она на секунду театрально задумалась – Ах да, после проверки физических данных, я собралась провести тесты на магию. И пока готовилась, поняла, что он способен то ли инстинктивно, то ли осознанно использовать свою магию. – в этот момент Серена снова что-то хотела спросить, но Элеонора подняла палец, показывая, что сейчас всё объяснится. – Когда я разложила инертные кристаллы стихий, для определения сродства со стихиями, я заметила, что мальчик поднял взгляд к потолку, я тут же своим магическим зрением, увидела, как поток магии начинает выходить в направлении потолка. Я его прервала, мальчик успокоился и больше не пытался это сделать. Дальше исследование шло как по маслу.

Все кристаллы заполнились магией, что показало родство со всеми стихиями, что редко, но всё же встречается – Сара тому доказательство. Однако, все стихии были одинаковы по объёму заполнившей кристаллы магической энергии. Единственное, кристаллы тьмы и света сияли чуть тусклее, чем остальные. Перед вами результат проверки. – и она положила на стол перед всеми большой прозрачный камень, зелёного оттенка.

Камень воспарил над столом, и все смогли чётко рассмотреть его. Вокруг камня передвигаются по известным только им траекториям маленькие шарики, отображающие все известные базовые стихии.

- Да, необычно. У остальных было тоже впечатляюще, но этот, мне кажется, чуть более необычным. – согласился виконт, и снова сделал пометки у себя на листах.

- Значит, если я правильно поняла, он сможет как Сара пользоваться всеми стихиями, но ему придётся тратить больше времени на заучивание кругов и формул? – уточнила Лаура.

- Да, именно так. – подтвердила Элеонора, – Но, остался только вопрос, почему сам камень поменял цвет. Ведь, если вы помните, ни у кого, кроме Гейла, такого не было. У Гейла камень стал угольно-чёрным, а у остальных остался жёлтым.

- И что ты об этом думаешь? Это опасно? Какую выгоду мы сможем извлечь из этой аномалии? – спросила Серена.

- Ну смотри, у Гейла кристалл стал чёрным и позже мы поняли, что он не может использовать магию. Думаю, тут всё тоже связано с врождённой способностью. Я напомню, что он снял проклятие с Лауры. А это не мог даже верховный понтифик. Если, конечно, тот всерьёз пытался. Да и люди из бирюзовой башни не смогли ничего придумать, и просто объявили это не проклятием, а неизлечимой врождённой болезнью. А мальчик, только родившись – лёгким прикосновением снимает такую жуткую заразу, с которой я не могла справиться, не смотря на кучу проведённых экспериментов и исследований. И да, я сегодня обследовала Лауру, прежде чем браться за малыша. Она теперь в полном порядке и скоро восстановится до своего лучшего состояния. Поэтому могу предположить, что наш сын будет связан с лечением ран и исцелением болезней. – выдвинула свою теорию Элеонора.

- Думаю ты права, я сам видел, как это произошло. Но ведь помимо проклятия он вылечил и все её родовые внутренние травмы, причём магией, которую я видел впервые. Можете прочитать ещё раз, я описал все замеченные мной отличия от традиционной магии воды в бумагах, которые лежат перед вами. – продолжая что-то писать, Леон указал на листы, к которым кроме Серены никто не притрагивался. Лаура и Серена начали читать, а Элеонора о чём-то задумалась откинувшись на спинку кресла. Через некоторое время Лаура и Серена оторвались от документов.

- Это заклинание похоже на «исцеляющий поток», из школы магии воды, но ты пишешь, что Лаура не намокла после этого. Да и вообще вода соприкасалась только с её телом, игнорируя одежду. Самая большая проблема исцелением магами воды в том, что ты промокаешь. В бою с некоторыми существами это большой минус. Поэтому, в последнее время это направление менее популярно в армии и у наёмников, ведь противник может применить молнию по только что исцелённым. – снова пробежав глазами по листу с описанием произошедшего, рассказала о своих мыслях Серена.

- Именно поэтому, я подумала, что это уникальный навык как у близнецов, но в одном человеке. – сказала Элеонора. – Я думаю, что он совместил магию воды и магию земли или света.

- Я уверен, что в будущем ты докопаешься до истины, Эль. Главный вопрос, как будем действовать дальше? И можно ли допустить до него детей. А так же, как скрыть способности нашего сына от королевской семьи и магов бирюзовой башни? – спросил, нахмурившийся Леон.

- Мне кажется, что самое простое решение, это показать полуправду на церемонии дебюта в четыре года. Вспомните, с близнецами мы так и поступили, а потом всё объясняли тем, что они растут, а магия развивается. – предложила Серена, уверенная в том, что мальчик привлечёт слишком много внимания, раз уже показал талант в магии.

- А может просто скажем, что с рождением ребёнка, мой недуг перешёл на ребёнка, и его удалось вовремя обезвредить, пока это не прижилось? Это бы многое объяснило и дало нам время до трёх лет, а там уже можно сообщить, что он как Сара, но не может всё запомнить с такой скоростью как она. – задумавшись, предложила Лаура.

- Лаура, в королевском дворце не идиоты сидят. К тому же, верховный маг и главный священник скорее всего скоро наведаются к нам. Ведь мне придётся сообщить о пополнении и твоём выздоровлении. Я завтра же еду в столицу. Лаура, ты, как всегда, за старшую. Серена, Элеонора, вы же, я так понимаю, надолго не останетесь? – нехотя признал Леон ещё одну проблему. И стал распределять домашние обязанности среди жён.

- Я поеду с тобой, надо готовить почву для возвращения Лауры в высший свет. – сразу согласилась с мужем Серена.

- Я никуда не уеду, но буду следить за ростом и развитием мальчика, мне не будет дела до управленческих бумажек. – пожала плечами Элеонора.

- Ну и правильно. Каждый должен заниматься своим делом. – с улыбкой согласилась Лаура.

- Хорошо, значит, сойдёмся на полуправде. Ну тогда последний вопрос на сегодня. Нам нужно дать мальчику имена. Есть идеи? А то я всю голову сломал, пока готовился к нашему собранию. – подвёл итоги Леон, и перешёл к последнему вопросу.

- Как на счёт Антреас как полноценное имя и Анти, как детское? – предложила Лаура.

- Я бы предложила что-то типа Гидеон как взрослое и Кит как детское. – задумчиво сказала Серена.

- А мне всё равно, я могу и мальчиком его называть. –