они доскочили до Холмогорской развилки, там вышли немного размять ноги. Кто-то сразу зашёл в стоявшие на небольшой площадке магазинчик и кафе. Присутствие живых там ожидаемо не обнаружилось. Из магазинчика люди выгребли запасы воды и соков, ну и всякую мелочь, типа печенья и крекеров. Ольга Туполева с помощью подруг уже начала составлять список необходимого в дальнейшем. Они оказывается, собираясь в городе, о многом всё-таки забыли. Николай было забежавший в кафешку, сразу же с руганью оттуда выскочил. Запашок там стоял ещё тот! Холодильники то не работали, да и приготовленная еда за 3 дня совершенно скисла. Долго люди решили в этом месте не задерживаться, и после небольшого перекура двинулись дальше. Благо сумерки на севере наступали в это время года только часов в одиннадцать.

Остановившихся во время катастрофы автомобилей на дороге стало попадаться ещё меньше, и скорость эвакуационному каравану можно было прибавить. С передней машины заблаговременно информировали об обстановке на дороге, поэтому резко тормозить им не приходилось. Через полчаса такой быстрой езды они решили всё-таки вставать на ночлег, люди явно устали. Разведчики выбрали для этой цели небольшую деревушку Копачево. Она находилась чуть в стороне от магистрали, на берегу Северной Двины. Люди не стали углубляться далеко в деревню и заняли несколько домов сразу за фермой. С крайней избы открывался отличный вид в сторону трассы, и незамеченным к деревне было не подобраться. Машины водители ловко загнали за сами дома и сараи, чтобы лишний раз не отсвечивать. Все быстренько поужинали приготовленными заранее заготовками, и стали расходиться по избам ложиться спать. Усталость и нервное напряжение уже остро давало о себе знать. В скором времени все угомонились. Дежурные утром доложили, что ночь прошла вполне спокойно.

Михаилу досталась последняя, утренняя смена. Вечером в погребе одного из домов нашли картошку, и он предложил утром сделать гуляш по-венгерски. Благо еще с города Сергей Туполев прихватил два 50 литровых казана. Ночные смены начистили впрок картошки, и пока Юра вместе с женой Натальей дежурил на чердаке соседнего дома, Михаил колдовал у костра. Для начала он дочистил овощи: порезал лук, морковь, сладкий перец и помидоры, несколько сеток с овощами они прихватили в овощной палатки в Исакогорке. Кто-то из женщин подал тогда практичную идею. Потом в коробках Михаил долго искал необходимые приправы. И вот, наконец, можно было спокойно приступать непосредственно к священнодействию готовки. Сначала в хорошо разогретые казаны было брошено нарезанное сало, в растопившийся жир опущен лук, когда лук дошёл до золотистого оттенка в ход пошло мясо. Наши женщины ещё в городе нарезали и замариновали целый двадцатилитровый бидон говядины и такой же бидон свинины. А тушки птиц были опущены прямо в маринад и запакованы в пластиковые поддоны. Мясо в казанах сразу зашипело и стало подрумяниваться. Михаил его долго не томил, всё-таки оно долго мариновалось. Через 5 минут пришёл черед сладкого перца, моркови и помидоров. Затем мужчина начал добавлять в готовящееся кушанье растёртую в порошок сладкую паприку, много паприки, и закрыл казаны крышками. Нежнейший аромат понемногу распространялся по округе. Первым к нему подошла Полина Марцевская из команды джиперов. Она уже помылась, привела себя в порядок, и выглядела вполне бодрой и весёлой.

— Ой, как вкусно пахнет! Я люблю, когда мужчины готовят, у них все так вкусно получается! Жаль, Матвей был всегда занят, и нам приходилось ужинать по ресторанам.

— А ты что, не умеешь?

— Умею, конечно, я же в небольшом посёлке выросла. Старшей сестрой в семье была, поэтому для младших всегда готовила, супы, второе, и пироги тоже умею печь. Просто Матвей не хочет, чтобы я у плиты стояла.

— Может, тогда мне поможешь? Надо бы картошку нарезать.

— Давайте.

Михаил искоса посматривал на молодую блондинку, европейские черты лица, очень светлые волосы, под плотно сидящей одеждой просматривалась неплохая фигура. Нельзя назвать такой уж модельной красавицей, но вполне симпатичная девица. А лицом она очень кого-то напоминает.

— А что вы на меня так поглядываете? — наконец не выдержала Полина. Откровенные мужские взгляды, похоже, её не смущали, но, видимо, гложило чисто женское любопытство.

— Вспомнил, на кого ты похожа, на Анну Веске!

— А это еще кто такая? — вытаращилась девушка.

— Эстонская певица, в моем детстве была очень популярна. И по телику её часто показывали.

Полина захохотала — О боже! Я родилась в глухом Лешуконьи, всю жизнь прожила в России и похожа на эстонку!

— А фамилия у тебя что-то не очень русская. И давай на ты, а то я себя стариком ощущаю.

— Ладно, договорились, на ты — Полина игриво улыбнулась — А на старичка ты пока не тянешь. Ну а фамилия, фамилия эта от бабушке досталась, она из высланных с Западной Белоруссии, да так на севере и осталась. Дедушку сильно любила, а дед тогда был в силе. В райисполкоме всем вертел и командовал, да рано вот умер.

— Да, вот как в жизни бывает. У нас на Северах судьбы людские вообще знатно перемешаны, весь Союз здесь представлен был. Да вот только теперь уезжать приходится в спешке.

Они оба замолчали, и так все было понятно. Михаил продолжал возиться с огнём, наособицу он подвесил небольшой кофейник, закинул туда пару ложек кофе и подлил воды. Вдруг в наушнике зашуршало — Миха, какой запах! У нас с Наташкой слюни аж до подполья протекли.

— Ещё полчаса и будет готово. Как там вокруг? Прием.

— Да тихо, как в могиле, даже комаров нет. Приём.

— Ну и отлично, отбой связи.

Михаил снял крышку, кинул в казан остатки помидоров и стал ссыпать картошку, чуть добавив горячей воды. Все, теперь можно убавить огонь. К костру понемногу стали подтягиваться проснувшиеся люди. Вдыхая аромат заморского кушанья, они уже подпрыгивали в нетерпении. Пришлось всех разогнать по делам, неплохо иногда побыть начальником! Михаил же вместе с Полиной пил крепкий кофе и болтал о всякой ерунде. Он чувствовал, что после этих страшных дней им надо немного расслабиться. Алкоголь для этого на сей момент, явно не подходил, им ещё предстояло далеко ехать. А вот вкусная еда, да в хорошей компании, завсегда поднимает настроение. На этот раз новоявленные беженцы не стали составлять столы, а усаживались прямо на траву. Женщины быстро нарезали начавший черстветь хлеб, подавали зелень. Свободные от дежурства и неотложных дел мужчины накладывали гуляш в тарелки. Питались пока с одноразовых мисок, так как мыть посуду было некогда. Николай предложил остограмиться беленькой, но Михаил уже держал в руках кружку с красным чилийским вином. Это Нина припасла пару