был далек от профессиональных художественных творений, но в него было вложено столько любви и детской радости, что он имел слишком дорогую цену.

«Я всю свою жизнь мечтала, чтобы у меня была именно такая семья, ― посмотрев на спящих сыновей, глубоко вздохнула Аня. ― А не как у родителей, которые вечно ругались, расходились, затем сходились и снова расходились, и так до бесконечности, пока в итоге не развелись».

Она пока что представить не могла, что будет, если выяснится, что Мирон получил ее и мальчиков таким подлым образом.

Внутри все переворачивалось от этой мысли.

Ведь, получается, что он тогда совершенно ни о ком не думал кроме себя. Ему было плевать на их с Дамиром чувства. У него было только одно желание: получить Аню любым способом.

«Я не хочу ничего менять. Не хочу… ― закрыв глаза, подумала Аня, и изнутри вся скукожилась. ― Господи, ну если даже это так, то лучше бы я никогда об этом не узнала».

Аня вспомнила слова Дамира.

«Ты знаешь, что чувствует человек, который впервые видит своего сына? Нет, не когда он только родился, а когда он уже разговаривает, смеется, шутит, бегает, играет в игрушки, но при этом смотрит на тебя как на чужака и считает своим отцом другого. Он отнял у меня возможность наблюдать за тем, как растут мои сыновья. Он заменил им меня! Ты даже не представляешь, что я чувствую, когда думаю об этом».

Его состояние и его чувства она тоже прекрасно понимала, но о любви к нему не могло быть и речи.

В груди, где несколько лет назад полыхал огонь страсти, давно остался один лишь пепел. Мирон затушил этот огонь своей любовью и сделал так, чтобы Аня раз и навсегда вырвала Дамира из своего сердца.

«Где ты? Он рядом? ― вспомнила, как вчера кричал в трубку Мирон. ― Что он тебе сделал? Арс и Тима в порядке? Они с тобой?»

Аня рассказала Мирону про встречу с Дамиром, после чего он пришел в ярость. Велел не выходить из дома и пообещал вылететь ближайшим рейсом, но из-за сильных ливней в Кейптауне все вылеты были отменены.

– Охранник в порядке? ― спросила Аня.

– Его привезли в больницу без сознания, как оклемался, сразу позвонил мне.

– Дамир нас не тронет, за это можешь не переживать, ― сказала Аня. ― Ему нужен ты.

– С ним я обязательно разберусь, ― не своим голосом произнес Мирон. ― Сейчас мне важно, чтобы вы были в полном порядке.

Помассировав пальцами виски, Аня набрала полую грудь воздуха, прерывисто выдохнула, и с серьезным видом уставилась в одну точку.

«Мирон во всем винит Дамира, Дамир ― Мирона… И при этом они оба очень и очень убедительны… Интересно посмотреть на то, как они будут между собой общаться. Я должна организовать им встречу и сделать так, чтобы она прошла в безопасном месте, где будет охрана и много людей. Но для начала я еще кое-что сделаю. Постараюсь прямо сегодня или завтра. Правда не знаю, поможет это или нет…»

Когда самолет начал снижение, Аня откинулась на спинку кресла и, глядя в иллюминатор, смотрела на видневшуюся землю. Она была похожа на лоскутное одеяло из разноцветных кусочков, между которыми змейкой тянулись реки, а облака над самолетом стали казаться одним огромным и пушистым потолком.

Москва встретила их моросящим дождем и сильными ветром, а затем они больше двух часов добирались до дома матери на такси.

– Хочу к бабушке! ― надув щеки, пробурчал Арс и, обняв плюшевого зайца, отвернулся к окну, по котором стекали капли дождя.

– Мы скоро к ней приедем, ― погладила его по спине Аня.

– Я к бабушке Нине хочу!

– И я! ― подхватил Тимофей.

Аня знала, что для сыновей ее мать была чужой, ведь они видели ее всего пару раз в жизни. Мать не испытывала сильного желания приехать в гости к Ане и пообщаться с внуками, и редко звонила им.

Зато крестную ребята обожали. Бабушка Нина души в них не чаяла, баловала игрушками и готовила им всякие вкусности.

– А мы ненадолго, да? ― с надеждой посмотрел на Аню Арсений.

– Как только сделаю свои дела, сразу полетим домой, ладно? ― подмигнула она.

– Угу, ― недовольно вздохнул сын.

Цель Аниного прилета в Москву не только привести себя в чувство и отдохнуть от всего происходившего, но и провести свое небольшое расследование.

Возможно, это поможет ей подобраться к правде и узнать, что же все-таки на самом деле произошло незадолго до ее свадьбы с Дамиром.

Аня уже придумала план, и если он не сорвется, то она уже завтра сможет узнать, кто из «Миров» все это время вел двойную игру.

Она еще не догадывалась, какая шокирующая правда ждала ее в столице…

Глава 24

Утро следующего дня

Аня

– Спасибо за завтрак! ― Улыбнувшись матери, Аня вышла из-за стола и чмокнула в темные макушки детей. ― Мальчики, я пошла в машину. Доедайте и спускайтесь.

– Зачем тебе тащить их с собой в магазин? Ты же за продуктами поехала! ― возмутилась мать. ― Пусть они сидят дома и играют!

– Мне нужно купить им… эм… спортивные костюмы, ― быстро выкрутилась Аня. ― Не думала, что в Москве такой дубак, поэтому не взяла им теплых вещей. Мам, дай ключи от своей машины, ― выкрикнула она из коридора и рассмеялась. ― Сто лет не ездила на механике. Надеюсь, что справлюсь.

Сев в старенькую иномарку, отрегулировала под себя сиденье и, глядя на подъезд, несколько минут ждала мальчиков.

Аня действительно могла бы оставить их с матерью, но после того, как она встала на сторону Дамира, побаивалась доверять ей детей.

«Зачем я вообще рассказала ей про это?» ― вздохнула Аня, вспомнив, как вчера вечером изливала свою душу матери.

Ей очень хотелось выговориться, получить поддержку и совет, но в итоге разговор закончился руганью.

Мать, выслушав Аню, безапелляционно заявила:

– Какой же он подлец!

– Кто именно? ― уточнила Аня.

– Мирон наш, кто же еще! ― фыркнула мать. ― Это ж надо было так поступить, а! ― всплеснула она руками. ― Помню я, как он бегал за тобой и в школе, и после выпускного, но уж никогда бы не подумала, что пойдет на такую подлость! Как он только посмел влезть в твою жизнь и все эти годы делать вид, что ни в чем не виноват?!

– Мам, ну это же еще не доказано! ― защищала его Аня. ― Возможно, он вообще ни в чем не виноват, а его просто подставили, мы же пока не знаем.

– Да