противника. Если выделим несколько дронов под ретрансляторы, то у нас будет примерно пять минут. Время подхода на дистанцию «выстрела-в-упор» оцениваю как две-двадцать семь.

— Хорошо, действуй. Основная задача — не дать соединиться агрессорам, пусть за нами останется общая свалка, через которую смогут прорваться только отдельные звенья. Артем, управление маневровыми на меня…

— Есть.

— Доворот… цель групповая на сходящихся курсах… Залп!

…группа «Гамма»: повреждены и вышли из боя три звена, частично повреждены с сохранением 70 % боеготовности три КИПа. Ведет маневренный бой с дронами противника. Группа «Бета» накапливается в точке перегруппировки. Группа «Альфа» успела повредить только два замыкающих транспорта до момента открытия огня малым кораблем противника, после чего вынуждены были рассредоточиться и действовать независимыми парами…

— Группа понесла потери от огня конвойщиков?

— Нет. КП оценивает эффективность огня малого корабля как «крайне неточный» и рекомендует ввести группу «Бета» в бой после восстановления ордера…

— Нет, — командир «Арагонских Лис» хмуро посмотрел на докладывавшего начштаба летных палуб. — От пятой эскадры пришел ясный доклад: там оценка огня туннельника этой канонерки определяется как «крайне эффективная», с частотою залпа раз в пять секунд. Между тем в бою с нами он стрелял всего дважды, спровоцировав масс-залп прикрытия и заставив рассредоточиться группу «Альфа». Имперцы ясно дали понять, что не хотят лишних жертв, но и в поддавки играть не намерены… Приказываю: отвести все группы к носителю, в сопровождение двум поврежденным транспортам выделить по пять дронов, огня по конвою больше не открывать. Исполняйте… Нанимателю придется удовлетвориться этими двумя транспортами — умирать своим людям в его игре я не позволю — нас ждет Родина…

Уже после выхода на орбиту планеты-цели к Ылше, когда рядом никого не было, подошел Артем Струев. Пилот внимательно посмотрел в глаза парню:

— Командир, ты, конечно, ничего не обязан объяснять по своим приказам во время боя, но… Твое решение было мягко говоря спорным. Рашид прав — мы могли уделать те КИПы.

Ылша ответил тем же внимательным взглядом, который был помножен на неосознанное менто-зондирование. Первый пилот не ставил под сомнение его право отдавать приказы, но в то же время видел, что Рашид Эрзоев классный специалист и приносит реальную пользу. А с «грузом» неподчинения в боевой обстановке ни о какой дальнейшей доверительной работе речи идти не может. И оператор понимает, что значит субординация — не мальчик! — и никогда не задаст прямой вопрос, который можно истолковать как продолжение неповиновения.

— Ясно… Вот что Первый, пошли к полковнику. Вы в немалой степени «его люди» и я не хочу что бы до него дошли искаженные слухи, — парень развернулся и стремительно пошел в главный десантный трюм, где десантная секция разоблачалась и проводила разбор операций. Всюду сновали инженерные боты, расталкивающие боеприпасы и оружие по оружейкам, а сами бойцы осторожно «сдавали назад» — особенностью мехов «панцеркляйн» был вход, распложенный под лобовым сборным сегментом брони. Что бы завести бронекостюм в транспортировочный слот требовалось изрядное мастерство.

— Полковник, — обратился Ылша к Арнольдсу, следящему за этой кутерьмой от центрального шлюза, — у вас есть минута? Люди справятся без вас?

«Арни» был настроен благодушно: секция действовала как по нотам. Четко и слаженно. Потерь не было, не было даже повреждений свежей краски на бронекостюмах!

— Справятся, — он маякнул Нине Поляковой через сеть, что бы та взяла подробный разбор и анализ на себя. — Какие проблемы?

— Думаю удобнее будет поговорить в рубке — дело достаточно серьезное и не терпящее гласности общего обсуждения. Прошу следовать за мной…

Когда они остались в рубке одни парень произнес:

— Артем, доведите свое виденье инцидента — свои разъяснения я дам позже.

— Хорошо…

— Инцидента? — напрягся полковник.

Пилот кивнул:

— Да… Со стороны оператора командно-штабного модуля Рашида Эрзоева было допущено неисполнение и попытка обсуждения прямого приказа лейтенанта Флота Мечева. В принципе это не были действия или бездействие, но… сам факт. В нем все дело. При этом я не вижу и не видел предпосылок для отданного командиром приказа. Данное обсуждение строго его инициатива, с моей стороны был лишь задан ни к чему не обязывающий вопрос.

— Тема! Ты как новобранец! Какие к черту вопросы непосредственному командиру?! После боя, во время… Это не допустимо! — в ярости прорычал полковник Арнольдс. — Ты в армии или где?!

Первый пилот закаменел лицом:

— Тарас…

— Первый пилот! — Ылша пресек ненужный вектор разговора на корню. — Доложите полковнику по существу ситуации, ваши выводы придержите до анализа произошедшего со стороны полковника.

— Есть! Установки были таковы: «Драккар» с группой прикрытия из семи десятков дронов вышел к арьергарду конвоя. На тот момент подошедшее подкрепление противника уже уничтожило и рассеяло практически все прикрытие замыкающих транспортов. Диспозиция на момент подхода: на одном фланге резерв противника, боевая группа на курсе прямого догона, группа на сходящемся курсе догона и группа на векторе выхода из атаки. Лейтенант именно в этот момент отдал спорный приказ: атаковать навалом группы прикрытия противника на прямом догоне, а в сторону резерва ограничиться лишь одним залпом главного калибра. Оператор указал на неэффективность такой тактики, но после повторной команды выполнил приказ.

Тарас Арнольдс откинулся в кресле:

— Ясно. Хорошо хоть так… И раз уж у нас тут закрытый разбор-дискуссия: твое мнение на тему эффективности?

Пилот пожал плечами:

— Я согласен с Рашидом — у противника не было защиты от нашего туннельника. Мы могли нанести им серьезный ущерб в силах и средствах. На тот момент было минимум три удобные для атаки групповые цели, — Артем вывел на проекционную панель пространственную схему с отображением векторов движения и атаки.

— Ясно… Я не спец в пространственных боях, — проговорил полковник, — но тут все очевидно. Предпринятые действия неэффективны с точки зрения уничтожения средств противника. Командир?

Ылша кивнул:

— Да, не эффективны… Проблема только в том, что у нас здесь не конфликт двух государств и мы не регулярный флот. Вспомните — мы наемники! В нашу задачу входит исполнение контракта и получение за это денег. Причем исполнение контрактов с минимальными невозобновимыми потерями. И противники у нас такие же… Поэтому отдавая приказ, я руководствовался не боевой эффективностью в интересах нанимателя, а экономической целесообразностью в наших. Первый, — обратился парень к Артему Стуеву. — Противник мог нанести нам урон в живой силе?

— Точно нет — у них были только ГСС и оружие ближнего боя заточенное против дронов КИПов. А КИПов то в группе и не было.

— Вот, — поднял палец к верху Ылша, — потому в действие и вступила экономическая целесообразность. Я намеренно послал на убой возобновимый ресурс — дронов по контракту нам заменят.