайлана только Логэйн и Анора обладают более-менее вменяемыми правами на престол Ферелдена. Да, эрл Эамон был дядей Кайлана, но по материнской линии, так что его права на трон обеспечиваются лишь поддержкой народа. Но народ поддерживает и