мы оба ни на секунду не забывали о спрятанном на «Бекасе» гипермаяке. Разница заключалась лишь в том, что Илон считал его своим козырем, а я – своим.

Глава 7

- Сообщение по гиперсвязи отправлено, - доложил Илону майор Клюге. – Маяк сработал штатно. Передача осуществлялась сжатым пакетом сразу после выхода из последнего гиперпрыжка. После полученных повреждений «Бекас» при выходе в обычное пространство создает такие искажения гиперполя, что обнаружить на их фоне отправку информационного пакета совершенно невозможно.

- Будем повторять передачу после каждого прыжка, - кивнул Илон. – Плохо, что мы не можем получить ответное сообщение – маяк на это не рассчитан. Но будем надеяться, что нас услышат.

- Почти наверняка услышат, - уверенно заявил Клюге. – Здесь места хоть и дикие, но вольные поисковики и патрульные корветы окраинных станций встречаются регулярно. За обещанное нами вознаграждение они обязательно перешлют сообщение в штаб-квартиру корпорации через ближайший ретранслятор.

- Сколько нам придется ждать?

- Не так уж долго. Если наше сообщение примут сразу, корабль корпорации прибудет в этот район часов через восемь-десять. За это время «Бекас» успеет сделать всего пару прыжков. Ну, может быть, три. После каждого гиперперехода маяк будет отправлять пакет с нашими координатами. Как только корабль «Кебрении» его примет, он быстро разгонится и совершит прыжок в нужную точку пространства, где и застанет «Бекас» во время очередного черепашьего разгона. Не думаю, что у капитана Строгова найдутся аргументы, чтобы отказать нам в возможности перейти на борт корабля корпорации, раз уж он уже будет находиться рядом с «Бекасом». Тут о какой-то значимой потере времени даже смешно говорить.

- А если он продолжит упираться даже в таких обстоятельствах и не согласится нас отпустить до прибытия на станцию? – недовольно поморщился Илон. – Честно говоря, я совершенно не удивлюсь такому его решению.

- Тогда придется пойти на определенный риск и вывести из строя вычислитель «Бекаса», после чего нейтрализовать его экипаж, - немного помолчав, ответил майор. – Я поговорил с нашими техниками. Они утверждают, что одновременный подрыв трех гранат в нужных точках корабля уничтожит основные блоки вычислителя, но не приведет к разрушению энергетической установки. При этом система жизнеобеспечения гарантированно выйдет из строя и, весьма вероятно, случится разгерметизация. Само собой, все наши люди в этот момент будут в боевых скафандрах, так что для нас это не критично. До прибытия спасателей с корабля корпорации мы спокойно продержимся.

- Не хотелось бы до такого доводить, - без всякого энтузиазма ответил Илон. – Техники у нас хорошие, но что-то мне подсказывает, что они недооценивают ветхость и убогость всех систем «Бекаса». Я бы на их месте не был так уверен, что после взрывов гранат энергетическая установка не пойдет вразнос. Это на нормальных кораблях она в такой ситуации автоматически глушится и уходит в защищенный режим. А что произойдет здесь, не смог бы, наверное, предсказать даже ныне покойный капитан Попеску.

- Я с вами полностью согласен, командир, - майору затея с гранатами явно тоже не нравилась, - но если Строгов упрётся, перед нами встанет очень неприятный выбор. Либо мы рискуем и применяем силовой вариант, либо тащимся на этой развалюхе на станцию «Маунт-16» со всеми вытекающими последствиями в виде утечки важных сведений. Всю информацию из вычислителя «Бекаса» местные наверняка вытрясут до донышка, а там есть очень многое, что им знать совершенно не следует.

- Нет, на станцию нам точно не надо, - недовольно качнул головой сын главы корпорации. – Готовьте силовой вариант. Надеюсь, нам он всё же не понадобится. И вот что, майор… Попробуйте пообщаться с людьми Строгова. Может быть, через них на него удастся повлиять. Маловероятно, конечно, но попробовать стоит.

***

Я некоторое время колебался, а потом всё же решил пока не рассказывать Свену и Бронски о том, что мне удалось обнаружить и несколько видоизменить троянскую программу, управлявшую работой гипермаяка. О наличии на борту самого маяка они, конечно, догадывались и, возможно, даже предпринимали какие-то самостоятельные усилия по его поиску. Не знаю, как навигатор, а старший техник имел для этого немало возможностей. Правда, судя по всему, ничего они не нашли. Тем не менее необходимость обсудить с ними обстановку уже явно назрела, и я уже собирался предложить Бронски пообщаться, но он проявил инициативу первым.

- Послушай, Влад, - обратился он ко мне по закрытому каналу связи, когда я работал за капитанским терминалом. – Мне одному кажется, что происходит что-то очень нехорошее?

- Что ты имеешь в виду?

- А ты не понимаешь? Людям корпорации совершенно не нужно, чтобы «Бекас» добрался до нашей станции, но они ведут себя так, будто их всё устраивает. Шпее ведь наверняка уже говорил с тобой на эту тему.

- Говорил, - я не стал отрицать очевидное. – И я сказал ему, что экипаж «Бекаса» выполнит требования закона и доставит корабль на станцию без всяких задержек и остановок в пути.

- И он без возражений с этим согласился?

- Не то чтобы совсем без возражений… Но жестко настаивать не стал.

- Это меня и напрягает больше всего, - в голосе Бронски действительно слышалось серьезное беспокойство. – Минут за двадцать до предыдущего прыжка ко мне подошел этот их майор.

- Клюге?

- Да, Клюге. Так вот, он наобещал мне гору всяких плюшек и место навигатора на транспортном корабле «Кебрении», а заодно намекнул, что всё это станет реальностью, если я смогу убедить тебя, что по дороге на станцию нужно встретиться с кораблем корпорации и позволить экипажу «Тени» на него перейти. А ещё он сказал, что за их спасение Илон Шпее с тобой уже расплатился.

- По поводу оплаты он тебя не обманул. Доберемся до станции, скину вам со Свеном ваши доли. А вот всё остальное…

- Можешь не объяснять, я сам всё понимаю.

- И что ты ему ответил?

- Что очень-очень рад такому предложению и сделаю всё возможное, чтобы убедить тебя согласиться. А ты бы