кивком, но детектив оставлять меня в покое намерен явно не был.

— Мы осмотрели номер, но следов чужого присутствия в нем не обнаружили. Вы могли бы подняться и проверить, что ничего не пропало?

Это был самый обычный вопрос и стандартная просьба следователя, но именно она помогла мне начать восстанавливать дыхание.

Наконец решившись посмотреть на детектива, я качнула головой.

— Все ценное я взяла с собой. Пистолет, телефон и планшет. На оружие у меня есть разрешение.

— Я знаю, — его новая усмешка оказалась совершенно нечитаемой. — И все же.

Мне оставалось только кивнуть и развернуться, чтобы забрать свой почти забытый рюкзак, но Бэрроу меня опередил.

Пока я продолжала стоять в у лестницы, как изваяние, он вернулся с моими вещами, взвесил рюкзак, к которому была привязана палатка, в руке.

— Это немалый вес для хрупкой девушки.

Отвечать на подобное человеку, осведомленному о моем спортивном прошлом, было необязательно, и я просто развернулась, держась за перила.

Характерный меловой контур перед моей дверью заставил сердце снова забиться чаще.

Могло ли это быть случайностью?

Конечно, могло!

Та девушка могла поссориться с кем-то, кому было решительно все равно, где именно на нее напасть.

Или же случайностью это не было, и тогда выходило, что Эйдан и его лес в буквальном смысле спасли мне жизнь.

Стараясь избавиться от нарастающего шума в голове, я повернула на пальце змеиное кольцо и не глядя приняла у детектива свой ключ.

Номер остался таким же, каким был, когда я его покинула — простая обстановка в бежевых тонах, кровать, тумбочка, шкаф.

— Все на месте.

Вошедший вслед за мной Бэрроу кивнул, словно и не ожидал ничего другого, но убраться восвояси не торопился.

— Вы, должно быть, захотите переехать.

— Как будто у них есть для этого свободные номера.

Мой рюкзак он поставил на пол у стены, и я опустилась перед ним на корточки, чтобы достать планшет, телефон и оружие.

— Разрешение показать?

— Забудьте, — детектив поморщился, как если бы у него внезапно заболели зубы.

Он продолжал сканировать меня своим блеклым взглядом, и под ним мне снова сделалось настолько неуютно, что захотелось встать и расправить плечи.

— Чего я действительно хотела бы, так это переодеться.

Детектив кивнул и сделал широкий приглашающий жест в сторону ванной.

— Прошу вас. А после нам все-таки придется продолжить.

Не воспользоваться возможностью принять душ, — которую он, строго говоря, не должен был предоставлять мне — было бы глупо, и взяв из шкафа необходимые вещи, я молча прошла в ванную, подчеркнуто громко щелкнула замком.

Струи воды, такое привычное благо цивилизации, показались мне чудовищно жесткими после той воды, под которой я мылась в Змеином лесу.

Крепко зажмурившись, я положила руки на стену и заставила себя стоять под ними прямо и не вспоминать ни водопад, ни вкрадчивый осипший от желания голос Короля у себя над ухом.

Сегодня утром Эйдан остался в прошлом.

Как бы хорошо мне с ним ни было, как бы сильно я ни была ему благодарна, все закончилось.

Узнав о случившемся в отеле, он поймет, почему я не уехала сразу, но это не сделает ситуацию приятнее.

О чем бы ни пытался меня расспрашивать детектив, мне следует вести себя так, чтобы ненароком никого не подставить.

Настянув джинсы и чистую майку, я наскоро вытерла волосы и вышла из ванной.

Бэрроу стоял у окна, созерцая залитую солнцем улицу.

— Вы быстро.

— Вы же сказали, что нам нужно продолжить, — в очередной раз пожав плечами, я взяла расческу.

Наблюдать за ним через зеркало было странно, но любопытно.

Как будто в этом человеке была какая-то неправильность, искажение, недоступное человеческому глазу, но проступающее теперь.

Не замечая этого, он отвернулся от окна и прошелся по номеру, опустив руки в карманы джинсов.

Продолжать допрос он не спешил, и это мне уже не слишком нравилось.

— Вы хотите, чтобы я поехала в участок.

— Это не обязательно. Пока, — детектив, которого я, по всей видимости, отвлекла от каких=то важных мыслей, остановился.

Я же, закончив с волосами, вернулась к шкафу за рубашкой.

Хотела я или нет, от увиденного меня трясло, и скрывать это от Бэрроу не было никакого смысла.

— Почему ее приняли за меня?

Не нужно было начинать этот разговор самой, потому что именно этого от меня и ждали, но утерпеть я просто не могла.

— А вы не догадываетесь?

Впервые в голосе Бэрроу послышалось что-то, напоминающее живую и грустную иронию и усталость.

Я повернулась в нему, чтобы посмотреть прямо в глаза.

— Я не об этом. Мы похожи внешне, это очевидно, но она явно была моложе. И, мне кажется, ниже.

Детектив пожал плечами, не спеша отвечать, а потом вдруг, не спрашивая разрешения, сел на край кровати и вытянул ноги.

— Персонал видел вас только мельком. Цвет волос, тип фигуры и стиль одежды совпадали.

— Так одеваются многие туристы.

Я осеклась, поняв, что невольно повысила голос.

Бэрроу кивнул, как если бы пытался уговорить сумасшедшую не выходить из себя.

— Вы напуганы, на то есть причины. Нет смысла это отрицать, мисс Кейн.

В его тоне не было ни насмешки, ни показной жалости, ни провокации.

С большой долей вероятности, это тоже было игрой — от образа строгого и циничного копа он перешел к образу копа доброго и понимающего.

Однако это, как ни странно, подействовало отрезвляюще.

Коротко и резко выдохнув, я подошла и села рядом с ним, точно так же вытянув ноги, но сцепила пальцы в замок, чтобы чувствовать подаренное Эйданом на память кольцо.

— Скорее я шокирована. и ошарашена.

Я повернулась к детективу, и он посмотрел на меня в ответ.

Медленно кивнул, давая понять, что оценил и мою искренность, и неловкость за все эти реакции.

— Поэтому я и собираюсь задать вам следующий вопрос. У вас есть враги, мисс Кейн? Такие враги, которые могли бы убить?

Это предположение показалось мне настолько смешным, что я даже попробовала улыбнуться, но Бэрроу остался непробиваемо серьезен.

— Нет, — я в очередной раз ответила ему правду.

— У журналистов полно врагов, — он качнул головой, а потом снова почесал бровь.

Видимо, это привычка помогала ему думать.

— Не у всех, — мне захотелось отвернуться, и я встала, чтобы надеть кроссовки. — У нас вполне мирная работа, детектив. Несмотря на все стереотипы о ней. Да, всякое случается, но я пока всего лишь внештатный корреспондент. Никто не доверил бы мне по-настоящему серьезные задания.

— Надо же. Я всегда думал, что как раз наоборот. Опасная, но интересная работа помогает получить теплое место.

Он произнес