увидел тварь. От Викуси только глаза. Глаза Симоны тоже там были — коровьи, испуганные. Сегодня же свалю к хренам собачьим, к тому же люди стали что-то подозревать. Вот только в голове шёпот мешает... Но не поддамся, я мужик или кто? Неразборчиво... как-то мысли вяло... неразборчиво. Валить надо, срочно, таких Вик на моём веку ещё... неразборчиво... Вниз, к ней... неразборчиво...

Далее рисунок, на котором изображены десятки глаз.

Любовь всей моей жизни. Никогда не брошу.

5 июля.

Сижу в школьном кабинете. Не хочу смотреть. И слушать, но уши заткнуть нечем. Сегодня какое-то особенное полнолуние, Викуся попросила оставить на ночь дверь в подвал открытой, чтобы войти в полную силу. Я не хотел, но она знает, как меня уговорить. Любимая... неразборчиво. Как она это сделает, раз угол покидать боится? Может, подсмотреть одним глазком?

Неразборчиво... затейница. По коридорам и кабинетам шныряют какие-то жгуты, хватают всех подряд, рвут на части и тащат по лестнице вниз. Кровь фонтанами бьёт. Как красиво! Крики, как музыка. Моё счастье.

10 июля.

В подвале очень сильно воняет. Запаса тел надолго не хватит.

20 июля.

Приказала выбросить кости. Яма в конце огорода подойдёт. Она ещё и хозяйственная!

25 июля.

Она прекрасна. Вот только, когда злится, на меня смотрят глаза всех, кто внутри. Это невыносимо. Неразборчиво.

???

Еда кончилась. Она больше меня не подпускает. Как я теперь, без её ласк? Радость моей жизни... неразборчиво.

???

Неразборчиво. Убил путника. Съела. Неразборчиво... два дня счастья. Как же я люблю её трахать.

???

Мы друг для друга предназначены судьбой.

Почти весь дальнейший текст нечитабелен. Пропущены слоги, буквы, целые слова. Разобрать можно лишь отдельные фразы, но понять, какую смысловую нагрузку они несут, невозможно. На всех страницах огромное количество зарисовок, исключительно глаз в разных ракурсах. В конце концов, записи обрываются.

Александр Золотов

Гений? Нет, я просто пытаюсь жить полной жизнью. Книга 1: Детство.

Пролог.

Сегодня у меня обычный серый рабочий день. Вроде четвёртый на этой неделе. За это время мне удалось поспать часов семь. За все дни. Так уж сложилось, что днём спать не могу, а ночью приходится работать. Тружусь на заводе, занимаюсь ремонтом и обслуживанием сварочного оборудования. Уже пятую неделю подряд приходится работать во вторую смену по двенадцать часов из-за того, что штат как обычно недоукомплектован, а выполнение плана никто не отменял. Ипотека тоже сама себя не оплатит. А другую работу с такой оплатой в нашем городе найти проблематично.

Ну хоть до работы возят на заводском автобусе, и то плюс, ведь не нужно тратиться на транспорт. Добравшись до нашего цеха, вижу, что мне осталось море работы после первой смены. Надеюсь, получится по-быстрому разгрести эту гору сломанных подающих механизмов, изодранных кабелей и сварочных горелок. Сменщик рассказал, чего примерно от этого всего ожидать, и отправился на долгожданный отдых.

К двум часам ночи мне удалось разгрести большую часть того, что мне досталось с первой смены. Повезло ещё, что не было вызовов на производство, а то пришлось бы ещё и через весь завод куда-нибудь тащиться, чтобы устранить обрыв или заменить сгоревший предохранитель, а сегодня дождь льёт как из ведра не прекращаясь ни на минуту.

Спустя ещё минут сорок, закончил с оставшимися проблемами и решил попробовать поспать оставшееся до утра время. Включил по телику что-то про природу и устроился на продавленной с годами лежанке. Похоже, кофе и энергетики уже почти не работают, ведь уснуть удалось почти мгновенно. Но долго проспать мне не удалось, ведь меня разбудил телефонный звонок. На другом конце провода сообщили о поломке роботизированной системы. Пришлось собирать инструмент и отправляться на производство. Пока добрался – весь вымок из-за ливня.

Прибыв на место, достаточно быстро обнаружил, что неисправен блок охлаждения, а это значит, что нужно забраться на пятиметровую колонну и снять его оттуда, заменив на исправный. Проблема заключается в том, что подниматься надо по сильно потрёпанной стремянке, а сам блок весит больше двадцати килограмм. Но помощи нет, и начальство считает, что подобная ситуация не является проблемой. Поэтому придётся делать всё одному, чтобы не сорвать план.

Я забрался на лестницу, отключил блок, поднял его на руки и стал аккуратно спускаться, но почувствовал, как лестница уходит у меня из-под ног, а потом всё почернело. Спустя какое-то время ко мне вернулось зрение, но что-то не так. Я почему-то вижу весь цех так, будто нахожусь почти под потолком. А осмотревшись я вообще решил, что это сон. Я вижу упавшую лестницу и себя, лежащего на стенде и с блоком охлаждения на груди. Осмотревшись вокруг ещё раз, я попытался сдвинуться с места, но быстро понял, что не могу этого сделать. А при попытке взглянуть на свои руки, я ничего не увидел. Вся эта ситуация кажется очень странной...

А раз я ничего не могу поделать, лучше оценить себя и всю ситуацию со стороны. На пути движения робота лежит ещё не старый, но уже и не молодой работник завода, явно разменявший четвёртый десяток, ну или оставшаяся от него тушка. Небольшое пивное брюшко и лёгкая проседь в волосах, ожидающих стрижки. На груди всё-ещё лежит довольно массивный блок охлаждения. Рядом с телом валяется каска, правая нога выгнута под неестественным углом, шея сильно выпирает, ведь голова лежит на защитном кожухе монорельса. Из уха, носа и рта вытекает кровь, а очки съехали на бок и сильно упёрлись в переносицу. Очень похоже, что я умер. Удивительно, как спокойно это воспринимается в данный момент, глядя на себя со стороны. Хотелось бы побыстрее перестать болтаться в таком состоянии, ибо неуютно. Лучше уж или обратно, или дальше, а не вот в таком подвешенном состоянии.

Надеюсь, семья не сильно будет убиваться по мне. Хотя родители так от меня внуков и не дождались… Братья и сёстры вряд ли чаще двух раз в год будут вспоминать. Из друзей – максимум двое хоть иногда да вспомнят. И надеюсь, один из них попадёт в мою квартиру раньше всех остальных и избавится от всего, от чего нужно избавиться. Зато поминки скорее всего будут пышные, человек на тридцать-сорок, как у нас принято. Такую толпу собирают обычно в двух случаях – юбилей или поминки.

Пока я размышлял о прожитой жизни и будущем близких без меня, снизошёл столп света и меня начало тянуть ввысь. Перед