Торук поднимается с ложа и смотрит на тлеющие угли. Я рассматриваю его мощное обнаженное тело.

— Наш с тобой первый раз точно не состоится в этой вонючей пещере, — отвечает Торук бесцветным, почти безразличным голосом.

Он подходит к костру и неспешно переворачивает тлеющие угли.

А тогда лениво бросает через плечо:

— В следующий раз я, может, и стану твоим.

Не успев обдумать свою мысль, я вскакиваю на ноги и хватаю Торука за руку.

Он замирает, его мышцы под моей ладонью напрягаются, как камень. Он медленно поворачивает голову и смотрит на мою руку, держащую его, с выражением полного недоумения.

— Что ты…

Не дав ему договорить, я тяну его в сторону, к стене. Он настолько ошеломлен моей дерзостью, что нехотя поддается. Я толкаю его — жест, который был бы смешным, если бы не был таким отчаянным. Его могучая спина с глухим стуком ударяется о холодную стену пещеры.

Теперь он в ловушке.

Я кладу обе руки ему на каменный торс, чувствуя, как под моими ладонями гулко бьется его сердце.

Смотрю ему прямо в глаза, вкладывая в свой взгляд всю свою боль, свою злость и то странное, темное желание, которое он сам во мне разбудил.

И, не разрывая зрительного контакта, я начинаю медленно опускаться перед ним ниже.

Одновременно с этим мои щеки пылают огнем.

В голове молотом стучит одна-единственная мысль: «Что я делаю?! Что я делаю?!».

Но я заставляю себя выглядеть уверенной, даже дерзкой.

Мои пальцы, покинув его живот, начинают медленно скользить вниз по его мускулистым, напряженным бедрам.

Я слышу, как его дыхание тотчас же сбивается, превращаясь в резкий, прерывистый выдох.

В зеленых глазах орка, до этого холодных и насмешливых, резко загорается темный огонь.

Я опускаю взгляд ниже. Одной из ладоней скольжу к точке, что чуть ниже его живота…

Торук снова возбужден.

Пальцами я бережно сжимаю его… в этот же миг по его телу проходит крупная, глубокая дрожь.

От такой его реакции я и сама вновь возбуждаюсь.

Его руки, до этого расслабленно лежавшие по бокам, сжимаются в каменные кулаки так сильно, что костяшки пальцев белеют.

Глава 38

Дрожь, прошедшая по его телу, похожа на землетрясение, сотрясающее гору до самого основания.

Он теряет контроль. И виной тому — я.

Это осознание пьянит.

Власть, которую я сейчас держу в своих руках — самая сильная и опасная из всех, что я когда-либо знала.

Могучий орк смотрит на меня сверху вниз, и в его глазах темный вихрь.

Торук открывает рот, чтобы что-то сказать… может, приказать, остановить, но вместо этого с его губ срывается лишь хриплый, сдавленный стон.

Я не останавливаюсь.

Наклоняюсь ближе, и мои волосы касаются его бедер. Свободная рука ложится ему на ногу, и я чувствую, как под ладонью напрягаются и перекатываются стальные мышцы.

Он издает еще один сдавленный, гортанный звук — не то стон, не то рычание.

Этот звук как искра, упавшая в пороховую бочку…

Жар вспыхивает внизу моего живота, горячий и требовательный.

Я больше не играю в игру. И не мщу за его высокомерие. Я просто хочу. Желаю видеть его таким — сломленным, потерявшим свою маску вождя, обнаженным в своем желании.

Мои движения становятся смелее, увереннее.

Я провожу губами и языком вдоль его мужского естества, а тогда опускаюсь еще чуть глубже. Делаю движение за движением, и сама млею от каждой его реакции.

Плоть орка дрожит.

— Роза… — его голос — хрип, агония и мольба.

Поднимаю на него взгляд. Смотрю из-под ресниц.

Лицо орка искажено от муки и наслаждения. Губы приоткрыты, а в глазах полыхает зеленый, безумный огонь. Он больше не смотрит на меня как вождь на пленницу. Он смотрит как мужчина, который находится на грани, и эта грань — я.

Его контроль ломается окончательно.

Голова мужчины с глухим стуком ударяется о стену позади него, а руки, до этого сжатые в кулаки, с силой врезаются в камень по обе стороны от моей головы, заключая меня в клетку. Он тяжело дышит, его могучая грудь вздымается в рваном ритме.

— Не останавливайся, — выдыхает, и это — не приказ, а полная и безоговорочная капитуляция перед огнем, который я в нем разожгла.

Мои движения становятся смелее. Я больше не просто касаюсь его — я ласкаю.

Уверенно, зная, какой отклик вызывает каждое мое прикосновение. Я чувствую, как напрягается каждый мускул его тела под моими пальцами, слышу его сбитое, рваное дыхание, которое эхом отдается от каменных стен.

Напряжение нарастает, достигая своего пика. Я чувствую, как его тело под моими руками натягивается, как струна, готовая вот-вот лопнуть.

Он запрокидывает голову, и из его груди вырывается оглушительный, первобытный рев — не крик боли, а рев абсолютного, всепоглощающего экстаза, который сотрясает саму пещеру.

Меня и саму потряхивает от переизбытка эмоций и ощущений.

Торук тяжело дышит, его шея все еще выгнута, но затем я вижу, как его пальцы, безвольно лежавшие на камне, медленно сжимаются в кулак.

Орк опускает голову и смотрит на меня пронзительными зелеными глазами.

Прежде чем я успеваю отшатнуться, он действует.

Его руки, как стальные клещи, хватают меня за плечи.

Он одним движением заставляет меня приподняться с колен, а в следующую секунду мир вокруг смазывается.

Секунда — и я сама оказываюсь спиной к холодной, шершавой стене пещеры.

Торук нависает надо мной, как скала, готовая обрушиться. Его огромное, горячее тело прижимает меня к камню, лишая возможности пошевелиться.

Большие, твердые бедра вжимаются в мои, и я чувствую, что его желание не только не угасло, а вспыхнуло с новой, чудовищной силой.

А затем он целует меня.

Его грубые, требовательные губы впиваются в мои с яростью, которая стирает все границы. Он целует так, словно хочет поглотить меня, наказать за мою дерзость и в то же время вознаградить за нее. Его язык властно проникает в мой рот, и я чувствую вкус — озон и первобытная, дикая страсть.

Моя воля, с таким трудом отвоеванная, снова тает, как снег под лавиной.

Руки, вместо того чтобы отталкивать его, сами собой цепляются за его могучие плечи. Я отвечаю на его поцелуй, и наш стон, один на двоих, эхом разносится по темной, пустой пещере.

Наконец, когда в легких совсем не остается воздуха, я, тяжело дыша, чуть отстраняюсь. Упираюсь ладонями в его горячую, твердую грудь, чтобы создать хотя бы минимальную дистанцию. Мои губы горят, голова кружится.

Он не пытается притянуть меня