бывалый наёмник, растерянно топтался на месте. Я проследил за его взглядом, и увидел остатки плоской кровли, частично лежащей поверх глиняного ската. Похоже, поток строительного материала просто подбил одну из стен здания — и то рассыпалось, не устояв.

— Кто-нибудь был внутри?

— Не знаю…

— Обойди вокруг и собери своих рядом с казармой… с тем местом, где она была, — на мгновение задумавшись, отдал команду я.

— Арн, что тут…

— Баюн! — как родному обрадовался разведчику я. — Быстро наверх! Там такой же склон снаружи — как пить дать какая-нибудь тварь попытается залезть. Не жалей стрел и яда. Я пришлю тебе расходку… давай!

— Сделаю, старшой.

— Надеюсь на тебя, — я огляделся. Тревога сделала своё дело — теперь десятки прибывали в полном составе и с оружием. — Вы со мной, остальным усилить оцепление понизу. Кого найдёте не в полном боевом — гоните в шею довооружаться.

Ну-ка, Печать… всего минута прошла, как я спустился сверху? Показалось — я тут четверть часа разорялся. Фух. Теперь, если что, твари не свалятся на голову неожиданно — можно начинать спасательные работы.

— Делай как я, — приказал я тому десятку, который послушно попёрся со мной к развалинам казармы, хватая неожиданно тяжёлый фрагмент крыши. Хлынувшая в мышцы Стихия пополам с адреналином помогла мне откинуть обломок конструкции так, словно он почти ничего не весил. — И аккуратно! Там могут быть раненые товарищи.

— Кто приказал? Отставить!

Фомоза. Не прошло и… восьми минут? Долго что-то. Раскатистые вопли Басса снизу я уже минуты три слышал.

— Я приказал, — выбираясь из небольшого котлована, ответил ему я. Лопаты и правильно мотивированный десяток солдат могут заставить плакать экскаватор от зависти.

— Отставить, — повторил лейт.

— Караулка. Возможно, живые, — пальцем указав вглубь насыпи, рублено ответил ему я. Кратчайший путь между двумя точками — прямая, потому рыть мы начали с середины склона. Почти наверняка оба сержанта дежурных десятков где-то там: рядовые снаружи ещё имели призрачный шанс успеть отбежать, а вот младшие командиры из помещения — точно нет. Вряд ли кровля выдержала… но вдруг?! Таню бы сюда с её ушами и носом…

— Отставить! — в третий раз резковато повторил приказ замком, и под недобрыми взглядами рядовых с лопатами резкими фразами обозначил ситуацию: — Завалит и вас, и тех, кто снизу!

Чёрт… не подумал. И что делать?

— Надо возводить временную опалубку и засыпать глину назад, пока её по всей заставе не размыло, — словно прочтя мои мысли, ответил Фомоза.

— Они тогда точно погибнут, если выжили, — на всякий случай уточнил я, показывая пальцем вниз.

— Это Рубеж. Тут каждый со смертью в обнимку живёт, — просто ответил лейт. — Нужно как можно скорее восстановить стену, пока…

— Ррару!!! — рык из-за стены был более чем убедительный.

— Ранеными займись! — успел удержать меня за плечо лейтенант.

— Так нет их, — выдохнув и заставив себя расслабить мышцы, отрапортовал я.

— Сейчас будут. Готовься!

— Гррр! Ауааа!!!

М-мать!

* * *

— Следующий? — я оглядел более-менее освещённую тремя масляными лампами казарму, моей волей превращённую в приёмный пункт и временную операционную. Тащить пострадавших в нормальный лазарет было явно не лучшей идеей.

— Так всё, — развёл руками плохо знакомый усталый солдат. Хорошо, мозгов хватило сразу мобилизовать двоих копателей себе в санитары.

— А там что? — вылив грязную воду из таза в угол, я налил чистой из кувшина и принялся оттирать руки.

— Отбились… вроде, — не очень уверенно развёл тот руками. Его напарник, как я только теперь заметил, пристроился в уголке на лежанку — да так и уснул сидя.

— Твои слова — да Свету в уши, — ввалился в помещение Баюн.

— Где рана, — стряхивая воду с рук, кинулся я к нему.

— Я цел, цел, — попытался отмахнуться зарубежник. Но мне было проще самому проверить, быстро проведя рукой от плеча бедра и вливая Стихию. Цел? Хм. — Фомоза дал добро выдать… спецсредства. Включая стимуляторы.

— Рейд? — удивился я.

— Гиена, которая тут крутится поблизости. Мы там на осыпи снаружи кучу мяса словно специально для неё набили. Стоит только начать временную опалубку сколачивать — тут же лезут на звук все кому не лень, — пояснил отвальный. — И распогодилось, как назло! Надо облить бойнину маслом и сжечь ко всей тьме, а потом запах отбить. Иначе…

Иначе гиена сначала сожрёт падаль, а потом просто зайдёт внутрь заставы по так удобно сделанному для неё пандусу. По сравнению с гидрой неповоротливая любительница падали — так себе танк, конечно. Вот только пронять её всё равно особо нечем — разве что попытаться живьём сжечь, опять же. К ядам жрущая всякую пакость тварь более чем равнодушна, в отличие от овцебыков.

— Разойдёмся и будем защищать остальных, пока будут бочки таскать, — подтвердил, что я правильно понял план руководства, Баюн.

— Понятно. Пошли, — кивнул сослуживцу я.

— Видел рыжую? — спросил я, обдумывая, как сообщить… да, пожалуй что и другу — новость. По крайней мере, больше, чем со своими бывшими подопечными, я в Сим ни с кем не общался. Всё же я десять месяцев пробыл их сержантом.

— Басс всех, кто не стоял на стенах, сейчас поставил защищать пролом, — поделился информацией разведчик. — В том числе и добровольцев.

— Понятно… — я помедлил. — Не знаю, как ты это воспримешь, Баюн, но… ты начал изменяться. Часть внутренних органов даёт аномальный отклик, не только глаза. А Стихия Жизни, поданная в небольших количествах, просто исчезает, словно проливается в дыру без всяких завихрений. Это признак Тьмы. Полагаю, если ты воспользуешься стимуляторами — это ещё ускорит процесс.

— Понятно… — мужчина задумался, но потом встряхнул головой, словно отгоняя лишние мысли. — Чему быть, тому не миновать.

Спокойно так. Ну да, а что я ожидал? Надо полагать, изменённых людей по посёлкам отвальных хватает. И информации, как пережить кризис и не помереть из-за пошедшего вразнос организма, у них всяко побольше должно накопиться. Прямо интересно было бы понаблюдать… но явно не сейчас.

— Глафира, — поморщился я. — Вот сейчас это было совсем некстати.

— Ко? — птица обнаружилась в оранжерее среди перевёрнутых и расколотых горшков с лечебной зеленью, упоённо копающейся в куче земли. Там, где видны были доски пола, древесину рассекали глубокие царапины. Чёрт. Вот что значит отлучился слишком надолго: затянул с кормлением, и курочка нашла еду себе сама. — Ко. Ко.

Подхватив пернатую скотину за бока под крылья (в весе птичка ощутимо так прибавила за последний месяц) я было потащил её к клетке — и едва не сплюнул с досады. Нет, я, оказывается, не забыл запереть дверцу. Прутья куриного узилища, сделанного ещё тогда, когда мастерские нормально работали, были не просто перекушены словно