по дуге вправо. Сам Гас семенит вперед с максимальной доступной плавностью — груда расчлененных врагов опять под его контролем.

— Дышим. Ты как?

— Держусь, — «голос» подруги прерывистый. Значит она основательно измотана, а ведь прошло всего каких-то десять минут! Вскоре придется меняться… — Я почти чувствую свое сердце… вернее слышу его бешеный стук… чертов кусок мяса!

— Твою… Мастер! Меняй Аньку, пока атаки нет! Она на пределе!

— Замена, — голос командира как всегда во время трени… черт! Боя!.. спокоен и вселяет уверенность. — Выход Ксанки. Держитесь, недолго осталось…

— Дрон на двенадцать, выше три! Поправка! Звено! Скорость семь, упреждение… Огонь! — массивное и совершенное металлическое тело Гаса вжимает в обшивку — он успел отреагировать на целеуказание огневого оператора шатла и развернуть оружие в зенит. Пока вся работа на нем — приходится плясать и расходовать БК в диком темпе, отвлекая на себя все внимание «железяк». Идет смена напарницы…

— Готова! Прикрываю! — бот-напарник оживает и в свою очередь припадает к обшивке под отдачей своей спарки. Дроны в перекрестии очередей держатся недолго. — Перезарядка!

Гул в голове, жжет глаза — картинка сенсеров плывет:

— Мастер, я спекся… — мозг рвется пополам от ощущения как металлического совершенства, так и усталого куска мяса.

— Замена, — ощущение полета и нарушение координации. Хриплый вздох…а в меркнущем сознании раздается: — Здесь Мастер. Бота принял, перезарядка… Готов. Мы сделали их ребята! «Приз» наш! Бандиты теперь без управления и отходят!..

— Какие выводы будут, полковник? — Ылша посмотрел в глаза более опытному офицеру. — Как вы теперь оцениваете наши шансы на выполнение контракта?

Тарас Арнольдс ответил спокойно и сосредоточенно:

— Высоко оцениваю, командир. Этот пират был для ребят как холодный душ, а то многие вновь поймали «армейский» кураж, когда вы поставили им полностью рабочие комплексы. Скакали, блин, как сопливые новобранцы! Трое подставились под турель забыв, что на них легкие «Кольчуги», а не уставные средние латы. Еще пятеро неверно рассчитали плотность потока — сказалось отсутствие в скафах системы тактической поддержки и огневого сопровождения. Да и в руках не МШК… В общем? теперь парни плотно стоят на земле и как раз сейчас-то могут нормально работать. И некоторая опаска в атаке пропала, когда санитарные сервы оперативно утащили покалеченных не забыв оторванные руки прямо из-под огня турели. Твоя жена — чудо, командир.

— Знаю, — Ылша улыбнулся. — Ладно… если вы так оцениваете результаты…

— Именно так, — кивнул полковник. — Теперь работа «в тему» будет! Со знанием дела бойцы «ходить» по полосе будут — ощущение детской игры кончилось. Снайперов и их результат ты сам видел: даже пиратов в ББС умудрились «расковырять»! Сначала оружие из рук выбили, потом сами руки через локтевые сочленении прострелили и, в конце концов, сосредоточенным залпом опрокинули, разнеся затем аппаратный блок на «спине» скафов. А по незащищенным целям вообще блеск! Один выстрел — один труп, с дыркой в голове. Я там погулял после боя — противники не успевали ничего понять, выстрел следовал практически мгновенно после появления уязвимой точки на линии огня. «Термиты» потом трупы в технологические ниши заталкивали или некое подобие баррикад в коридорах из них сооружали…

— Ага, «мясо» сплошное, — покивал парень. — Тела по большей части без голову лежат…

— Во-во! «Капонир» так же себя показал — ни одного бота до шатла по обшивке не допустил и дронов успешно отогнали. Единственное чего им не хватает, так это «запаса прочности» — быстро перегорают при серьезной нагрузке. Им бы импланты какие внедрить…

Ылша согласно покачал головой:

— Именно из-за этого их в армию и не пропустили: «расшатанная» нервная система и практическая невозможность ее дублирования с помощью имплантов — их организмы отторгают «железо». Иначе бы их действительно в любое подразделение с радостью зачислили. Но мы с женой попробуем эту проблему решить — за счет реализации чести трофеев я планирую купить кое-какие дорогие и редкие программы для медблока…

— Но, тем не менее эффективная команда у нас уже есть, — уверенно произнес полковник. — Боеспособная и испытанная в деле. Для полной уверенности и отсутствия мандража нам не хватает еще пары-тройки успешных абордажей. Так что подчистим огрехи и можно снова в бой! Тем более дело-то получилось выгодным!

— Гут, по нашему отряду итоги подбили, теперь и на общий разбор полетов топать можно…

Штаб соединения собрался в конференц-зале «Пиночета». Люди были не в лучшей форме — сказывалась напряженная работа с полной самоотдачей на протяжении вот уже десяти часов. И это после боя, который был неслабым стрессом!

— Думаю больше не стоит тянуть, — заговорила капитан Коченова не вставая со своего места. — Подведем итоги и разойдемся… Можете не вставать при докладе и вообще чувствуйте себя свободно. Итак, приступим. Шварц, что скажешь о повреждениях нашего старика?

Главный инженер трансрейдера коротко улыбнулся в ответ:

— Повреждения незначительны. Пилоты смогли не допустить врагов к уязвимым точкам и мы отделались только потерей пары турелей, да нескольких кластеров датчиков. Думаю не стоит говорить, что обшивку они ни разу не пробили… Доложу сразу и за летную палубу, так как от них никто не пришел — работы не в проворот… На данный момент потерь среди личного состава нет. Повреждения так же отсутствуют, но вместе с тем у них в боксах находятся пятнадцать битых КИПов одиночек и чем закончится их ремонт и восстановления я сказать не могу. Возможно боевые потери среди летных техников нас еще ожидают… тьфу-тьфу-тьфу, что б не сглазить!

— Хорошо, — Наталья Ивановна удовлетворенно кивнула. — Савелий, твоя очередь.

Комэск дернулся встать, но вспомнив вступительное слово капитана — расслабился. Кстати из его тела и выражения лица ушла сосредоточенная напряженность, командир пилотов казалось обрел былую уверенность, что капитан Коченова могла только приветствовать.

— Докладываю. Потерь среди «кречетов» нет. Повреждения незначительны, в основном это периферийные модули. Во-избежании не нужных потерь среди персонала, поврежденные модули сброшены в пространство силами ремонтных сервов платформ. На данный момент крыло готово к немедленному старту: боезапас пополнен, машины заправлены. На каждой дежурит один из членов постоянного экипажа. По одиночкам. Безвозвратных потерь нет. Тяжело ранено одиннадцать пилотов, легко ранено пятнадцать человек — пилоты тех КИПов, что находятся в рембоксах. Безвозвратно потеряны одиннадцать легких КИПов — разрушены полностью, люди спаслись благодаря катапультированию модулей бронекабин. К немедленному старту готовы двенадцать машин: боезапас и топливо пополнены, пилоты временно размещены в отсеках отдыха рядом с летной палубой. Противником уничтожены девяносто шесть беспилотных вспомогательных платформ, остальные полсотни и двадцать резервных дронов готовы к немедленному старту. Савелий Попов, доклад окончил.

— Отлично Савелий! Я рада, что тебе все-таки удалось натаскать приблуд до приемлемого