— Сядь! — от этой команды сел бы любой, и Софи послушалась, но продолжала сверлить юношу рассерженным взглядом, скрестив руки на груди. — Теперь слушай, ты пойдёшь и извинишься за...

— Никуда я не пойду!

Александр наклонился к ней и поставил руки на спинку дивана так, что их лица оказались напротив друг друга, и она ощутила на своём лице обжигающее дыхание.

— Не воюй с моим отцом, — произнес он отрывисто. — Тебе не победить.

— Ну и что, тебе-то какая разница? — голос предательски дрогнул.

— Разница есть, — он выпрямился. — Поэтому я прошу тебя чуточку успокоиться и посмотреть на ситуацию здраво.

— Я так не умею.

— Софи, что за упрямство? Ты прекрасно умеешь!

— Не умею, — и, против своей воли, добавила: — Мне все равно...

И, произнеся эти слова, она вдруг поняла, что ей действительно все равно. Она одна во всем мире. Это не её жизнь. Чья-то чужая, но не её. Какие перспективы её ждут дальше — никаких. Всё всегда будет обманом. Все всегда будут лебезить, втираясь в доверие, чтобы заполучить корону... В этой жизни она вытянула не счастливый билет.

Александр сел с ней рядом.

— Софи, успокойся, ты устала, тебе надо отдохнуть.

— Не хочу я отдыхать. Ничего не хочу, — Софи смахнула слезу.

— Хорошо, сделаем так, — Александр взял её руку в свою. Его ладони были теплыми и успокаивающими, кольцо блеснуло, но никакого колдовства не последовало. — Я извинюсь перед отцом от твоего имени. И ты постараешься вести себя как обычно, — он взял её за подбородок и повернул её лицо к себе. — И больше никогда не будешь заикаться о роспуске Совета.

Софи приободрилась. От него исходила уверенность и сила.

— К чему такие беспокойства? — Мозг Софи начал соображать на удивление хорошо, оставляя эмоции позади. Ей нужно было знать, в чем его выгода. Ведь ему-то было выгоднее избавиться от неё.

— Подумай сама…

— Пока меня оставляют живой из-за того, что я дружу — она выбрала это слово — с Михаилом, так как все здесь рассчитывают, что он получит престол, — теперь это было очевидно для неё, новая истина внезапно открылась ей, и она добавила, глядя ему прямо в глаза, — а Тея жива только потому, что иначе взбунтуется Елена.

— А говорила, что здраво смотреть на ситуацию не умеешь.

— Так в чём твоя выгода? — Софи вздохнула, она и сама знала уже ответ. — Если я буду жива, ты сможешь жениться на мне и получить корону. А от мертвой тебе мало проку.

— Очень хорошо, — он довольно откинулся на спинку дивана. — Ты хорошо соображаешь.

— А ты гадкий человек, — Софи выдернула свою руку. — На самом деле тебе на меня плевать! Нужна лишь корона.

Он рассмеялся:

— К короне я получу неплохое дополнение.

— Не сделаю, как ты говоришь! Завтра же распущу Совет.

— Пустая угроза.

— Ничего не пустая. Это в твоих глазах я глупая дурочка, а я, может, ещё...

— Ты не глупая, но вот ещё что лучше не делать... С этого дня общайся с моим отцом только через меня, — Александр снова стал серьезным, — если он заговорит первым — уходи под любым предлогом, мол, голова разболелась или ещё что.

— Чего только не сделаешь ради короны! — Она закатила глаза, — а ничего, что я мило провожу время с твоим кузеном?

— О, это я в курсе. Хотя в последнее время, — он поморщился, — это не мило и не проводишь, и заставляешь всех нервничать — нехорошо.

Этот разговор казался Софи абсурдным. Она говорила с врагом и обсуждала с ним его планы. Так, будто сама собиралась помогать ему.

— И что же теперь, мне надо чаще видеться с Михаилом?

— О, это совсем не обязательно. Но мне всё же интересно — он уже успел тебе надоесть?

— Нисколько, я правда немного простужена. Но мне все же хочется прояснить твои планы. Ты потом убьешь Михаила и женишься на мне? — По правде сказать, мысль об убийстве Михаила показалась ей более привлекательной, чем она думала вначале.

— Нет, что ты, кузена я не убью. Но вряд ли ваша, как ты выразилась, «дружба», — и он пальцами изобразил кавычки, — продлится долго.

— Почему же? Мне интересно, расскажи...

Александр замолчал. Он явно